лого  www.goldbiblioteca.ru


Loading

Скачать бесплатно

Читать онлайн Евстигнеев.Е.А. Психиатрическая больница

 

Навигация


Ссылки на книги и материалы предоставлены для ознакомления, с последующим обязательным удалением, авторские права на книги принадлежат исключительно авторам книг












































Яндекс цитирования

 

Евстигнеев Евгений Александрович

Посвящаю всем, кто погиб
в различных местах заключения
- тем, кто по простоте души поверил
в изменения к лучшему...
и пострадал.


Здравствуйте. Насколько довелось узнать, российская психиатрическая больница устроена совсем в противоположность тому, как это принято предполагать среди большинства населения.
Так, закрытое, с наглухо зарешечёнными окнами 5-е мужское отделение Государственной психиатрической клинической больницы №4 имени Ганнушкина города Москвы - помещение формально, якобы, предназначенное для особоострых опасных психбольных, куда исключён доступ случайным посетителям и даже стороннему медперсоналу - это отделение на начало 2002 года было сверхпереполнено в основном психически здоровыми, культурными и порядочными гражданами, различного возраста и социального статуса, владевшими жильём в Москве, пригороде и области, которые пострадали от различных криминальных деяний, были похищены опытными мошенниками прямо с места проживания и специально с умыслом надолго пленены в далёком московском дурдоме! Состоящий только из шпаны и шарлатанов персонал больницы, обнаглевший в застенках, живо подельничая преступникам в отнимании у людей собственности, конечно, совершенно без соответствующего обследования сразу прикреплял каждой новой намеченной жертве - каждому спокойному и порядочному человеку - диагноз психически опасного больного! И под этим сфабрикованным предлогом мирных граждан насильно томили в крамешных условиях, подвергая их всевозможным угрозам и пыткам, в том числе, психотропными средствами!
Рискну предположить, что описанное может твориться и в других учреждениях данного профиля при полном отсутствии гласности и контроля.
Надо констатировать факт: в России широко укоренился ещё один тип жесточайшего криминального бизнеса - организованной преступности с пособничеством лиц на ответственных должностях государственных врачей-психиатров. На сегодняшний день для этого имеются все предпосылки.
И это, напротив, при всём при том, что сейчас в столице в общественных местах: на улице, в транспорте, магазинах, барах, кинотеатрах, дискотеках, - очень часто, почти всегда, можно видеть лиц с явными психическими расстройствами, вонючих, худощавого телосложения с синяками под глазами, наркоманов, алкоголиков, с ранениями и среди них много молодых, ведущих себя чрезмерно возбуждённо, встревоженно, яростными глазами смотрящих на окружающих, затевающих стычки с посторонними, устраивающих разбойные нападения и грабеж одиноких граждан. А милиция и прочие службы правопорядка почему-то игнорируют преступность и отказывают в принятии должных мер. Психически опасные элементы не стоят на учёте в психо-неврологическом диспансере, не лечатся в профильных больницах, редко там вообще оказываются, да и то, как правило, ненадолго.
Цель данного повествования - рассказать, как в Российской Федерации сейчас широко и беспорядочно используются на заказ: убийства, пытки, лишение людей прав и свобод - причём лицемерно, формально замаскированное под оказание государственными учреждениями "Скорой и неотложной медицинской психиатрической помощи населению" и напротив: только по отношению именно к здоровым, порядочным, мирным гражданам.
Меня побудили написать малоизвестные пока, скрываемые, но обширные факты коррупции; а так же то, что в последние годы из-за пороков Закона и пренебрежения им, полной бесконтрольности, безгласности в данной области и всё большей коммерциализацией отношений приобрело в городе Москве (например, с относительно высокой стоимостью частной недвижимости, большим уровнем преступности...), а, возможно, и других районах России, массовую и противозаконную тенденцию. Многие из тех, кто оказался на моём месте, молчат и, опасаясь повторных неприятностей, так называемого у нас "бумеранга", встречая непонимание, бездушие со стороны окружающих и государственных структур, потеряв всякую надежду на нравственность, законность и правопорядок в стране, лишаются постоянных мест работы или учёбы, вынужденно покидают свои нажитые места проживания и становятся БОМЖами, преступными элементами, а то и теряют самое дорогое, что есть у человека, - право на Жизнь!..
Хотя главная тема об ухищрённом виде организованных репрессий, грубом нарушении морали, общечеловеческих, основопологающих прав, свобод и достоинства человека, как личности, уже с 1-го соприкосновения с темой ясно: психиатрический бандитизм всеобемлюще завязан с текущей тяжёлой социальной ситуацией, с бурным демографицеским процессом, с острой нехваткой жилья в городах, с отниманием частной собственности, только лишь дестабилизируя социальную и криминогенную обстановку, губя здоровье нации и, как последний фактор, имея значение и для международного престижа государства.
Прошу каждого обратить внимание на вопиюще безобразное и противоправное положение, сложившееся в России с оказанием "психиатрической помощи населению", которую и "помощью" назвать не поворачивается язык. Отмечу, что со своей стороны, несмотря на отсутствие соответствующего образования и минимум возможностей, приложу максимум усилий для оказания содействия многочисленным невинным пленникам российских "психушек", достижения законного высвобождения и снятия с них сфабрикованного "ярлыка" психически больного или опасного человека.
Извините, что не удалось систематизировать материал и разделить на главы - я не писатель и писал как мог, мешала и техническая необеспеченность.
Рассказываю потому, что не могу молчать - сейчас искренне движет надежда: широкая огласка и гласность в затрагиваемом вопросе подвигнет общество в целом обратить пристальное внимание, отнестись со всей серьёзностью, поставить на контроль эту острую проблему и инициировать срочные меры для выправления глубоко запущенной ситуации с искоренением сегодняшнего скрытого бандитизма в психиатрических учреждениях, так таящего опасность для каждого из нас.
Для удобства понимания излагаемого материала все сокращения и специфичная лексика подробно поясняются отдельно. Это, надеюсь, поможет впервые знакомящимся с такой темой, а в особенности, иностранным читателям. И даже рекомендую всем начать чтение именно с этого приложения.
Основная часть.
У людей есть темы, на которые не принято говорить при всех вслух в широких или даже узких кругах. Умалчиваться, скрываться могут различные вопросы. Например, все знают: российские мужчины совершенно по иноиу выражаются о женщинах в тесной компании своих приятелей, нежели когда в беседе станет принимать участие хотя бы одна представительница противоположного пола. Или вот совсем другой пример: устроители азартных игр и подобных мероприятий (лотереи, казино, игровые автоматы, букмекерские фирмы...) основывают свою деятельность и получение дохода исключительно на проигрышах большинства своих, как правило, и без того бедных клиентов, но для заманивания людям обещается непременно крупный выигрыш и призы, активно привлекаются подставные игроки внешне приличного вида, обманывающие простафиль ложными, замысловатыми советами, что, якобы, ими так успешно зарабатываются деньги.
Так вот и в этой работе пойдёт речь о горькой и невесёлой тайне, которая не то что скрывается от широкой общественности, но по многим соображениям её не принято открыто упоминать и в профессиональных кругах российских психиатров, но тем не менее каждый занимающий должность врача-психиатра о ней прекрасно осведомлён, а сотрудники государственных психиатрических учреждений свою деятельность на этом секрете сейчас только и основывают.

В стране широко распространилась такая изощерённая форма организованного бандитизма, как намеренное похищение зажиточных граждан и пленение с умыслом именно в застенки отдалённых психиатрических больниц (дурдомов), где узников, сфабриковав им диагноз, сразу калечат и учиняют расправы для отнимания собственности и прав.
Глубоко в основе подобной развитой преступности лежит метод, что подельничающие бандитам должностные лица, участвующие в похищении человека под видом "экстренной медицинской госпитализации", искалечив жертву в застенках дурдома, затем пособничают не только в уже совершённом фактическом, но и в формальном отнимании частной собственности под видом лишения гражданина дееспособности и проведения сделок отчуждения имущества через подставного опекуна.
Впрочем, наравне с этим путём затееватой расправы, проделываются другие варианты: от элементарного принуждения жертвы под жестокими пытками в застенках к отказу от собственности через оформление соответствующих документов или выдачу доверенностей, до заказных убийств, а пострадавшему бессовестно за затееватым совковомедицинским речитативом прикрепляют диагноз, якобы, "психбольного на грани смерти с обострением заболевания"!
Кроме того, в случае высвобождения измученной жертвы из плена, то ей нарочно вешается клеймо опасного для окружающих психбольного, что в первую очередь, лишает пострадавшего всяких социальных связей в обществе.
К сожалению, очаги подобной жестокой бандитской активности во многом зиждятся на пороках туманного Закона РФ №3185-1 "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при её оказании" (от 2 июля 1992 года; в редакции Федеральных законов от 21 июля 1998 N 117-ФЗ, от 25 июля 2002 N116-ФЗ, от 10 января 2003 N 15-ФЗ), Гражданского и Гражданско-Процессуального Кодексов, а ещё большую волю должностным преступникам дают многочисленные подзаконные акты (ведомственные инструкции, правила, приказы), отдельные положения которых, при детальном рассмотрении, противоречат всем Законам и тем самым развязывают руки должностным преступникам.
Проделываются изуверства так, что обильно фальсифицируя не только медицинские, но и сопутствующие документы, опытные должностные бандиты прикрывают свою преступную деятельность по отношению к мирным жителям, якобы, медициной с непрестанной заботой о здоровье нации и профилактикой преступности!!!
Более того, бандиты умело инициируют постановления отдалённого от места жительства жертвы суда на недобровольную госпитализацию, которым организованные преступники затем будут прикрывать свои изуверства по калечению и пыткам граждан. Часто это ловко совершается таким образом, что искалеченный до полусмерти в дурдоме невинный человек ничего и не подозревает, что кроме пленения и пыток, ещё далёким от его места жительства гражданским судом, тем самым судом, который будет ближе к отдалённому психиатрическому учреждению, принимавшему участие в похищении, тем судом уже именно после пленения человека потом ещё и тихо будут вынесены заочные заказные санкции и постановления на психиатрическое лечение гражданина против его воли и на лишение жертвы дееспособности только лишь под сфальсифицированными диагнозами!
Получается, в подобных коварствах в разной степени принимают сейчас самое активное участие различные коррумпированные государственные структуры (врачи-психиатры, суд, прокуратура, милиция, органы опёки и попечительства), что поистине превращает это в организованный скрытый государственный ТЕРРОРИЗМ к местному населению!
И действительно, криминальный столичный бизнес по отниманию частной недвижимости оказался настолько высокодоходным, что ВСТАЛ НА ПОТОК и территориально по месту расположения различных государственных психиатрических учреждений мимикрировал конгломерат из других уполномоченных государственных структур, которые тихо подельничают преступлениям психиатров и служат лишь прикрытием "криминальной мясорубки" - в частности, это ближайший к далёкому дурдому суд и прокуратура! Лица же на должностях психиатров, в процессе пленения жертвы контактирующие больше с заинтересованными мошенниками, берут с последних взятку и часть её передают в местный к ним суд с прокуратурой.
Изначально же бдительно высматривают будущих невинных жертв психиатрической расправы участковые инспектора из штата районных органов милиции по месту проживания жертв. Эти вечно пьяные государственные служащие промышляют функциями наводчиков. ОВД, подгадав момент, совместно с ПНД, которому подконтрольна территория регистрации и проживания жертвы, санкционируют похищение здоровых, порядочных людей с места жительства и заточение в отдалённые дурдома!
Когда я начинаю рассказывать, меня обычно перебивают, спрашивая примерно так: ну, преступники, наверняка, много раз перепроверят гражданина, которого выбирают себе в жертву, перед тем, как совершить с ним столь жестокую расправу через дурдом?
Должен сказать, это дилетантский вопрос и в жизни происходит гораздо хуже: похищают сейчас совершенно различных граждан и, наоборот, уже пленив человека, лишив его всякой связи с внешним миром, уже начав губить его отравляющими препаратами, преступники на государственных должностях врачей-психиатров теперь станут следить и уделят максимум внимания, а кто-же первым спохватится пропажи невинного гражданина, каковы будут действия его родственников, знакомых, сослуживцев по работе...
Именно так отлажена эта конвейерная преступность сегодня: похищение граждан в отдалённый дурдом и фальсификация диагноза являются началом жестокого способа по выяснению социальных связей жертвы.
Ни для одного взрослого жителя страны не является секретом: в органах российской милиции, формально, якобы, ответственной за поддержание правопорядка, работают нисколько не порядочные обычные пьянницы, шпана, а то и те же разбойники, только переодетые в униформу - такое противоречие привычно населению.
Ещё больший парадокс в менее известной отечественной психиатрии: она не борется с преступностью, никак не борется с наркоманией, а наоборот - только тихо лицемерно плодит её, скрытно, но активно сотрудничает с жуликами и у всех на глазах происходящее на сегодняшний день в России лишь подтверждает это. Более того, психиатры намеренно уродуют именно здоровых порядочных людей разных возрастов в угоду мошенникам.
Массовый безнаказанный террор с пособничеством государственных психиатров по стране таков, что порою удивляешься: толи бандиты умело прикрываются порочнымЗаконом РФ №3185-1, толи этот Закон специально подстроен так, чтобы позволять творить беспредел со всеми!
Так, по нему должностные преступники неожиданно похищают человека, прикрывая это на их жаргоне "недобровольным освидетельствованием", когда позарившиеся на имущество гражданина жулики всего лишь сделают врачу-психиатру из ПНД намеренный лжедонос о, якобы, "непосредственной опасности" намеченной жертвы! И в тоже время, психиатр от ПНД, лишь формально принимающий участие в том первичном освидетельствовании, уже вдальнейшем заинтересован в лишении гражданина дееспособности для отнимания имущества в пользу разбойников через опекуна, поскольку умелые мошенники всегда сулят подельничающему психиатру часть от имущества, которое удасться отнять. Поэтому сегодня все оболганные так граждане моментально пленяются в застенки психбольниц, под предлогом направления на "недобровольную госпитализацию", причём, специально не в ближайший, а в отдалённый от места проживания дурдом.
Здесь никакие следствия и разбирательства был ли действительно человек опасен не нужны и предварительной санкции суда или прокуратуры не требуется - только лжедонос и фиктивный диагноз, в котором серийные жулики элементарно заинтересовывают психиатров!
А как же это происходит на практике? Неужели среди врачей-психиатров находятся столь вероломные гады?
Да, даже более того, на ответственных должностях в российских государственных психиатрических учреждениях только и остались одни бессовестные жулики и шарлатаны, которые за официальной лицемерной рекламой своих, якобы, медицинских услуг, очень ловко и преступно эксплуатируют пороки Закона в грубо корыстных целях.
За унылыми застенками дурдомов сейчас поголовно восседает разжиревшая криминальная шпана, далёкая от медицины, думающая никак не о здоровье нации, а, сами погрязнув в пьянстве, блуде и взяточничестве, успешно эксплуатирующая корыстный поточный метод, по сути ставший развитым ТЕРРОРИЗМОМ к населению в исполнении лиц на государственных должностях. Пользуясь малоизученностью психиатрии, отчуждённостью от общества и полной своей безнаказанностью, за мелкие подачки от мошенников формально без должного обследования уполномоченные "специалисты" выносят любые фиктивные диагнозы пленённым гражданам, которых подготавливают к отниманию собственности - нигде в порочном Законе не сказано, что врачи-психиатры должны обладать высокими моральными качествами, признанной компетентностью и сами быть психически здоровыми, а лишь в пункте 1-м статьи 19-йглухо упомянуто, что специалист должен обладать высшим медицинским образованием, но это, к сожалению, при российской действительности ещё не говорит ни о какой квалификации по специальности, а скорее совсем о другом.
Положа руку на сердце, могу теперь ответственно сказать: должности государственных уполномоченных врачей-психиатров в стране занимают лица хуже проституток - самая чернь общества.
В процессе создания этой работы, когда основная масса материала была готова, я вновь и вновь возвращался к размышлению: как систематизировать, как представить изложение, чтобы оно было доступно и понятно? Сделав предварительное вступление, далее весь материал приведу так, как это постепенно, по крупицам становилось известным автору - думаю, так будет и чуть интереснее.
Читатель наверняка спросит: "А почему, откуда известно о происходящем в психиатрии или психиатрической больнице?"
Отвечаю: когда у меня лицемерная хамская шпана позарилась отнять жилплощадь и другое имущество, я - полностью здоровый, непьющий, некурящий, порядочный и трудящийся человек - был даже дважды преступно пленён и искалечен в учреждении, формально называемом психиатрическая больница, формально имеющим статус медицинского! Причём, меня, как и многих других, истязали именно в таком помещении, которое формально называется "острое отделение" - по сути, это Святая святых психиатрической больницы, куда специально затруднён доступ посетителям и даже другому персоналу. Именно полная противоположность такого заведения своему формальному статусу побудила меня под угрозами расправы создать данную работу.
Поэтому сначала будет полностью приведена детальная история моего заточения преступниками в дурдом в чём-то типичная для всех случаев, но с другой стороны должен предупредить: отдельные сопутствующие только ней далеко противоречивые моменты позволили увидеть отечественную психиатрию такой, какая она сейчас есть на самом деле, а не под губительным действием психотропных средств, как это происходит с другими жертвами. Мне пока удалось вырваться из этого капкана и целиком донести вынесенный из стен пленения, редкий и ценный опыт до широкого контингента граждан. А после в отдельном Дополнительном материале будет приведена детальная практическая и юридическая схема, как, обворовав и оболгав, здоровых людей преступники сейчас похищают в дурдом и лишают последнего...

Личная история.
Подробное изложение одной из сторон относительно неизвестного, всё возрастающего проявления аморального противозакония в Российской Федерации, фактов и историй, свидетелем или пострадавшим от которых мне довелось стать с начала 2001 года, вынужден начать с короткой автобиографии, которую пусть читатель просто хотя бы примет к сведению, но без неё будет не совсем понятно полное изложение данного материала...
Итак, я родился в самом конце 1975-го года в Москве в семье служащих москвичей, но любимые родители (Евстигнеев Александр Владимирович и Евстигнеева Наталья Леонидовна, до 1-го брака фамилия Денисова), к сожалению, уже жили раздельно, поэтому до конца 1982-го года я был прописан сначала на квартире у отца, а только затем по месту моего рождения. Но, переходя сразу немного к теме, проживал не с родителями, а по причине психического расстройства матери, провёл нищенское детство с постоянно хворавшей бабушкой по её линии и родителей видел только редко, когда они по отдельности навещали меня и бабушку, даже, например, после предсмертного инсульта которой они появились только через несколько дней, а я тогда проживал у соседей по дому.
После смерти бабушки московская квартира досталась по наследству мне с матерью, но родившая гражданка стала препятствовать моему проживанию на квартире по месту рождения и прописки, поэтому часть школьного возраста я жил и воспитывался у знакомой родителей, проживая в разных районах столицы, по словам которой мать и отец практически не выделяли на меня никаких средств, и только с возраста средних классов общеобразовательной школы переехал на квартиру по месту рождения, прописки и правом совместной частной собственности которой обладаю на основании договора приватизации жилья с 1992 года (находится по адресу: Россия, индекс 125284, город Москва, Беговая аллея, дом 5, квартира 60), где жила мама, обзаведшаяся в течение длительной разлуки со мной новой семьёй - мужем младше её из Подмосковной деревни (Шубин Виктор Дмитриевич) и их сыном (Шубин Сергей Викторович). С этого возраста по требованию матери целиком и полностью веду хозяйство отдельно от неё и её новой семьи, например, стирал и готовил всегда себе сам, несмотря на проживание в одной квартире, занимая в ней маленькую комнатку. Обычно мы знаем, что родители, какие бы они не были, хотя бы в глубине души любят своих детей, но в природе бывают исключения. Евстигнеева Н.Л. питает явное и сильное отвращение к 1-у супругу (моему отцу) и испытывает отчужденческие настроения ко мне ещё с раннего детства, например, говоря, что она мне не мать, хотя до сих пор носит фамилию 1-го супруга, которая ещё известна в России, как фамилия ранее знаменитого отечественного актёра.
Полностью окончив общеобразовательную школу, я поступил на работу и, будучи освобождён от службы в Российской Армии только по состоянию очень плохого зрения, продолжал на протяжении многих лет успешно трудиться в разных организациях, переходя из одной в другую лишь по собственному желанию и со временем получил простой диплом коммерческого негосударственного образовательного учреждения "Школа менеджеров "Арсенал". Веду целиком здоровый скромный образ жизни, не пью и не курю, порядочен, никаких правонарушений не совершал, приводов в милицию ранее не имел и под следствием не находился. Всю жизнь я избегал контактов с опустившимися пьющими знакомыми матери.
Но проживающие в одной квартире со мной, имея постоянные сильные конфликты, драки, препирательства и между собою, и с некоторыми окружающими, (например, Шубин В.Д. часто приходит в квартиру с мелкими травмами) постоянно, а особенно с 1999 года (когда 2-й супруг матери постоянно искал и менял работы) наглыми преступными способами добиваются покидания мною законно занимаемой жилплощади и устроили травлю: препятствуют сну, выполнению санитарно-гигиенических норм, приготовлению питания, ночью, или находясь в ненормальном состоянии, ломали купленную мною необходимую бытовую технику, портили мебель, одежду, причиняли мне физический и моральный ущерб, угрожали убийством.
Только сейчас понял, что напрасно на протяжении более 10-ка лет скрывал от окружающих о низменных наклонностях сожителей - мне было неудобно чернить свою мать и я вообще предпочитал о ней умалчивать. Теперь расскажу... Хотя приблизительно с 2001 года гражданка, родившая меня, теперь обильно называет себя православной христианкой, а ранее увлекалась пьянством, оккультизмом и восточными религиями, но у неё давно присутствуют скрываемые садистские наклонности, склонность к мелкому обману и мошенничеству. Имея действительно от природы незаурядный актёрский талант, из-за чего она видимо и заключила 1-й брак - чтобы поиметь известную фамилию - родившая гражданка легко вступает в первый контакт с незнакомцами, а так же в связь с лицами, склонными к чрезмерному употреблению алкоголя и сексуально озабоченными мужчинами.
Посоветовавшись со старшими знакомыми, я вынужден был осторожно официально обратиться в правоохранительные органы (ОВД района "Беговой" города Москвы) хотя бы для регистрации вопиющих случаев надругательства надо мной и препятствования проживания в квартире, по возможности мало упоминая мать, но милиция уходила от помощи: меня вызывал лишь участковый инспектор милиции к себе в общий кабинет на беседу, затем вызывал к себе всех троих сожителей и они, отмывшись и приодевшись в дешёвые отглаженные костюмчики, приходили к нему. Это приводило лишь к временному частичному улучшению моего проживания, а затем нападки повторялись снова и снова. Даже наоборот: несмотря на то, что мои сожители являлись уже несколько десятков лет бедными, опустившимися рабочими, а то и безработными, превратившими московскую квартиру в подобие загаженной деревенской избы, милиция не принимала к ним никаких мер, а напротив, после 2-х обращений за помощью, государственные структуры именно меня подвергли мастерски завуалированным пыткам с риском убийства для отказа от Законно владеемого имущества!
Позже понял, что зря, посоветовавшись с двумя старшими, которые кое-чего добились в жизни, я по их совету обратился в милицию с жалобами на выживание меня из собственной квартиры. Местная милиция моё обращение молодого, одинокого и неопытного человека изучила и расценила по-своему: что проще помочь шпане выселить меня из квартиры, при помощи подвернувшихся психиатров, которые в России ставят диагнозы кому угодно и, как правило, только помогают преступникам! А вот если бы действительно обратились мои друзья, к примеру, то милиционеры, учитывая их высокое социальное положение, помогли бы уже им - милиция действительно таким содействует и уважает..., но мне до уровня знакомых далеко.

Обстоятельства 1-х пыток.
С начала февраля 2001 года родившая меня гражданка постоянно дома громко ругалась и ссорилась со своим 2-м супругом по всяким причинам: отсутствия денег и половых контактов, постоянной смены места работы и из-за серьёзно сломавшейся старой автомашины "Волга ГАЗ-24". Их сын постоянно прогуливал школу, а жуткие ссоры между ними сказывались и на мне: дома бардак и грязь, нельзя даже пройти на кухню для приготовления питания и я готовил на микроволновой печи в комнате, в которой сплю. Сожители испаганили квартиру и санузел. Мать обращалась в агентство недвижимости по поводу сдачи жилплощади в аренду. В конце-концов 2-й супруг матери уехал из квартиры к родителям в деревню, но тут мать начала постоянно устраивать ссоры со мною, требуя съезда с квартиры.
14 февраля она, как обычно, внаглую препятствовала приготовлению мною питания на кухне и уходу на работу, поэтому я вынужден был позвонить по телефону милиции в Москве "02" и сообщить, что мне препятствуют в проживании на Законно занимаемой жилплощади. Примерно через час приехал наряд милиции из ОВД района "Беговой", но, только коротко побеседовав с моей матерью, пообещал разобраться. После ухода сотрудников милиции родивщая гражданка пообещала мне отомстить и куда-то ушла.
В тот день по Законам РФ я с недавним исполнением 25 лет сдал в паспортный стол свой паспорт гражданина СССР с другими необходимыми документами для замены на новый паспорт гражданина РФ и должен был около 2-х недель по странному заведённому тогда в стране порядку жить без паспорта. Мать и работники милиции об этом знали. Но тот день кончился нормально без каких-либо намёков.
А 15 февраля 2001 года примерно после 7 часов утра в дверь квартиры позвонили 2 работника милиции. Я проснулся. Потребовали меня. Я отпер дверь и вошедшие милиционеры заявили, что со мной срочно хочет поговорить участковый инспектор и мне даётся 5 минут на сборы. Я второпях оделся, а так-как паспорт сдал вчера на замену, то взял с собой Военный билет. Работники милиции сразу изъяли у меня Военный билет и торопили настолько, что холодной зимой не дали одеть даже шапку, сказав, что отделение милиции рядом и довезут на машине. Я вышел из дома, сел в машину милиции, но она не сразу отправилась в отделение, а по дороге на какое-то время подъехала к дому №5 корпус №2 и работники милиции зачем-то выходили из автомобиля. Затем меня привезли в ОВД района "Беговой", попросили расписаться в дежурном журнале, я расписался и посадили на скамейку в полутёмном помещении напротив "обезъянника". По постоянно работавшему в отделении телевизору из смежной комнаты было слышно, что настало 8 часов утра и сотрудники милиции разбудили человека, спящего напротив меня в камере. Я с ним познакомился - это Цкаев Аркадий Борисович.
По прошествии времени специально привожу всю историю почти настолько точно насколько помню, чтобы читатель мог понять нормальное состояние здоровья автора, которое может быть подтверждено независимыми свидетелями.
Шло время, час, другой... За Цкаевым А.Б. наконец приехала мама и его выпустили - я остался один.
В той смежной комнате с телевизором, за телефонным аппаратом сидел рыже-жёлтоволосый сотрудник в очках солидного возраста и нормального телосложения. На первый взгляд, его вид в милицейской форме мог показаться порядочным и интеллигентным. Но вот он стал звонить по телефону, видимо другому сотруднику и, взглянув, что вокруг находятся только мужчины, открыто говорил собеседнику о предстоящем совместном допросе какой-то красивой женщины и что у той, дословно передавая, "большие сиськи торчат..."
У другого дежурившего сотрудника милиции я спросил на каком основании и почему меня задерживают. Сначала он отказывался объяснить, говоря подождать. Тогда я задал вопрос, могу ли позвонить посредством своего мобильного телефона в юридическую консультацию? Сотрудник милиции запретил и буквально только на несколько секунд из своих рук показал мне лист бумаги, на котором печатными буквами и от руки было написано насколько помню следующее: "Психически больной Евстигнеев Е.А., 1975 г.р. в связи с сезонным обострением опасен для себя, родителей и окружающих..." Так как этот листок был показан мне на пару мгновений, то я не успел целиком прочитать его, но по-моему, тогда там внизу отсутствовала даже печать и дата. Я был сильно удивлён, даже ошарашен, сказал, что это ложь и вынужден был дожидаться разбирательства.
Шло время... Подошёл молодой парень без служебной формы, но возможно сотрудник внутренних дел. Он спросил почему я здесь и попросил пройти с ним в дальнее помещение отделения, якобы, для интересного дела. Я прошёл. Там он спросил, слышал ли я о том, что в соответствии с распоряжением все лица, задержанные сотрудниками милиции, должны оставить органам внутренних дел все данные о себе? Я такого не слышал, но согласился. Парень дотошно интересовался где, когда я родился, где и кем работаю, специальность, чем занимаюсь, взял у меня подробные образцы подчерка, отпечатки всех пальцев и ладоней, составил описание внешности с приметами и сделал несколько фотографий в фас и профиль. Потом меня снова посадили на скамейку.
Уже хотелось сильно есть - вчера вечером, устав после работы и соблюдая режим, ничего не поел и был, как обычно, голоден с утра.
Ближе к 12 часам дня милиционеры ко мне подсадили Вильгельма Александр Александровича - обычного гражданина, но явно чувствовавшего себя плохо. Время шло. Вильгельм А.А. иногда куда-то выходил, якобы покурить на улицу, а затем приходил снова.
Потом в прихожую отделения зашла женщина, которая по-видимому регулярно продавала милиционерам простое питание: пирожки и воду. У дежурного рыжеволосого и высокого плотного телосложения милиционера я спросил, можно ли мне на свои деньги что-нибудь у неё купить? Тот кивнул головой и я вышел в прихожую прямо к выходным дверям и, купив у неё пирожок, вернулся назад. Пожалуй, тот высокий и плотный рыжеволосый сотрудник единственный кто отнёсся ко мне нормально и понял, что я честный человек.
Приблизительно к обеденному времени (к 2-3 часам) в отделении милиции появились две женщины, а прямо говоря, - тётки. Одна из них выглядела лучше и представилась заместителем главного врача ПНД - Прытова Е.Б. А другая женщина выглядела грязноватой, была неухоженна и на вид часто пьющая, она всё время только молчала, смотря на меня. Работники милиции предложили Прытовой пройти в светлый кабинет для беседы со мной, но она сразу отказалась, сказав, что ничего мы тут побеседуем и сказала милиционерам показать ей бумагу, какая у них есть на меня. Тот листок она сначала взяла в руки, а потом постепенно упрятала. Усевшись рядом с маленьким обшарпанным столом, Прытова постоянно смотря мне выше моих глаз прямо в лоб, напористо задала несколько коротких вопросов: кем работаю, много ли друзей, с кем живу, знаю ли о NLP, дианетике и какие у меня увлечения? Я спокойно кратко ответил, добавив, что ни о NLP, ни о Дианетике ничего не знаю и хобби у меня тоже нет. Интересно, что она постаралась сделать очень удивлённый вид, узнав об отсутствии у меня каких-либо увлечений. "Что у вас нет никакого хобби?" - широко раскрыв уставленные мне в лоб глаза, с возбуждением переспросила она. Я подтвердил, что нет и всё время уделяю работе. Тут она, попрежнему смотря в лоб, стала с интонацией резко говорить, что я психически больной человек и что у меня скоро может быть "срыв". Хотя я и был несколько ошарашен, но спросил почему она так считает? Прытова ответила, что она специалист и сделала вывод по неизвестным мне внешним признакам, по позе. А далее, смотря в лоб, говорила: "Вы же умный человек, у нас работают сильные санитары - не сопротивляйтесь, сейчас машина отвезёт вас в хорошую больницу, там проведут обследование!" Хотя я был против её мнения, но в данной ситуации согласился проехать в больницу на обследование. Тогда я ещё не знал, что Прытова бессовестно врала мне. В конце разговора, спросил, знакома ли она с моей матерью? "Что вы!" - всё глядя в лоб, с мимикой брехала она: "я вашу мать и не знаю, меня попросили обследовать вас очень из высоких инстанций. Не буду вам говорить каких. Высоких..." Прытова поспешно встала и со всё время молчащей женщиной собралась уходить. Вся короткая беседа длилась около 5 минут. Я был удивлён и стал несколько подавлен. Тут, когда Прытова подходила к дверям, работники милиции её окрикнули и сказали про 2-го гражданина - Вильгельма А.А. Она, только увидев его, спросила: "Так кого забирать-то: 1-го или 2-го?" Работники милиции предоставили право выбора ей и она почему-то сразу забрала с собой Вильгельма А.А. под охраной милиционера, а я вынужден был остаться в отделении.
Признаюсь, тогда о психиатрии я ничего не знал, кроме редких отрывков из комедийных фильмов, да случайного сюжета в теленовостях и мне чуть по-человечески интересно было взглянуть, что же происходит в психиатрической больнице, какие там пациенты? В этом пугало и неприятно было только то, что происходило как-то неожиданно и не мог никуда сообщить что со мной, да и стеснялся, а кроме того, надо было в это время уже быть на работе, а тут - незапланированное приключение... Я всё наивно полагал, что скоро в хорошей специализированной больнице быстро проведут тщательное обследование и отпустят.
Конечно, тогда по неопытности и предположить не мог, что в нашем районе лихо орудует организованная банда из лиц на государственных должностях, промышляющая отниманием собственности от пострадавших к преступникам. Именно пострадавших от преступлений граждан, обратившихся в местное отделение милиции для регистрации факта преступления против них, таких людей, наоборот - похищают в далёкий дурдом, где преступникам изощрённо помогают не только сокрыть улики уже совершённого преступления, но и предоставляют возможность завладеть ещё и всем имуществом пленённых, в том числе, недвижимостью!
Время шло. Есть хотелось уже очень сильно. Пока ждал отправки на обследование в больницу, вёл себя порядочно и спокойно, но непредставившийся сотрудник милиции, издавший приказ о моём приводе из дома в отделение, вальяжно приказал мне зайти в "обезъянник" и запер за мной дверь, буквально ловко объяснив это так: "Чтоб нам спокойней было." Звонить с мобильного телефона полностью запретили и я не мог предупредить никого даже на работе. А когда мне кто-либо звонил и я отвечал на звонки, то работники милиции выражали возмущения. По мягкости характера и не желая ссориться, я выполнял их указания.
Из камеры услышал, что тот единственный нормальный рыжеватый дежуривший сотрудник милиции, обнаружив, сказал другому, что Прытова у них оказывается забрала ту фиктивную бумагу и теперь они меня держат в отделении без формального обоснования!
Так всё дольше и дольше... Сотрудники милиции разговаривали между собой; из их переговоров я понял, кто конкретно издал приказ о моём приводе в отделение из собственной квартиры - полноватый высокий брюнет с кудряшками. В дальнейшем он жаловался мне и окружающим на низкую зарплату; как-то я спросил у него насчёт питания, тот грубо бросил: "Мы на тебя не заказывали, худей - девушки любить больше будут!" И тот ранее купленный пирожок оказался единственным, что я ел в те сутки.
Другой здоровенный милиционер очень хвастался всем, что догнал, как я понял, малолетнего парня, стащившего у кого-то сумку и так далее.
Наступил вечер. Жуткий голод. Я совсем обессилел и лёг в камере, подстелив под себя одежду. Никакой машины для обследования не было.
Милиция задержала 2-х граждан в возрасте, находившихся в момент приезда наряда рядом с таксофоном, с которого, якобы, ранее был совершён звонок о закладе бомбы на территории продовольственной ярмарки. Людей настращали и отпустили.
Время шло и шло. Ночью в отделение доставили группу ребят с одной приезжей девушкой, якобы занимавшихся сутенёрством. Всех оштрафовали на 100 рублей и отпустили. Я постепенно стал дремать.
Судя по передачам, показывавшимся по всё время работавшему для сотрудников милиции телевизору, наступила полночь и 16 февраля 2001 года. Когда уже телевизор ничего не показывал - видимо было далеко заполночь - наконец приехала специальная машина, чтобы забрать меня в больницу. Вид у приехавших дурной: худые, один в очках и с длинными волосами, а другой хоть и в белом халате, но словно наркоман.
Меня обыскали, вынули содержимое карманов, составили опись и отдали всё приехавшим за мной. Приковали наручником, объясняя тем, что один человек при доставке в психбольницу выпрыгнул на ходу из автомобиля, получил сильные травмы и был направлен в обычную больницу. Сейчас я понимаю - тот смело выпрыгнувший был прав, а тогда я ещё не знал, что ждёт впереди.
Сели в машину и приехали в "Городскую клиническую психиатрическую больницу №4 имени Ганнушкина П.Б. города Москвы". Сначала в приёмное отделение. Чувствовал я себя уже очень плохо - голод, слабость и сонливость сковали ночью весь организм. Что было здесь я помню хуже. В приёмном отделении поспрошали простые вопросы: как зовут, дата рождения, где живу. Приказали переодеться в драную, грязную, паршивую, казённую одежду, составили опись всех моих вещей с деньгами, одеждой и обувью и предложили подписать добровольное согласие на лечение. Я отказался. Тогда меня здоровенные санитары проводили в 5-е мужское отделение и уже тут разговоры стали совсем другие - совсем непривлекательная худощавая медсестра в белом халате и огромных очках на разный манер твердила: "Подписывай, Женя! Ты почему не подписываешь?!" Я отказывался подписывать добровольное согласие на лечение. Появились 2-е опасных психбольных - завсегдатаи отделения: Маркин Александр и по имени Марат. Вместе с сотрудниками больницы они меня обессилевшего долго, более часа нагло заставляли подписать добровольное согласие на лечение, то говоря, что здесь все подписывают, то угрожая, что мне будет ещё хуже и меня откажутся кормить, то предлагая сразу накормить, если подпишу. Мучали и мучали своей мерзкой болтовнёй. В конце-концов мне принудительно в ягодицу сделали укол какого-то препарата, я стал постепенно терять сознание и пока ещё чего-то соображал, мне тыкали лист бумаги: "Подпиши... подпиши..."
Проснулся когда было светло. Голод жуткий, силы отсутствуют, ходить еле могу. Помню состоялась скупая беседа с заместительницей начальника отделения Грициенко Верой Даниловной в её кабинете. Эта тварь, пока я находился ещё под действием укола, допытывалась: где, кем я работаю, много ли у меня друзей и чем они занимаются. Снова предлагала мне подписать добровольное согласие на лечение. Я отказался и так и не подписал.
Дополню, 15 февраля, то есть числом раньше меня, в этом же отделении психбольницы оказался Вильгельм А.А., сидевший рядом на скамейке в отделении милиции. Мы узнали друг-друга. Позже он сообщил, что из милиции он с теми женщинами поехал в ПНД№4, где его обследовали около 1-2 часов, а затем отправили в дурдом, но он тоже отказался подписать добровольное согласие на лечение.
Что было ещё не запомнилось. Мне разрешили есть в столовой. По 3 раза в день принуждали пить препараты и каждый вечер делали укол в ягодицу. Еле ходил, разум помутнел - меня отравили. Обстановку вокруг тогда помню плохо. Много спал.
Так шли дни и ночи. Постепенно организм стал превыкать к губительным препаратам и хотя всё время чувствовал себя специфично, словно сонным, но уже постепенно иногда мог разговаривать с другими пациентами.
С самого начала меня поместили во 2-ю палату отделения, а затем перевели в какую-то другую.
Примерно через неделю уколы делать перестали, а по прошествии около 2-х недель сознание стало понемногу возвращаться, несмотря на принудительный приём других отравляющих препаратов. И хотя я тогда плохо соображал, но всё-таки можно было заметить, что в дурдоме большей частью продолжительно тамятся под действием губительных препаратов обычные мирные граждане.
Вместе со мной в палате лежал один спокойный человек чуть старше меня, его все часто называли по кличке и он рассказал, что уже долгое время пребывает в разных психбольницах, а принадлежащие ему 2 квартиры, одна из которых находится в Митино, другими лицами сдаются в аренду!
Судить о реальном состоянии здоровья узников конечно сложно, так как большинство находится под действием химикатов, но некоторые выводы уже можно сделать было тогда.
Долгое время в отделении, в одной палате вместе со мной содержался Зотов Аркадий Николаевич - молодой спокойный парень из Митино, оставивший свой номер домашнего телефона: 752 7150. Сомневаюсь, что он получил лечение в больнице, хотя возможно и имеет малое заболевание.
А вот другой пример: наркомана, лежавшего на кровати рядом со мной, по имени Алексей, у которого по ночам были сильные приступы, выписали приблизительно через неделю после поступления в больницу. Он тоже оставил мне свои телефоны для связи: 379 5137, 4314162, 4316453.
Есть малая часть опасных психбольных, заправляющих в отделении. Они отнимают передачи у остальных. Одному человеку тогда в 5-м отделении сломали челюсть. Если отказаться принимать препараты, то заставят опасные психбольные садисты, подлизывающиеся к сотрудникам отделения.
Кто-то выписывался, кто-то поступал в заключение. У кабинета руководящих работников отделения бывало выстраивалась очередь посетителей с сумками.
В туалете и палатах грязь. Вонь. Отсутствует горячая вода. На окнах решётки.
Оказалось, когда меня заключили в отделение психбольницы его начальник - Грозов Сергей Петрович - был в отпуске. Прошло какое-то время (1-2 недели) и он вышел на работу. Состоялась 3-х минутная стандартная беседа с ним в кабинете, но ничего не изменилось - он такой же подлец, как и остальные работники отделения.
Томление в психушке жутко. Был узник по кличке "Ба-Бай" - высокий, но исхудавший, истончавший человек. Его никто не навещал, над ним издевались и вдобавок препятствовали в приёме пищи, выталкивая из столовой, поэтому приходилось питаться редким воровством. Ходил в рваной, казённой одежде и постоянно с травмами на лице. От окружающих слышал только матёрую ругань, крики и... молчание. Уже с трудом говорил. Он запомнился мне тогда и думаю не только мне... Сейчас, когда пишу эти строки в 2003 году, горечь подступает к глазам - теперь понимаю, это был узник, приговорённый к смерти! Помню сухой, непонимающий взгляд его голубых глаз...
Родной отец обнаружил моё неожиданное исчезновение, узнал где я и 5 марта навестил, поэтому на следующий день - 6 марта 2001 года - меня неожиданно освободили, выдав на руки лишь 2 документа: больничный лист и направление для постановки на учёт в ПНД. В них напрочь отсутствовал диагноз.
Посмотреть направление на учёт в ПНД. А здесь чёрно-белая копия того же направления, но меньшего размера.
Посмотреть больничный лист. Здесь его чёрно-белая копия меньшего размера.
При освобождении Грициенко В.Д. говорила о съезде с квартиры, но я спросил: "Неужели я больной человек? А какой у меня диагноз?" Грициенко ответила, что конечно я больной, а диагноз они не сообщают и отказалась далее говорить. Тогда, ещё находясь в затравленном состоянии, наполовину верил этой скотине и даже предположить не мог, что за диагноз преступники сфальсифицировали мне - гражданину, успешно трудящемуся на 2-х работах!
Я жутко ослаб, с трудом ходил, говорил медленно и после высвобождения из заключения через день другой сразу заболел простудным заболеванием. Несмотря на это иногда приходилось ходить за продуктами питания в ближайший магазин. Недели 2-е после освобождения было очень плохо, но медленно здоровье шло на поправку. Я тогда не обратился сразу ко врачам из местной Поликлинники №39 города Москвы, потому что после издевательств в дурдоме, временно мнение о всех медработниках резко обратилось в самую худшую сторону. А от посещения ПНД решил сразу отказаться, потому что считаю работающих там лиц преступниками. Кроме того, вдальнейшем несколько раз встречался с Вильгельмом А.А., когда его, продержав в заключении несколько месяцев, выпустили на свободу. Внешне состояние здоровья его ещё ухудшилось. Он по безысходности встал на учёт в ПНД№4 и принимает выдаваемые препараты. Сейчас в 2003 году он чувствует себя так-же плохо.
Примерно месяц после освобождения я вообще не ходил на работу, потому что плохо чувствовал и стеснялся, что меня увидят в таком ненормальном виде. Один приятель полушутя сказал, что я немного не дотягиваю до Брежнева Л.И. в самое последние время его правления. Хорошо, что хотя бы успешно получил новый паспорт гражданина РФ.
Вас наверное заинтересует, а как я изнутри чувствовал действие обильно применённых препаратов? Ответить сложно. Чуть это напоминает алкогольное опьянение, но только чуть. Сам человек считает себя почти нормальным и только мелкие детали дают ему понять, что внутри что-то с ним не так. Но, могу сказать: ход рассуждений замедлен и изменён; проявляются вспышки смеха; и тогда в психушке и определённое время после освобождения я в сознании был равнодушен ко всему, равнодушен к себе, - и если бы не простудное заболевание, которым сразу заболел, то на следующий день, как робот-зомби, поехал бы по указанному адресу и встал на учёт в ПНД.
Но время шло. Рассказал почти всем знакомым где побывал и как. Постепенно здоровье приходило в норму. Побеседовал с независимым психоаналитиком, который сказал, что применение каких-либо медикаментов мне совсем излишне. Купил несколько популярных отечественных и зарубежных книг по психологии. Прочитав, провёл откровенное самотестирование и понял, что у меня преобладают астенические черты в характере, а параноидные и шизоидные вообще крайне малы!
Стал работать. К сожалению, в начале года всегда очень много дел, а из-за дурдома у меня произошло жуткое отставание. Было несколько бесед с начальством, но от него я скрыл факты заключения в психбольницу, так-как боялся, что меня сразу уволят так-как в мои обязанности входит непосредственное общение и работа с клиентами. Тем не менее за отставание в конце мая 2001 года меня уволили с работы, на которой успешно работал несколько лет, но трудовую книжку почему-то сразу не отдали.
До сих пор я нигде не работаю и устроится на работу не могу по причине формально "приклеенного" диагноза, а так-же постоянного риска внезапного исчезновения в психбольнице.
Кроме того, как уже вспоминаю сейчас, всё-таки до полного восстановления здоровья от сильнодействующих губительных препаратов прошло несколько месяцев - около 3-5.
Тем не менее, посоветовавшись с несколькими знакомыми, ещё в мае 2001 года я обратился в юридическую консультацию, где с моих слов написали коротенькую жалобу в Савеловскую Прокуратуру города Москвы - Прокуратуру по месту моей постоянной регистрации. Она была отправлена заказным письмом по почте с уведомлением о получении. К сожалению, ответ из Савёловской Прокуратуры отсутствует и по сей день.
11 ноября 2001 года отправлена самостоятельно написанная 2-я жалоба теперь в Прокуратуру САО города Москвы. Из Прокуратуры САО поступил письменный ответ о пересылке жалобы в Прокуратуру Савёловского района и всё.
Как я понимаю, обе прокуратуры никаких мер не приняли, потому что в феврале 2002 года меня снова для пыток заключили в то же отделение психбольницы, но 2-е заключение оказалось другим, совсем другим, а ни как обычно. Тут уж подонки от жадности совсем потеряли голову, ошиблись в своих корыстных мерзких планах и, к счастью, не смогли применить ко мне губительные отравляющие препараты, поэтому больше расскажу, что же происходит в закрытом 5-м мужском отделении психбольницы №4 города Москвы имени Ганнушкина.
Именно 2-е заключение в психбольницу заставило меня серьёзно заняться данной темой и на определённых этапах создания материала он был отправлен в Прокуратуру города Москвы, Правительство города Москвы, Управление по борьбе с организованной преступностью города Москвы, СМИ и прочим профильным или заитересованным ведомствам РФ.
Кроме того, только много позже, именно после высвобождения из 2-го заключения, посредством помощи личного адвоката удалось узнать: при только что изложенной 1-й пытке изверги из психушки, скрывая свои злодеяния, составили формальное фиктивное медицинское заключение об якобы моём крайне тяжёлом состоянии с заболеванием шизофренией параноидной в рекурентной стадии с обострением, опасностью для окружающих и неспособностью удовлетворять основные жизненные потребности! Это подложное заключение было вместе с исковым заявлением против меня направлено в гражданский районный суд по месту нахождения психбольницы и без проведения судебного заседания в нарушение судебно-процессуального кодекса, Конституции РФ и всех норм морали, только на основании заявления дурдома через несколько дней тот суд формально приговорил меня к принудительной госпитализации!!! Посмотреть противозаконное постановление суда. Чёрно-белая копия меньшего размера. Но тогда и вплоть до середины 2002 года я об этом и не знал.
Позже от адвоката стало известно и о том, что работники ПНД№4 за день до приезда в ОВД района "Беговой" для краткой беседы со мною и выяснения наличия знакомств, имели контакт с больной матерью и выдали фиктивную справку, послужившую основанием для доставки меня в милицию...
Итак, пожалуйста, теперь прочитайте следующую часть. Она написана более полно и является целиком самостоятельным рассказом. Велением времени он посвящён 2-у заключению в дурдом, обильно снабжён сопутствующим материалом, помогающим читателю разобраться в сути происходящего, а самое главное - ближе к окончанию содержит некоторые обобщения и выводы.


Обстоятельства 2-го заточения.
13 февраля 2002 года вечером я в прихожей квартиры по месту постоянного проживания и регистрации (Россия, индекс 125284, город Москва, Беговая аллея, дом 5, квартира 60) разговаривал по телефону с мамой моего знакомого - Беловой Светланой Сергеевной. Моя мама, Евстигнеева Н. Л. и её 2-й муж, Шубин В. Д., находились на кухне. Вдруг мать неожиданно прямо с кухни стала кричать на меня, а приблизившись начала поносить меня разными словами, что я якобы всех обманываю, и стала вмешиваться в разговор - мне пришлось быстро его завершить. Далее мать снова стала говорить уже из туалета, что я "такой и сякой", что у меня, дословно говоря, "даже девки нет" и так далее и тому подобное, на что я сказал: "Посмотри сама за кого вышла замуж." И далее я стал высказывать матери только то, что её 2-й супруг 1,5 года назад схватил меня ночью в санузле, а потом на кухне рукой за лицо, в чём, как я понимаю, он до сих пор, как ребёнок или того хуже, не сознаётся. При этих словах Шубин В.Д. выскочил из кухни в прихожую ко мне с вытращенными глазами и перекошенной рожей и рядом со мной стал кричать: "За что тебя ещё схватить! За яйца!?" С этими словами он схватил меня рукой за промежность через спортивные брюки "Adidas". Я в ответ оттолкнул его ногой по ногам и рукой слегка задел ему по лицу. Но Шубин стал ещё угрожать мне, что что-то мне сделает, на что я открыл дверь на лестничную площадку (она была не заперта, как обычно после прихода Шубина) и стал звать на помощь. Подонок Шубин быстро сориентировался и, выйдя на порог квартиры, стал, оскалившись кричать: "Ты что "голубой", что тебя за яйца хватать?!" и ехидно смотрел на меня. Хотел закрыть дверь в квартиру, оставив меня на лестничной площадке, а я ему не дал. Как Шубин немного успокоился, я вошёл в квартиру и прошёл в комнату, в которой сплю, хотя он мне ещё угрожал и приказывал "сидеть тихо". А мать вскоре отключила от домашнего телефона трубку, и я никому не мог позвонить и сообщить о случившемся. Поздно вечером этого дня Шубин громко хвастался на кухне перед своим юным сыном Сергеем о том, что схватил меня "за яйца".
Так как попытки противозаконного, преступного выживания меня из квартиры с нанесением телесного, материального и морального ущерба со стороны матери и её новой семьи ко мне продолжаются очень давно, на следующий день 14 февраля я со своего мобильного телефона "BeeLine" (московский номер - 799 4194) позвонил по "02" и проконсультировался у дежурной по городу, что делать в данном случае, и так же выразил недоверие к местному отделению милиции ОВД района "Беговой". А так же звонил ещё раз для того, чтобы узнать остаются ли отпечатки пальцев на одежде и можно ли обратиться сразу в вышестоящий орган, а не в местное отделение. 15 февраля, по совету знакомого, я всё же обратился в ОВД района "Беговой" для консультаций, и, чтобы участковый инспектор составил акт о произошедшем, но милиционер, дежуривший у входа в отделение, даже почему-то отказался меня пропустить внутрь, сказав, что сначала надо идти в травмпункт. Вечером 15-го я обратился в травмпункт поликлиники №39 города Москвы и там попросил, чтобы сообщение о случившемся направили не в местное отделение милиции, а в ОВД САО, на что получил отказ.
Только 21 февраля вечером мне домой позвонил участковый инспектор райотдела милиции Ерёменко Игорь Степанович и пригласил в ОВД на утро 24 февраля (воскресенье).
Строго к назначенному времени я пришёл в отделение милиции. Ерёменко начал составлять протокол о случившемся, но не стал записывать с самого начала, а сказал: "Это не нужно". Попросил меня очень коротко рассказать, что было 1,5 года назад и, став это записывать, он запутался и зачеркнул при мне одно слово в протоколе, сразу перескочив на то, что случилось 13 февраля этого года, но так же не совсем точно и поверхностно. Я указал, что у меня есть и хранятся до сих пор спортивные брюки "Adidas", на ткани которых возможно остались отпечатки пальцев Шубина В.Д. Но участковый почему-то под предлогом того, что на ткани отпечатки не остаются, да и Шубин может якобы сказать, что перекладывал (переносил) рукой мои брюки, отказался принимать это за улику. Потом протянул быстро ко мне протокол и приказным тоном сказал: "Распишись здесь!" Я, не успев прочитать, вынужден был расписаться. Сразу после этого участковый протокол убрал, а из папки достал справку, в которой говорилось, что она из ПНД№4 города Москвы и, цитирую по памяти: "Психически больной Евстигнеев Е.А. в связи с сезонным обострением опасен для себя, родителей и окружающих..." и так далее и тому подобное! На этой фиктивной справке стояла чья-то подпись без расшифровки и печати и дата 21.01.02г. Я сказал, что эта справка фальсифицирована и первое заключение меня в психбольницу противозаконно и аморально, и по этому вопросу я уже дважды подавал заявление в прокуратуру. Сказав мне одному посидеть в помещении, участковый ушёл минут на 5, а вернувшись, сказал пройти с ним ближе к выходу отделения, к месту, где находится камера ("обезъянник"). Там Ерёменко с другими сотрудниками милиции, вплотную приблизившись ко мне, промолвил: "Так, сейчас приедут врачи и им расскажешь всё, что тебя беспокоит."(!) Так как участковый стоял близко, я почувствовал запах перегара от него. Потом работники милиции обыскали меня, якобы на наличие ножиков и режущих предметов, но, конечно, ничего запрещённого не нашли. Но они обнаружили мобильный телефон "Siemens SL45" с включённым цифровым диктофоном и грубо попросили его немедленно вообще выключить, пригрозив, что если не буду выполнять, то отберут и посадят меня в камеру. Я был вынужден сразу и под их контролем отключить телефон полностью и диктофонная запись всего, что было в отделении, к сожалению, не сохранилась. Мне сказали посидеть на скамейке и не разрешали звонить по моему телефону никому. Только один вновь появившийся сотрудник позволил сообщить лишь родному отцу, бросив: "Ну позвони." Я, видя, что со мной 2-й раз поступают недобросовестно, включив мобильник, попросил папу приехать в отделение. Больше звонить никому не разрешили.
Рядом со мной на скамейке сидел мужчина лет 40-50, плохо одетый, худощавого телосложения и, на вид, приезжий рабочей специальности. Он, остерегаясь, протянул ко мне руку с 50 рублями одной бумажкой и попросил разменять её по 10 рублей, объясняя это тем, что у него закончился срок "временной регистрации", и ему не хочется давать работникам милиции 50 рублей, а им хватит и 30. Но у меня денег в таких купюрах с собой не было, и поэтому не смог ему помочь.
Через некоторое время приехали два "врача" - мужчины в синих костюмах, как потом выяснилось, работающие в "Cкорой психиатрической помощи". Они прошли со мной в дальнее помещение отделения и, не представляясь, спросили почему я здесь. Я вкратце рассказал. Спросили так же, лежал ли я в психбольнице. Ответил, что 1 раз был противозаконно отправлен в больницу, и сейчас мою жалобу рассматривает прокуратура. А далее они стали говорить со мной грубо, надменно и вальяжно: "Вот видишь, мы живём и никто нас за яйца не хватает." И потом спросили, отблагодарю ли я их, если они меня отпустят. Затем "врачи" стали обыскивать меня, якобы на наличие ножиков и прочих опасных предметов, хотя это ранее делали милиционеры, но теперь уже полностью вынимая всё, что было во всех карманах. Очень интересовались бывшей со мной банковской карточкой "VISA" и электронным пропуском в "Мерит-Банк". Посчитали имевшиеся при мне деньги: 100 USD, 500 и 100 рублей и мелочь, а через минуту-другую всё вернули.
Чтобы читателю было легче понять, что представляют из себя сотрудники "Скорой психиатрической..." приведу сравнение. Тем гражданам, которым приходилось ездить в московском наземном общественном транспорте, наверняка встречались билетные контролёры - часто это нагловатые, запугивающие, невзрачные типы, вымогающие деньги у пассажиров, не оплативших проезд. Так вот работники "Скорой и неотложной медицинской психиатрической помощи" тоже самое, только наглеют и вымогают они у каждого подопечного и угрожают уже не мелким административным штрафом в милиции, а хуже - дурдомом! Если Вы работающий занятой человек, то и с Вас спрос таких психиатров будет много больше, чем с безработного или наркомана - безработний и в общественном транспорте может кататься бесплатно - денег у него нет ни на билет, ни тем более на штраф контролёрам и совсем спокойно ездят в троллейбусах никому не нужные вонючие БОМЖи. Это правило среди психиатров передаётся и дальше...
Тут из-за двери сообщили, что в отделение милиции почему-то пришла моя мать. "Врачи" вышли со мной в коридор и ещё там её спросили, было ли обращение в Прокуратуру. Мать им соврала, что нет. Теперь в кабинете стали разговаривать отдельно с ней. Из коридора было слышно, как мать с ними громко с интонациями разговаривала, но я не прислушивался и не знаю содержания. Хотя отдельные фразы отчётливо доносились. Мать говорила о возможной мести с моей стороны, о каком-то сексуальном расстройстве и прочем.
К счастью, вскоре подъехал и мой отец. Он всячески меня защищал, зная мою мать, и может быть дополнительным свидетелем того, что "врачи" ещё раз потребовали с нас "благодарности" за то, что оставят меня в покое, пригрозив фразой: "...в психбольнице, так-же как и в армии, демократии нет!" Ссылались на фиктивную справку. Но, второй раз уединённо побеседовав с моей матерью и работниками милиции, "врач" сказал, что я должен проехать с ними в больницу имени Ганнушкина, где проведут обследование. Мы с отцом сели в машину "Скорой помощи" и приехали в больницу к 14 часам.
В больнице старший сотрудник из этой "Скорой психиатрической" сначала отдельно зашёл в приёмное отделение и минут 5-10 что-то там делал, а затем туда сказали зайти мне. Врачиха из приёмного отделения, дежурившая в тот день, у которой был неухоженный внешний вид, а синяки под глазами указывали на то, что ей самой надо лечиться, заявила, что не вправе меня выписать, а для проведения обследования сейчас нет нужного медперсонала, который должен появиться только завтра. Так же только тут вдруг выяснилось, что двое гнустных типов из "Скорой психиатрической помощи" при направлении в больницу поставили мне какой-то "страшный диагноз", который нам с отцом отказались пояснить. Поэтому я, якобы по правилам больницы, должен лечь к ним на сутки. Мы с отцом с трудом согласились. Я все ценные предметы отдал папе, сам вынужден был переодеться из своей нормальной одежды (куртка и джинсы лицензионный "Pierre Cardin") в какое-то мятое дерьмо, иначе и не назовёшь, и остаться на сутки. Причём меня поместили в 5-е отделение, которое, как потом выяснилось, является "острым". Так же меня сначала положили во 2-ю палату, где были двое привязаны, а один старик с постоянными сильными приступами кашля, сославшись на "такой порядок". Хотя, например, комиссованного солдата с перерезанными венами по имени Тимур положили сразу в 3-ю.
...Прошли сутки, но никакого "нужного" медперсонала для проведения обследования не появилось. 25 февраля вышла на работу только одна из руководящих сотрудниц 5-го отделения Грициенко Вера Даниловна, сильно располневшая женщина в возрасте, с высоким голосом, часто притворно по-детски улыбающаяся при беседе и заявившая, что тоже не вправе меня выписать по причине отсутствия заведующего отделением. Приехали так же мои мать, отец и знакомый. Причём прямо при Грициенко мама ударила отца и не очень почтительно к нему относилась, а Грициенко почему-то сделала вид, что ничего не произошло. Я с разрешения Грициенко написал заявление заместителю главного врача больницы, написал так, насколько это было возможно в предложенных условиях, сидя на банкетке и положив лист бумаги на колени, но потом Грициенко отказалась его прочитать и подписать, а так же передать заместителю главного врача. Она же препятствовала записи показаний моего отца в историю болезни о том, что я психически здоровый человек, никогда никаких подозрительных отклонений не обнаруживал, веду полностью здоровый образ жизни и обвинения матери, направленные в пользу своего 2-го мужа, голословны. И отец вынужден был вообще от дачи показаний отказаться. Зато после ухода отца Грициенко ещё очень долго, более 1 часа, находилась с моей мамой в кабинете и последняя оставила там большой полиэтиленовый пакет. В дальнейшем, в первые несколько дней, Евстигнеева Н.Л. снова при мне посетила 5-е отделение с двумя пакетами: маленький пакетик со всякой мелочью (туалетная бумага, хозяйственное мыло и прочее) показно отдала мне, а большой цветной пакет у меня на глазах занесла в кабинет заведующего отделением и уже вышла без него.


Первый взгляд на дурдом изнутри.
Тут отступлю от хронологического повествования и поподробнее остановлюсь на том, что же тогда творилось в 5-м мужском отделении "закрытой" Городской клинической психиатрической больницы №4 имени Ганнушкина П.Б. города Москвы. При 2-й попытке преступников заточить автора в дурдом, тут меня сразу заколоть отравляющими препаратами не удалось и поэтому смогу рассказать обстановку намного яснее, подробнее, а не как при 1-х пытках год назад...
1) В первую очередь обращу внимание на то, что во всех помещениях, куда есть доступ пациентам, за исключением кабинетов руководителей отделения и комнаты приёма посетителей, царит грязь и антисанитария, больные везде плюют, курят, бросают окурки на пол, под кровати, в батареи отопления, раковины умывальников и прочее, а медицинский персонал игнорирует это, да что говорить, они и сами часто курят в не отведённых для этого местах, а прямо в коридоре, не глядя на пациентов. В санузлах (туалете и ванной с душевой) в холодное время года температура намного ниже нормы, там просто холодно. В туалете сырость. Уже очень давно (более года) нет горячей воды, из-за неисправности воду из крана часто надо сливать более 5 минут, чтобы она хоть чуть потеплела. В палатах духота, вонь и грязь, их моют не каждый день. Младший медперсонал старается взвалить работу по уборке и прочее на комиссованных солдат ("солдат"), а те в свою очередь различными методами - на пациентов, которые делают это кое-как. Только после поднятой отцом и знакомыми небольшой шумихи по факту моего незаконного заключения в "психушке", медперсонал вымыл окна в коридоре, сняли старые коричневые занавески и даже в помещении для приёма навещающих повесили новые более радующие взгляд розовые, а так же произвели мелкие другие улучшения.
2) Как-либо пытаться систематизировать узников 5-го отделения по состоянию здоровья - совершенно бесполезное занятие - содержат пациентов по различным "вопросам", которые и диагнозами не всегда назвать можно. Здесь есть и здоровые, и с пищевыми отравлениями, и с кожными заболеваниями, и с переломами костных тканей, и алкоголики, в том числе с "белой горячкой", и наркоманы, и психически нездоровые, страдающие клиптоманией (воровством), какими-то сексуальными расстройствами (гомосексуалисты, нудисты и прочие), умственно отсталые, со старческим маразмом и прочим, и ВИЧ-инфецированные СПИДом; и действительно опасные психбольные (садисты, клиптоманы и другие). Все палаты переполнены, во многих дополнительно стоят раскладушки, в общей сложности в небольшом отделении около 60 или более пациентов сильно различных возрастов. Такое переуплотнение и смешивание больных ещё более ухудшает и без того нездоровую обстановку. Вот, например, к концу моего заключения, когда я уже пребывал в маленькой 3-й палате, к нам нормальным 3-м её обитателям подселили 4-го грязноватого больного. Кроме того, что он в непроветриваемом, тесном помещении постоянно, не стесняясь, пукал, курил, часто вперемешку пел отрывки из религиозных песен различных культур и играл одним пальцем на старой, раздолбанной гитаре один и тот же короткий мотив из песни "Девушка" музыкальной группы "Битлз", он ещё почти не спал всю ночь, быстро ходя туда-сюда между кроватями, и, занимаясь тем же, что и днём, разве что только не играя на гитаре.
Но уже с первого дня томления в заключении понимаешь, узников явно можно систематизировать на несколько больших групп по тем отдалённым от больницы районам Москвы и ближайшего пригорода, откуда они поступили. Бросается в глаза преобладание в 5-м отделении пациентов, на свободе проживавших в маленькой части столицы, подконтрольном ОВД района "Беговой"...
3) Питание в столовой отделения кроме как отвратительным не назовёшь. Людей морят голодом - "кормят хуже и меньше, чем собак." Приведу только один пример: в кружку "жидкость для питья" наливают не более, чем наполовину, а то и того меньше, сок и кефир на 1 сантиметр от дна. О несвежей капусте и вспоминать не хочется... Посуда часто плохо вымыта. ВИЧ-инфецированные питаются только во 2-ю смену за отдельными столами из отдельной посуды, но из-за неряшливого отношения медперсонала "столовые приборы" постоянно путают и дают другим пациентам. Добавку не разрешают, ссылаясь на то, что мол де "ничего не осталось" или "кому-то может не хватить" - в этом персонал обманывает и я ещё вернусь к этой теме отдельно. Прожить без передач от друзей и близких просто невозможно. У пациентов происходит полное истощение организма, что приводит к другим последствиям: снижению иммунитета, повальному воровству и прочему. У меня примерно через 2-3 недели с начала пребывания в дурдоме сильно облупилась кожа на кончиках пальцев рук, такого не было с младшего школьного возраста. Факт зафиксирован Поликлинникой №39 города Москвы после моего освобождения в карте пациента. Среди измученных многолетних узников считается нормальным доесть чаинки после выпитого кем-то чая.
4) "Одежда, обувь и постельное бельё" .
Казённую одежду выдают такую, что смотреть на неё без слёз невозможно - БОМЖи на улице выглядят куда лучше, чем пациент в такой одежде. Как правило, это сомнительный по фасону "костюм", ветхий, рваненький, с пятнами и без пуговиц, конечно, никогда не глаженый. Если что-то случилось, например, у одного мирного порядочного заключённого порвалась резинка в штанах, ни то что замены, а даже починить самостоятельно не позволят. И тот простой гражданин, кстати, по его словам, постоянно пребывающий в психбольницах с 1968-го года, то есть ещё со времён Советского Союза, так и не допросился булавки для продевания резинки и много дней ходил придерживая штаны одной рукой, а через некоторое время его отправили, приблизительно, в психбольницу №10, находящуюся вблизи посёлка Кудиново Ногинского района МО.
Обувь часто рваная, очень сильно изношенная, не соответствующего размера, а то и вообще разного размера или фасона на обеих ногах. Я с очень большим трудом упросил дать мне возможность самому подобрать что-нибудь себе. Но из того, что почему-то предложили так и не смог выбрать, поэтому чтобы не ходить хуже клоуна, попросил навещавших купить мне тапочки, а те, что выдали, сдал назад.
Понятно, что любой человек будет в таких "одеяниях" выглядеть хуже некуда. Люди теряют всякую индивидуальность, а приобретают не поймёшь что. И в таком несоответствующем виде пациент при несогласии на добровольное лечение должен предстать перед судом..! Впрочем о суде я расскажу позже.
Постельное бельё тоже часто рваное и в пятнах. Мне объяснили, что, якобы, по правилам оно должно заменяться 1 раз в 2-е недели, но первый раз выдали замену только через 3-и недели с начала пребывания, да и то после неоднократных просьб к сестре-хозяйке, отказывавшей то под предлогом, что постель ещё чистая, то что я не в то время обратился и так далее, а многим её вообще не меняют, так Труфанову Александру Сергеевичу (домашний телефон: 452 6598) из палаты №5 чистую постель не выдавали более 3-х с половиной месяцев. Мне выстиранную "простыню" выдали длиной в половину кровати, грубо сказав: "и так сойдёт, ты маленький, если что ножки подожмёшь." И только после 5-и минутного препирательства с сестрой-хозяйкой, когда уже и другие обратили внимание, выдали нормальной длины. А о том, что обычно не выдают полотенца, мыла, зубных щёток и пасты, туалетной бумаги и каждый обходится как сможет, я уж и писать не буду.
Не хочется вспоминать и кровати. Они в отделении такие, что на полу спать было бы намного удобней. Если кровать решетчато-металлическая, то, как правило, часть прутьев в ней давно сломаны, засунуты неровние куски каких-то деревяшек так, что старый матрац "и йога не спасёт". У меня была такая кровать, спать можно было только на одной её стороне, на другой - сплошные неровности. При мне только одну подобную кровать отправили в ремонт, а надо заменить почти все. А если кровать другого типа - "пружинная", то пружины в ней настолько растянулись и ослабли, что лежащий человек принимает форму банана. Такая кровать, например, была у выше упоминаемого мною Труфанова А.С.
5) Около половины пациентов уже в самом отделении заболевают различными болезнями, не имеющими отношения к психиатрии. Как правило, это простудные и инфекционные заболевания, характеризующиеся повышенной температурой (до 39 градусов), насморком, резью в глазах, болью в горле и приступами кашля в груди. Находясь в помещении, то там, то здесь слышишь кашель. Сначала я несколько дней провёл во 2-й палате, где рядом со мной лежал Савельев Андрей, седоволосый старик, несколько десятков лет пролежавший в психбольницах и заработавший в "Ганнушкино" такое заболевание. У него круглосуточно периодически возникали затяжные приступы кашля до рвоты. В 3-й палате со мной лежал так болевший "солдат" по имени Фёдор, а после расселения всех "солдат", ко мне из 2-й в 3-ю палату поместили перед отпуском на волю опять Савельева А. После этого заболел и я. Высокая температура, резь в глазах, боль в горле, грудной кашель с тёмной мокротой долгое время сопровождали меня даже после выписки из дурдома. Причём, младший медперсонал почему-то всячески препятствует измерению температуры и лечению. Так градусник дают подержать не более чем на 2-3 минуты, обманывая узников, что этого времени достаточно. А что записывается в историю болезни и в так называемые "температурные листы", я вообще не знаю. Дошло до того, что однажды температура у меня оказалась много ниже нормы, а при повторном измерении по настоятельному требованию - выше. А уж когда терапевт больницы 1-й раз должен был меня осмотреть, то даже по его просьбе вообще отказались выдать мне градусник, сославшись на то, что градусники находятся в запертом помещении, а у медперсонала сейчас обеденный перерыв. И так получилось, что терапевт меня 1-й раз не обследовал, а осмотрел только при 2-й встрече, перед выпиской.
Заболевали и многие другие пациенты, например, Мазур Илья - краснухой и, уже выше упоминаемый в 4-м пункте, Труфанов А.С. А в 4-й палате некоторое время лежал человек с температурой 38,8 градусов и подозрением на туберкулёз (его данные я не смог записать, фамилия, приблизительно, - Шутофедов).
6) В отделении творится полный беспредел, никакого порядка не существует. Если днём по рабочим дням, когда присутствуют руководящие работники, в коридоре отделения ещё бывают санитары, то в остальное время младший медперсонал почти не интересуется тем, что происходит, находясь в своей коморке, а то и запираясь в ней. Заправляют же в помещении опасные психбольные из 1-й палаты и инфецированные ВИЧ. Они всячески издеваются над пациентами, не способными оказать им отпор, принуждают "делиться" или отдавать передачи целиком, заставляют выполнять какие-либо действия и прочее. Так, например, комиссованный солдат по имени Роман, забирал у больного Ильи Мазура передачи, в том числе и сигареты, бил его, а за то, что психбольной Илья неуклюже танцевал перед ним, стирал ему бельё и другим опасным психбольным из 1-й палаты (в частности, Марату), мыл полы, выдавал ему назад по одной сигаретке. До глубины души было больно смотреть на такие "пляски", на ухмыляющиеся рожи солдат и ВИЧ-евых. Да, что говорить, уже в первые сутки пребывания в больнице, вечером, я получил по щекам от здоровенного пахана из 1-й палаты по имени Максим за то, что отказался отдавать передачи, которые предполагалось только ещё должны были приносить близкие. А после того как я сказал об этом младшему медперсоналу, меня ещё чуть на вязки не положили(!), а Максим отделался замечанием. Что уж писать о других... Над многими пациентами нещадно издеваются физически и морально. Когда 2-е опасных психбольных из 1-й палаты днём в коридоре отделения избивали миролюбивого Карпова Юрия Григорьевича (телефон: 946 1396 - домашний) из палаты №4, и он крачал, санитар-мужчина (на вид нерусской национальности), всё это видя, сидел и курил в кресле в торце коридора, не принимая никаких мер, а потом и вовсе встал и ушёл куда-то! Тогда за Карпова Ю.Г. в словесной форме вступился спокойный пациент Бакалягин Борис Геннадиевич (1951 года рождения, проживающий по адресу: город Москва, Ленинградский проспект, дом 18, квартира 70. Телефон 214 3159 - домашний) из палаты №5, кстати, не подписавший добровольное согласие на лечение, ему пригрозили. А уже в ночь с 14 на 15 марта его "в научение" таскали по полу отделения за ноги неизвестные лица (по словам других, "солдаты"), ударяя головой о различные окружающие предметы и надругиваясь над ним. На следующий день Бакалягин Б.Г. сам не вставал, на моих глазах его подняли только один раз при помощи 2-х узников, и ещё несколько дней он чувствовал себя плохо.
Во 2-ю палату был помещён почти не говорящий (то ли по-причине того, что частично глухонемой, то ли чеченец, а на мой взгляд, скорее в связи с перенесённым заболеванием, наподобие инсульта) больной, называемый по имени (насколько помню) Сергей. Так, пользуясь тем, что он не может ничего рассказать, а то и понять, над ним почти постоянно издевались "солдаты"-сопляки, не давая поесть в столовой, таская его за уши, толкая ногами, избивая на кровати. Много вечеров после "отбоя", перед сном было невыносимо жутко слышать через стену, как из соседней 2-й палаты мучительно и прерывисто вопил и кричал этот доведённый до нервного и физического истощения "глухонемой" человек, когда его подушкой душили "солдаты", били, а потом, говоря что он якобы сам разбушевался, юные больные подонки ещё и привязывали его к кровати. Много было и других издевательств, о которых вспоминать жутко...
По ночам, когда в 5-м отделении потише, доносятся надрывные крики и звуки с других этажей, при воспоминании о которых дрожь пробегает по всему телу...
Когда меня перевели в 3-ю палату (она поменьше, всего 4 койки), моими соседями сначала оказались 3-и комиссованных солдата по именам Роман, Фёдор и Цыбулин Женя. Но и тут мои "страдания" не закончились... Несколько недель ночью невозможно было нормально поспать. Оказывается, психбольные при полном невнимании медперсонала отделения провели кустарную опасную электропроводку от неиспользуемой ультрафиолетовой лампы над дверью в другой конец палаты, ближе к окну, там, вообще, торчали оголённые провода. И всю ночь слушали громкую музыку по радио из старой полусломанной магнитолы. Так же круглые сутки в помещение нагло заходили больные из других палат и кипятильниками готовили чай, с искрами переподсоединяя электропровода. Сначала я попытался о ночной музыке и "чае" поговорить с больными, за что получил от Сорокина Андрея из 1-й палаты по губе до крови. Потом обратился к медперсоналу, в том числе к заведующему отделением Грозову С.П. И что же произошло? Медперсонал попросил больных убрать самодельную электропроводку, провода остались на том же месте, а у меня вечером был "неприятный разговор" с "солдатами" и психами из 1-й палаты. Чем мне только не угрожали, а Маркин Александр сильно и неожиданно ударил меня кулаком прямо над бровью так, что в последствии появилась и шишка на лбу, и синяк на веке, а глаз отёк. А ведь мог бы попасть и в сам глаз... Я сразу же рассказал медперсоналу, который оказался пьяным, так меня опять чуть на вязки не положили. Только после того, как я при встрече рассказал и показал лицо отцу, а мой адвокат дал телеграмму в больницу, прошла неделя и кустарную электропроводку из 3-й палаты убрали, причём сами "солдаты" по требованию персонала. Вскоре расселили по разным палатам и перессорившихся между собой "солдат".
Лечение психических расстройств игнорируется вообще. Медицинские препараты применяются не в лечебных, а в карательных, губительных целях - узников травят! Почти всех заключённых принуждают принимать один и тот же большой набор таблеток (около 6-10 штук) по 3-и раза в день, название которых скрывается, но, если мне не изменяет память, то в их числе всегда смесь сильнодействующих успокаивающих и снотворных средств: галоперидол, циклодол, азолептин, сульфазин, финозепам и других. От употребления этого часть пациентов выглядят слегка опьянёнными, иногда сильно заторможенными и у них проявляются специфичные черты в характере. Пожалуй, выдача набора таблеток и принудительное их скармливание только изначально психически здоровым пациентам, уколы, а так-же ещё запорная система на входных дверях отделения - это единственное, что строго соблюдалось в отделении персоналом, так как последний в этом особенно заинтересован и впоследствии читатель поймёт почему.
Медсёстры вынуждают запивать таблетки сырой водой, взятой прямо из водопроводного крана. Есть часть пациентов, которые хитро не проглатывают пилюли, а уже выйдя из процедурного кабинета в коридор, вынимают их изо рта и отдают другим больным. Так-же таблетки воруют у медперсонала в больших количествах. На моих глазах один из способов кражи медпрепаратов происходил так: при вечернем мытье полов один из ВИЧ-евых психбольных, "подлизываясь" к медперсоналу, легко получал возможность убрать пол в процедурном кабинете (не в столовой, туалете или коридоре, а в процедурной!), младшая медсестра, конечно, стоит невдалеке и кое-как смотрит, но тут второй "подлизывающийся" больной отвлекает её каким-то "важным" вопросом, и пока минуту-другую они вопрос решают, первому больному, имеющему воровской опыт, ничего не стоит вскрыть запертые медикаменты и своровать несколько пачек с таблетками.
Лекарства, питание, алкоголь и сигареты стали в отделении ликвидным средством платежа и взаиморасчётов между узниками.
В 3-й палате "солдаты" содержали для себя и для опасных ВИЧ-евых психбольных тайник. Он находился в самом конце внутри не работающей вентилляционной шахты, проходившей вдоль ребра между боковой стеной и потолком, одна из торцевых пористых плиток снималась: а однажды от постоянного использования она упала и разбилась, и в торце вентилляции можно со стороны окна увидеть огромное квадратное отверстие. Так вот в этом тайнике хранилось, насколько я видел, около 20 картонных упаковок какого-то сильнодействующего снотворного (если не изменяет память - "финозепама") и ещё много других таблеток в упаковках.
Так же обращаю внимание на следующее: я видел у "солдата" по имени Фёдор и опасного больного из 1-й палаты по имени Евгений перочинные ножики, а Фёдор им мне угрожал. Так же у других больных имеются опасные предметы: булавки, бритвы, отмычки и это при том, что меня, наоборот, неоднократно обыскивали и проверяли все вещи, включая продукты в передачах. Опасному психбольному Маркину А. медперсонал давал длинную толстую иголку с ниткой, чтоб он зашивал рваные тапки, а неопасным не дают никогда, разве что за какой-нибудь хороший подарок. Находиться в таком окружении человеку просто страшно.
И последнее в данном пункте. Почти весь младший медперсонал 5-го отделения такой, что ему самому лечиться надо от алкоголизма и психических расстройств. К работе с психически больными должны допускаться люди с максимально идеальной биографией, с нормальными семьями, непьющие и некурящие. И такие найдутся. А что можно увидеть на самом деле..? Почти весь младший медперсонал курит. В рабочее время по вечерам часто пьёт с некоторыми больными, запираясь в ванной, а напившись, поёт песни, пляшет и приглашает "потанцевать" узников. Об антиморальном поведении младшего медперсонала отделения некоторые пациенты 15 марта написали коллективное заявление заведующему отделением Грозову С.П., но... ничего не изменилось. При мне молодая полная медсестра (по имени Люба или Люда) поздно вечером просила "солдат" сходить за территорию больницы в круглосуточно работающий магазин за водкой. Она же, постоянно повторяя, что ей надо замуж, ложилась с "солдатом" по имени Роман. И судя по манерам, она не единственная испытывающая сексуальное голодание. Среди младших работников мужского отделения только двое мужчин, остальное преобладающее большинство - женщины, но не исключаю, что в женских отделениях больницы соотношение персонала обратное. Что там может твориться - предположить жутко! А уж о том, что младшие работники больницы постоянно матерятся, я и писать не могу... И такие вот люди у нас работают с психбольными. Этого просто нельзя допускать. Ни о каком порядке, диагностике, профилактике или лечении в больнице речи быть не может.
7) Этот пункт, который по порядку стал "загадочным" седьмым, самый важный, он проливает свет на многое происходящее в отделении и объясняет то, что описано в предыдущих. Дело в том, что как многие уже догадываются или знают, дела в психбольнице давно неофициально поставлены на постыдную коммерческую основу. На криминальную основу. Пребывание и диагноз оплачивается заинтерресованным лицом (лицами). Таким лицом может быть в зависимости от обстоятельств сам пациент или его родственники, соседи по коммунальной квартире или любые другие, заинтересованные в длительной изоляции человека, диагнозе или группе инвалидности. При этом врачи на истинное состояние пациента не очень-то смотрят.
Вот несколько различных примеров :
* а) В 5-м отделении 4 месяца находился молодой человек, нежелавший распространяться о своих данных, называвший только имя. В дальнейшем от пациентов стали известны некоторые приблизительные сведения о нём. Это Карьев Андрей (отчество неизвестно), проживающий по адресу: город Москва, улица Беговая, дом 6, корпус 1, номер квартиры неизвестен. Этот парень приблизительно 24 лет, раньше учился со мной в одной школе №146 города Москвы и первым узнал меня. С его слов, он специально провёл в таких жутких условиях столь длительный срок, так как его родители получают новую квартиру в Москве. Если он получит группу инвалидности, то родители вправе рассчитывать на большую жилплощадь - в новой квартире полагается на одну комнату больше. Из средств массовой информации, рекламных изданий и общения с риэлторами мне известна рыночная стоимость простых новых квартир в столице :
1 комнатная квартира - 35000 $,
2 комнатная квартира - 50000 $,
3 комнатная квартира - 70000 $.
Это минимальные цены в самых непристижных, удалённых районах в пределах МКАД. Таким образом цена дополнительной комнаты около 15000-20000 $, а если новая квартира находится ближе к центру или в престижном районе, стоимость может возрасти в 2-3 раза, что подтверждается ценой, за которую продаются доли в больших или коммунальных квартирах в центре Москвы. А как врачи легко заинтересованы в фиктивном диагнозе, можно догадываться...
Карьев А. вёл себя в отделении как сотрудник больницы: при мне лекарств не получал; ходил в своей обычной одежде, чем сильно отличался от многих пациентов; выпивал алкогольные напитки; принёс из дома инструменты (клещи, паяльник, отвёртки и прочее) и кое-как ремонтировал мебель в комнате для приёмов. Ему позволялось всё, в том числе класть "на вязки" других. На выходные его отпускали домой. Не знаю, получил ли он диагноз, какую-то группу инвалидности, а в дальнейшем квартиру, это скрывается, но после выписывания, ещё во время моего заключения он неоднократно навещал с пакетами работников 5-го отделения. В дальнейшем, из общения с юристами я узнал, что для улучшения жилищных условий - выделения лишней комнаты - достаточно по российскому законодательству иметь всего лишь диагноз, хотя бы фальсифицированный, а группа инвалидности даже не нужна.
* б) Яценко Николай Евграфович, 1938 года рождения, проживающий по адресу: город Москва, улица Беговая, дом 6, корпус 4, квартира 312; телефон: 213 3276. Этот почтенный и уважаемый старик, не подписавший добровольное согласие на лечение, с горечью в глазах поведал свою непростую историю, основная суть которой, если говорить очень коротко, в том, что ему фактически препятствуют в восстановлении Законных прав на квартиру. Неожиданное заключение в психушку произошло так: в один из дней знакомый сына, попросив, получил у Яценко в долг 300$ и под этим предлогом должник ловко предложил выпить спиртное в домашних условиях, но тут вдруг внезапно появились бестыжие сотрудники милиции во главе с сыном, заткнули Яценко рот и отвезли в ПНД№4, где работающие в нём подонки, сломали беспомощному старику несколько рёбер, надругались над ним и, скрывая свои злодейства, отправили пострадавшего в адские условия дурдома, где он находится уже много месяцев, причём медперсонал относится к нему не по-человечески.
* в) Щербаков Александр Николаевич, 1951года рождения, проживающий в коммунальной квартире по адресу: город Москва, проезд Кадомцева, дом 9, квартира 16; телефон 187 4074. Со слов этого совершенно спокойного и, конечно, никому не опасного мирного интеллигентного человека, я записал, что его одного выживают с жилплощади недобросовестные пьющие соседи по коммуналке, имеющие между собою родство и численное превосходство. Они препятствуют даже приготовлению питания на кухне и проходу в санузел, а вечером 14 марта 2002 года его лежащим на постели в своей комнате избили, причём, нанося удары и по голове. Затем отмыли от крови в ванной, и милиция ОВД района "Ростокино" забрала его из дома в отделение, а ночью привезли в больницу. Щербаков А.Н. получил сотрясение мозга, побои и, находясь в таком состоянии, уже не осознавая свои действия, в больнице под давлением персонала вместе с другими бумагами подписал согласие на "добровольное лечение". Причём подобное беззаконие с ним происходит уже не раз. Ранее он был в этой больнице в 5-м отделении и имеет II группу инвалидности, хотя я уверяю, что даже если он слегка нездоровый человек, то уж считать его психически опасным и содержать в столь жутких условиях - это верх бессовестности и несправедливости. Для возможной дальнейшей связи с ним он оставил телефон отца (Щербаков Николай Николаевич) и родственников, проживающих по другому адресу (телефон 472 5163).
* г) Уже вышеупоминаемый мною Максим - сильно опасный психбольной из 1-й палаты, здоровенный "пахан", которому так же как и Карьеву А. позволялось всё, при выписывании сообщил, что его отпускают за 200 $.
* д) Женщина, навещавшая своего мужа-алкоголика со вставным искусственным глазом, рассказывала, что для того, чтобы положить супруга, находившегося в запое, на неделю в психбольницу, она отдала 1000 рублей.
* е) Сам лично видел, как один из навещавших мужчин в закутке коридора отделения вынимал из кошелька и отдавал старшей медсестре (имени не знаю) деньги в нескольких купюрах, и их поведение с оглядыванием привлекало внимание.
На этом закончу перечисление, добавив лишь, что 5-е отделение больницы, по-видимому, является самым дешёвым и по некоторым дням к кабинету руководящих работников отделения выстраивается маленькая очередь посетителей с пакетами. Зачастую навещающие сначала встречаются с Грициенко В.Д., забывая в кабинете пакетик, а затем могут увидеться и с пациентом-пленником, ...если захотят.
По моим наблюдениям, из приблизительно 60 пациентов отделения около 5 человек являются явно опасными больными, если предположить, что есть ещё со "скрытой формой опасности", а я встречал и таких, то общее количество опасных пациентов максимум 20, а то и менее. Почему в отделении с зарешечёнными окнами, при полной изоляции от окружающего мира и жуткими беспорядками содержатся другие - сложный и главный вопрос. Даже если человек и страдает психическим расстройством или заболеванием, но не опасен, то содержать его любое время в таких условиях преступно! И я уж не пишу о тех пациентах, которые вообще не имеют психических заболеваний, а имеют другие (переломы, отравления...) или мол де "проходят обследование" уже много месяцев и прочее. Это при том, что как мне стало известно, проводимая "Государственным научным центром социальной и судебной психиатрии имени Сербского В.П. Министерства здравоохранения РФ" независимая судебно-психиатрическая экспертиза, занимает от силы полдня, да и то из-за того, что пациенту приходиться ожидать своей очереди на обследование, проходящее обычно в течение примерно 2-х часов.
Явно отсутствуют те, кто вследствие психического расстройства, неспособен удовлетворять основные жизненные потребности. Некоторые заключённые чувствуют себя очень плохо, только из-за недолжного применения к ним в огромном количестве сильнодействующих губительных препаратов.
В большинстве случаев человек попадает в психушку по "квартирному" вопросу.
Никчемные родители, часто в разводе или одинокие и не желающие воспитывать "мешающих" детей, напоминающих им об их постыдном прошлом, сдают своих чад в такие заведения и вообще редко навещают. Таких детей необходимо определять в дома приюта для беспризорных, в специализированные интернаты и тому подобное, а не в тюремные условия, где они могут провести всю жизнь и об их существовании никто не знает.
Кроме того, есть несколько мирных молодых людей, достигших возраста совершеннолетия, часто из неполных семей, которых проблемные пьющие родители, так-же желая избавиться от них, отправили в адские условия дурдома.
Считаю, что уже вышеупоминаемые Мазур И. и Карпов Ю.Г. (последний часто находится в этом отделении ещё с 1984 года!) не опасны, должны пройти независимую экспертизу и по её результатам быть выпущены из больницы и только при необходимости помещены в соответствующие профильные учреждения (простые открытые больницы, санатории).
Происходит и обратное... Бессовестные жёны или дети сдают своих мужей и стариков в психушки и забывают о них, часто навсегда. Работавшие люди, приносившие пользу и доход государству и даже не мечтавшие о пенсии, получают фиктивную группу инвалидности и влекут жалкое существование в заключении на иждивении у государства, а их мизерную пенсию по инвалидности получают родственники, ещё и выгодно использующие высвободившуюся жилплощадь (комнату, квартиру, дачу...). Горько представить, что каждого из нас может ожидать такая судьба. И явный пример этому - Яценко Н.Е. - относительно безбедный старик, в своё время подаривший сыну квартиру, купленную за 80000$ в "Доме Актёров". А теперь его банковскими вкладами, недвижимым и прочим имуществом может завладеть хитрая, бестыжая супруга и сын. Считаю, что вышеупоминаемые Яценко Н.Е., Бакалягин Б.Г., Труфанов А.С., а так же Орлов Сергей Семёнович (Москва, Митино; телефон 751 5480) и Катаев Олег Вячеславович (проживающий по адресу: город Москва, Ангелов переулок, дом 6, квартира 284; телефон 752 6030) неопасны, являются вполне нормальными, мирными гражданами, должны срочно пройти независимую экспертизу в нормальных условиях и по её результатам быть освобождены из адского заключения, лишены групп инвалидности, освобождены от учёта в ПНД и только при необходимости им должно быть предложено пройти курс реабилитации в учреждениях соответствующего профиля (санатории, обычные открытые больницы для лечения травм и заболеваний, полученных в "Ганнушкино" и так далее). И нужно принять серьёзные меры, чтобы никто из упомянутых в последних 2-х абзацах, в дальнейшем не оказался в психбольнице "незаслуженно".
Легко прослеживается обескураживающая закономерность: очень часто лица, навещающие спокойных пациентов, сами являются даже более психически больными, чем заключённый ими человек. И в случае если пациент уже имеет группу инвалидности, зачастую фиктивную, то здесь ситуация доходит до полного абсурда: родственники, на свободе получая крохотную пенсию заключённого, положенную ему по инвалидности (около 700 рублей за III группу, 1600 за II...), часть из этих денег отдают каждый месяц бессовестным работникам переполненного отделения, чтобы узника как можно дольше продержали в психушке. Я беру на себя ответственность заявлять, что гражданка, родившая меня в 1-м несчастном браке (Евстигнеева Н.Л.), очень давно страдает психическим заболеванием в явно параноидной форме и ранее стояла на психиатрическом учёте, так же болен её 2-й супруг; тяжело психически больны видимые мною: престарелые матери Карпова Ю.Г. (Карпова Вера Матвеевна) и Труфанова А.С.; старый пенсионер, дворник свихнувшийся отец Бакалягина Б.Г. и очень старый отец старика Савельева А. По-видимому, больны родители Мазура И. и супруга Яценко Н.Е. А если далее продолжать тему, то ненормальные все, кто отправил сюда человека, ибо лечение здесь исключено - болен любой тот, кто думает обратное. Вот факт, который заслуживает доверия: старая и сейчас пожалуй единственная знакомая моей матери ещё по работе в одном из министерств во времена СССР - Петрова Татьяна Сергеевна (домашний телефон: 129 4807) - явно страдает психическим расстройством и любой человек, позвонивший по приведённому её телефону в Москве, может услышать больной "притворный" голос несчастной женщины - эта одинокая мать ударилась в религию и в своё время сдала в психбольницу сына Сергея, где его изуродовали... Наличие такой заскорузлой дружбы у моей матери позволило запрятать к преступникам в больницу и меня.
Ещё в одном случае в закрытое отделение безнравственно помещаются здоровые люди, пострадавшие (!) от преступлений. Такой случай со Щербаковым А.Н.; с Вильгельмом Александром Александровичем (поживающим по адресу: город Москва, Скаковая аллея, дом 4, квартира 78; телефон 945 1101), со мной и, возможно, немногими другими. Оказавшись в таком положении, без связи с внешним миром, человек полностью лишён возможности реализовать и защищать свои Законные права. Из-за пороков Закона РФ №3185-1 "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при её оказании" (от 2 июля 1992 года; в редакции Федеральных законов от 21 июля 1998 N 117-ФЗ, от 25 июля 2002 N 116-ФЗ, от 10 января 2003 N 15-ФЗ) большей частью основанного на законодательной базе времён СССР, когда в "психушку" могли положить любого человека по политическим или иным мотивам, большинство статей его очень неконкретны и скорее напоминают Конституцию РФ, а есть и сомнительные положения, реализующиеся как угодно, сегодня у нас психбольницы переполнены не наркоманами, садистами и прочими опасными элементами, которых обычно быстро выпускают и не лечат, а различными людьми по "квартирным" вопросам. С 1990-х годов по 2002 год цена недвижимого имущества в столице неуклонно растёт вверх. Известно, что отдельную комнату в квартире можно сдать в аренду за 100$ в месяц, а квартиру в Москве от 200$ и существенно выше, есть немало прекрасно обставленных с современной бытовой техникой квартир, арендуемых даже за 2000$ в месяц. Сдаются в аренду не только частные квартиры в Москве и Подмосковье, но и коттеджи, дачи, всё что пригодно для проживания. Частные коттеджи в Подмосковье сдаются в аренду по цене приблизительно от 2000$ до 15000$ в месяц. Относительно высокие цены в столице и пригороде на жильё привели к тому, что закрытые отделения психбольницы переполнены и палаты используются как очень дешёвые номера гостиницы для бессовестного высвобождения столичных квартир или экстренного решения других корыстных вопросов. Этому есть экономическая подоплёка: сейчас в Москве нехватка высококлассных гостиниц, цены на номера класса "люкс" непомерно большие даже в захудалых отелях. Так, например, простой однокомнатный одноместный номер даже без холодильника в относительно дешёвой гостинице "Бега" стоит 1100 рублей в сутки. Поэтому нуждающимся в жилье гораздо выгоднее и удобнее снять в аренду целую квартиру, хоть и однокомнатную, которая с минимальными мебелью, бытовой техникой и другими удобствами обойдётся в том же районе от 200 долларов США в месяц. А из-за строгого визового режима в столице низкоклассные гостиницы имеют лёгкий стабильный доход от оформления фиктивных регистраций на никогда непроживающих в гостинице жильцов. И на сегодняшний день мы имеем картину, когда в каждом подъезде жилого московского дома одна или несколько квартир сдаётся в аренду кому-либо неофициально.
Вот почему психически здоровым людям, экстренно пленённым в больницу, препятствуется под различными выдуманными предлогами даже в единовременном пользовании телефоном, отбираются документы, записные книжки и очки, невозможно не только отправить письмо, но даже подать заявление главному врачу больницы, да и с руководящими работниками отделения поговорить сложно - редкая встреча происходит только, если они посчитают это для себя нужным и высокомерно пригласят в отдельный кабинет. Но к этому вопросу я ещё вернусь позднее. Препятствуют в ознакомлении с диагнозом, историей болезни и действующим сейчас Законом о психиатрической помощи. И уж наверное не стоит писать, что в помещении отсутствует даже чёрно-белый телевизор, а полусломанный простой старый радиоприёмник на батарейках или такая же радиомагнитола почитаются как икона.
К сожалению, сам Закон РФ №3185-1 "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при её оказании" (от 2 июля 1992 года; в редакции Федеральных законов от 21 июля 1998 N 117-ФЗ, от 25 июля 2002 N 116-ФЗ, от 10 января 2003 N 15-ФЗ) порочен и явно опасен для общества. За его туманными, помпезными положениями, якобы, о заботе за психическим здоровьем нации, на деле выявляются огромные упущения, позволяющие жуликам его легко использовать в преступных целях. Основной огрех, так обильно проявляющийся на практике, вот в чём: любое лицо, чисто формально занимающее государственную должность врача-психиатра, составив фиктивное медицинское заключение против кого-то, может отправить того - любого, даже порядочного здорового человека - в заключение в психбольницу и сразу применить к нему губительные препараты. Кроме того, только на основании сфальсифицированного дурдомом медицинского заключения ближайший суд через 5 дней приговорит гражданина к принудительному психиатрическому лечению в том же дурдоме, ибо по запутанным статьям Закона РФ №3185-1 слова синонимы русского языка: "принудительно" и "недобровольно", - по сути значащие одно и тоже, тут могут трактоваться, как юридически разные понятия! В реальных российских условиях только уже это приводит к следующему: ответственные должности государственных психиатров занимают разжиревшие криминальные элементы с низкими моральными качествами и отсутствием компетенции, все их медицинские заключения фиктивны и поголовно составляются только за взятки от жуликов, причём даже мелкие, и весомые заверения мошенников, как-либо заинтересованных в уничижении человека. Уж тут не пишу о многих других существенных упущениях, так ловко скрытых в Законе "О психиатрической помощи и гарантиях..."
Несмотря на то, что я не большой знаток психологии, по-моему часть узников больницы, в том числе и подробно вышеперечисленные в предыдущих обзацах, отнюдь не имеют в чертах характера преобладающими параноидные или шизоидные черты. К сожалению, больных с действительно явно параноидной формой заболевания и присутствующими в поведении опасными признаками в отделении долго не держат и, как правило, в течение одной недели выписывают из больницы по просьбе родственников. Так, например, было с одним юношей из 1-й палаты, данные которого я, к сожалению, не записал, так как не мог с ним контактировать. Он, не знаю после чего попавший в больницу, имея явно преступное и опасное поведение в отделении и видимо что-то мнящий про себя, был выписан по просьбе любящих родителей. Так бывало и с другими. А если дальше продолжать эту тему, то надо сказать и о том, что опасные элементы редко попадают в психиатрическую больницу. Те же, кто длительное время принудительно содержатся в жутких условиях, в том числе подробно вышеупомянутые и я, скорее имеют преобладающими астенические черты в характере, то есть, говоря простым языком, являются скромными, стеснительными, не умеющими отстаивать различными способами свои права, честными и дружелюбными людьми, но не обзаведшиеся широким кругом знакомств, особенно во властных структурах, которые, находясь на свободе, могли работать по специальности, причём честно, и приносить реальную пользу государству. А в "психушке" судьба таких людей во многом зависит от "заинтересованных в изоляции или прочем лиц".
Ещё раз повторюсь, что ни о каком нормальном обследовании, диагностике, профилактике или лечении в отделении больницы речи быть не может. По известному русскому выражению, людей "здесь не лечат, а калечат." Даже, например, в случае попадания сюда совершенно здорового человека (а такое не исключение, а некоторая наметившаяся закономерность), то после групповых издевательств над ним, которые всегда устраивают опасные психически больные садисты, наркоманы и ВИЧевые, бесконтроля имеющиеся в отделении в количестве 5-10-и человек, нервное истощение или расстройство любому обеспечено. Вышеупомянутый Катаев О.В. рассказал, как в 2000 году ему руки сковывали наручниками и били головой об стену! А обычно происходит куда хуже и человек целиком теряет всякую надежду на порядочность и справедливость в стране. Теряет разум. Обычный неопытный гражданин только из-за глубоко вопиющего скотского отношения к нему в клинике начинает с недоверием и озлобленностью относится ко всем остальным людям, происходящему вокруг и, конечно, к "заинтересованным в его изоляции лицам". Многие молодые пациенты, продолжительно находясь в жуткой обстановке, вдобавок приобретают дополнительные психические заболевания: дефекты речи, нервные движения и нервные тики, онанизм, гомосексуализм, алкоголизм, табакокурение и прочие. И тогда уже совершенно невозможно понять: болел ли человек на свободе или получил такое психическое расстройство, принудительно содержась в больнице. Было гнустно видеть, как двое взрослых мирных больных, в общей сложности проведших в "Ганнушкино" более десятка лет, а может почти всю жизнь, полулёжа на одной кровати и зажмурив глаза целовались друг с другом. Часто говорят, что пациенты занимаются онанизмом и прочим, глядя на дешёвые эротические картинки-календари на обшарпанных стенах палат и подобные журналы. Абсолютно все приобретают индуцированные психозы! Ну, а о том, что узники получают нефиксируемые нигде травмы, увечья, отравления, истощения и прочее уж и писать не буду, упомянув однако, что на территории больницы есть морг.
И ещё о старшем медицинском персонале отделения. Хотя я лично и не видел Грозова С.П. или Грициенко В.Д. пьяными, но пациенты рассказывают о пристрастии начальника отделения к вину и взимании взяток спиртными напитками. Обычно мы подразумеваем, что профессия врача напрямую в первую очередь всегда связана с человеческим долгом, с бескорыстной помощью людям, порядочностью и высокой моральной ответственностью перед обществом. Насколько мне известно, в России каждый медицинский работник перед началом трудовой деятельности, то есть ещё, как правило, в молодые годы даёт Клятву Гиппократа, в которой говорится о полной самоотдаче врача своей важной профессии, о человеческом долге "не навредить"... А что я видел в 5-м отделении..?! Хотя на самый 1-й взгляд, руководящие работники упитанные, порядочные люди интеллигентной внешности, но, при дальнейшем наблюдении, замечаешь, что вид и поведение Грозова и Грициенко такие, словно в свой, почти пожилой возраст (на вскидку более 50 лет - обоим) заняты они только думами о загородных виллах, роскошных автомобилях, крупных суммах денег и живут очень похоже не "на одну зарплату". Это особенно бросается в глаза при сравнении их внешнего вида, например, с внешностью врача-терапевта, обследовавшего меня в больнице, и очень подходящего по возрасту и выполняемой работе для такой сравнительной оценки.
А врачебный долг? Не знаю, был ли он вообще у них когда-то. Например, Грозов С.П, имеющий колоритную фигуру, приходил в отделение стильно одетым в роскошную дорогую дублёнку, на голове - модный и тоже дорогой головной убор, а так же имел при себе другие щегольские аксессуары. На приёмах "заинтересованных лиц" ведёт себя очень чинно и важно, словно не рядовой врач-психиатр больницы, а председатель Центрального Банка России и, особенно, с женщинами. Отделение мужское и значительная часть узников-мужчин заточена по желанию женщин, так вот не исключаю, что этот, по словам узников подонок-начальник отделения в разводе, берёт взятки и секс-услугами с пакостных женщин. За всё время моего 2-го бессовестного пленения в больнице (33 дня), я ни разу не видел, чтобы Грозов зашёл хотя бы в одну из палат отделения. Даже изредко, быстро проходя по коридору, он не обращает внимания на граждан-пациентов разного возраста, почти не откликаясь на многочисленные просьбы, вопросы, ..мольбы. Редкий разговор происходит когда этот преступник захочет перепроверить данные преподаваемые ему "заинтересованными лицами", тогда младший медперсонал узнику прикажет пройти в кабинет начальников отделения и там под предлогом обследования разжиревшие руководители станут пространно дознаваться о связях и имуществе потерпевшего. Разговор будет коротким.
У Грициенко то же самое, но впрочем, в палаты она иногда заходит, одевается притворно скромно, фальшиво лыбится, но по окончании рабочего дня, уходя из отделения, без многочисленных толстых сумок или пакетов её редко увидишь, а внешне она стала похожа на располневшую жабу.
Я понимаю, что без денег нам всем сложно. Сам далеко не аллигарх ещё. Многим приходиться думать не только о себе, но и о семьях, детях, родителях, родственниках, дачах и прочем. Но это нисколько не значит, что рядовой врач государственной психиатрической больницы, наделённый большими полномочиями, способный распоряжаться судьбами людей и, кстати, получающий и без того большую (по официальным российским меркам) стабильную заработную плату, на которую реально можно жить - это не значит, что он может, не имея контроля, бессовестно, потеряв всякое моральное обличие, втягиваться в различные авантюры и ставить фиктивные диагнозы "направо и налево", безразлично относясь к гражданам, как к "винтикам" и даже, я бы сказал, получая дополнительное удовлетворение от возможности легко и наверняка безнаказанно распоряжаться судьбами многих людей, словно Ассаргадон, облачившийся в белый халат. А сейчас происходит так.
Поэтому уполномоченным и заинтересованным ведомствам необходимо в кратчайшие сроки разработать и принять новый Закон "О психиатрии, медицинской психиатрической помощи населению в РФ и гарантиях прав граждан при её оказании". Некоторые предлагаемые пункты этого Закона, варианты реализации и причины, повлёкшие к их написанию, излагаю в прилагаемом отдельном документе.Читать предложения к изменению Закона РФ №3185-1.
Компетентным органам нужно срочно расследовать преступную цепочку, приводящую к уничижению здоровых порядочных людей. Личности причастных к организованной преступности бандитов на государственных должностях должны быть установлены.
Уполномоченные органы должны в сжатые сроки провести исчерпывающую инспекцию Городской клинической психиатрической больницы №4 имени Ганнушкина П.Б. города Москвы и института, находящегося при ней, а так же ПНД№4 города Москвы, и на основании проверок, как минимум, лишить эти учреждения лицензии и прав на оказание медицинской психиатрической помощи и вынесения экспертиз. Преступники Грозов С.П., Грициенко В.Д., Прытова Е.Б. и психиатр дежурной бригады СиНМПП (65/7, наряд 915438 от 24.02.2002г.), как грубо противоречащие занимаемой должности, как минимум, должны быть лишены врачебной работы и возможности в дальнейшем заниматься медицинской практикой.
В заключение важное замечание, что почти всё вышеописанное происходило в 5-м отделении в течение моего пребывания там, то есть в феврале-марте 2002 года. Освободившись из больницы, я долго периодически болел простудными заболеваниями по причине полученной в плену инфекции, невозможности нормального лечения в домашних или иных условиях, а так же необходимостью постоянной работы с адвокатом, и в процессе длительного написания этого письма встретился и созвонился с некоторыми выпущенными пациентами; и вот, что они слегка дополнили...
После небольшой поднятой шумихи и некоторому распространению сведений за пределами больницы о творящихся в её стенах злодеяниях, руководство психушки приняло некоторые меры, которые скорее всего носят временный "косметический" характер и только в пределах одного отделения. Так большинство граждан и больных были быстро отпущены или куда-то переведены и уже в мае 2002 года в отделении количество человек сократилось примерно с 60 до 20! И в отделении в основном остались старики... Перестелили часть линолеума на полу в коридоре и даже вроде собирались делать ремонт покрупнее, так как все стены внутри палат были в выбоинах, можно только предполагать от чего - Катаев О.В. рассказал, как в 2000 году его головой били о стену... Вот и всё, а ранее никаких ремонтов, улучшений на протяжении многих лет не производилось вообще.
Так-же здесь должен указать, что, к сожалению, выпущенные люди очень напуганы, нервы у них целиком измотаны. Хотя и встречались со мною, но вера в справедливость у них полностью подорвана и они против обращения за помощью в официальные инстанции. Один из них так мне и сказал, что все его попытки найти правду закончатся только тем, что ничего не изменится, а он снова окажется в психбольнице. И приведу ещё цитату: "...С 1917-го года в этой стране ничего не изменилось. Я же вижу вокруг: та же армия, та же милиция, то же КГБ..."
Всё-же отмечу и такое: некоторые освобождённые не вернулись на ранее занимаемую по Закону жилплощадь (например, взрослый Щербаков А.Н., имея отдельную жилплощадь, вынужден был укрываться у отца), а Бакалягин Б.Г. после повторных пыток вынужден был согласиться на формально добровольный раздел личного имущества.
Интересный рассказ поведал Вильгельм А.А.: после длительного заключения, начавшегося вместе со мною год назад, по освобождении он по указанию встал на учёт в ПНД. Вильгельм бывший снайпер, охотник с многолетним стажем и тогда имел личное ружьё, но скоро к нему в квартиру заявились наглые работники ОВД района "Беговой" конфисковывать это ружьё, под формальным основанием, что тем, кто на учёте в ПНД огнестрельное оружие нельзя иметь, и под нажимом безвозмездного изъятия уговорили Вильгельма А.А. заключить договор купли-продажи якобы с одним из сотрудников ОВД. По этому договору, конечно, Вильгельм никаких денег фактически не получил, а ружьё формально продал.
Часть узников специально были измотаны настолько жутко, что у них произошла частичная потеря памяти, например, Яценко Н.Е. Он, протестовавший в длительном заключении (около полугода), после высвобождения наотрез отказался даже разговаривать со мной, стал грубым и, когда я его однажды случайно повстречал на улице, то вид был жутко измождённым и истощавшим - видимо так сказалось и сказывается действие химических препаратов, которые пострадавший вынужден принимать и после отпуска из дурдома на свободу. Личность этого старика полностью искалечили.
Конечно, состояние здоровья у всех значительно осложнилось, ухудшилось, в том числе и сознание. Многие по принуждению и от безысходности встали на учёт в ПНД, в полутьме сознания принимают выдаваемые там препараты и только от этого взрослые люди стали похожи на подобие пьяниц или наркоманов. Сейчас они ведут очень жалкое существование на грани отсутствия денежных средств и, по словам Бакалягина Б.Г., у него не хватает денег даже чтобы купить себе творог!
Продолжение истории.
После такого продолжительного отступления вернусь к хронологическому описанию личной истории...
Итак, на 2-й день моего пребывания в жутких условиях больницы, 25 февраля в отделении появилась только Грициенко В.Д., заявившая, что не вправе меня выписать по причине отсутствия заведующего отделением. И здесь, прошу особо отметить, Грициенко, не проводя никакой экспертизы, предложила мне подписать добровольное согласие на лечение и, получив отказ, важно сказала, что должна направить документы в суд. Все мои просьбы, требования о проведении независимой экспертизы тогда и много раз в дальнейшем не находили успеха. 26 февраля на работу вышел и заведующий 5-м отделением Грозов С.П. Этот нагловато, но в то же время чинно ведущий себя "человек в белом халате", в 5-и минутной краткой беседе дотошно интересовался откуда у меня средства к существованию и, обратите внимание, требовал от меня съезда с законно занимаемой всю жизнь жилплощади! А в конце, смотря на меня, хитро предложил сделать укол какого-то препарата и якобы отпустить. Я категорически отказался и беседа сразу закончилась.
Кое-как через отца, знакомого и навещавших других пациентов мне удалось сообщить некоторым близким о моём местонахождении, по-другому было нельзя - позвонить по телефону под разными предлогами не разрешали и, вообще, за всё время заключения (33 дня) удалось позвонить только 1 раз минуты на 2, да и то, выслушивая недовольное бормотание младшего персонала, и только ближе к концу срока пребывания в больнице. Хотя некоторые опасные психбольные, например, завсегдатай отделения Маркин А. и другие получали возможность продолжительно говорить по телефону, иногда даже по несколько раз в сутки. По моим многократным просьбам с историей болезни ознакомиться не давали.
Через несколько дней хорошие знакомые привезли адвоката, которому персонал больницы так же всячески препятствовал в ознакомлении с историей болезни и даже скрывал когда назначено заседание суда, так что адвокат должен был самостоятельно сделать специальный запрос заказной телеграммой в суд о дате, времени и месте его проведения. А 28 февраля в условиях полной неразберихи в кабинете заведующего отделением состоялось почему-то закрытое заседание Преображенского суда ВАО города Москвы. Сначала на нём присутствовала целая группа из нескольких пациентов, а в самом конце отдельно настал мой черёд. Сразу скажу, что это был первый увиденный суд в моей жизни, и он сильно изменил представление о всей российской судебной системе в худшую сторону. После нескольких проведённых полубессонных, мученических ночей в застенках больницы и с внешним видом теперь уже хуже, чем у БОМЖ-а, я предстал перед "правосудием". Судебное заседание надо мной, и то в виде исключения(!), длилось минут 10-15, ничего конкретного на таком суде, как я понял, не выясняется и не решается, потому что проходит оно далеко не как обычное заседание гражданского суда: ответчик даже лишается возможности ознакомиться с исковым заявлением к нему, с диагнозом, следственные работы целиком исключаются, а факты и доказательства рассматриваются как проще или игнорируются вообще. Так же отмечу, несмотря на то, что в составе суда были только женщины среднего возраста, внешний вид у них был то же не очень: многие неухоженные, причёски неаккуратные, цвет волос у судьи наполовину красный, словно не на официальном действе, а после ночи в клубе знакомств - видимо реальное заседание суда стало для них неожиданностью. Судья Золотарёва А.Е., обратившись ко мне словом "больной", взяла в руки какие-то листы бумаги и спросила, как я оказался в больнице, я как смог очень вкратце рассказал; поинтересовалась какой-то моей "осторожностью" и "подслушиванием", чем вызвала у меня удивлённое некоторое замешательство и я ответил, что болезненных осторожностей и подслушиваний за мной никто не замечал; спросила о взаимоотношениях с мамой и получила ответ, что к матери у меня отношение нормальное по ситуации; а далее, ссылаясь на мою первую госпитализацию, спросила почему я после выписки не явился в психдиспансер, на что ответил, что считаю первую "госпитализацию" полностью противозаконной и после того, как пришёл в себя от неправомерного применения ко мне в большом количестве препаратов, сразу подал заявления в прокуратуру. Попросив меня удалиться, судья задавала вопросы защищавшему меня отцу, но показания специально приехавших на суд в больницу свидетелей (моих знакомых) об отношении ко мне со стороны матери и её 2-й семьи отказалась заслушать, скорее всего просто экономя своё время, а затем взяла перерыв. После короткого перерыва только моему адвокату сказали о приговоре на принудительное лечение.(!) Вот так... Посмотреть постановление суда. Здесь чёрно-белая копия меньшего размера. Конечно, мы сразу решили, что будем обжаловать решение суда в вышестоящей инстанции, а скоро подали иск в суд и на саму больницу за фиктивно поставленное мне заключение об опасности, кстати, о котором я узнал только через несколько дней от адвоката. Но всё это так тяжело и рассматривается настолько медленно, что любой человек может потерять рассудок, содержась в жутких условиях. Причём работники больницы всячески препятствовали возможности обращения в суд в установленные Законом сроки, например, сильно задерживая выдачу заверенной главным врачём доверенности на моего отца.

В течение времени пребывания в "психушке" после 1-го суда только мне дважды назначали пройти все анализы (кровь, моча, давление, электорокардиограмма), но никакого психиатрического тестирования со мной не проводилось, как это бывало с некоторыми больными. Дважды беседовал с заместителем главного врача больницы Нарышкиным А.В., тоже, кстати, выглядевшим весьма калоритно, из вопросов которого стало ясно, что в истории болезни обо мне написана всякая оскорбительная чушь, например, то, что у меня дома какая-то мастерская, а я - сектант и ещё какая-то брехня. А по вопросу о независимой экспертизе Нарышкин сказал, что независимая - значит никем не признаваемая; и, вообще, грубо поспешил удалиться.
Однажды, примерно в середине срока заточения, мне сказали пройти в кабинет заведующего отделением. Там уже сидел Грозов и ещё один в белом халате высокий из-за чего казавшийся даже худощавым. Мне указали присесть напротив. Сел, поздоровались. По моей просьбе неизвестное лицо в белом коротко представилось каким-то специалистом из института, находящегося при больнице. А затем худощавый тип, перекинув голову с плеча на плечо, обращаясь в мою сторону, затеял хитрый разговор: "давайте поговорим о чём вам будет приятно - ну, пожалуйста, расскажите о ваших друзьях, чем они занимаются, где работают?" Отвечать было неудобно - я почуял явный подвох и не стал поддерживать тему, упомянув дословно что они обычные трудящиеся и порядочные граждане. Но далее этот подонок стал дотошно интересоваться источниками моих доходов и бессовестно дознавался откуда у меня средства к существованию, сколько зарабатываю и как непосредственно это происходит, а в особенности как у моих друзей... Я сказал, что не понимаю зачем это ему нужно и попытался перевести разговор на то, что меня тут держат не правильно и враньё записано в "истории болезни", но "специалиста" это не интересовало и он продолжал дознание о друзьях. В конце же беседы "врач", ухмыльнувшись, неожиданно и нагло спросил: "А "голоса" у вас и раньше были?" На что я ответил, что о том, что такое "голоса" узнал только от одного больного, находящегося в отделении. Разговор был завершён, длился он примерно 10 минут, я вышел.
Позже из одного документа, появившегося от преступников из больницы при попытки обжалования приговора в Мосгорсуде, стало ясно, что это был за обнаглевший тип из соседнего с больницей института, так бессовестно дознававшийся о моей работе и знакомых - это доктор медицинских наук Московского научно-исследовательского института психиатрии Министерства здравоохранения РФ Калинин В.В.! Хотя он высокий, но правда на вид выглядит не таким разжиревшим, как Нарышкин, Грозов или Грициенко. Видимо, его прямой способ допроса пациента о его социальном статусе и окружении не принёс огалтелого дохода, да впрочем, насколько стало известно, в соседнем с психбольницей институте заключенных, у которых изощрённо отнимают имущество, нет - там в хороших свободных условиях больше "косят" от срочной службы в российской армии и от тюрем.
Шли невыносимые дни. За решетчатым окном палаты дворовая территория. Лежит снег. Весна. Появляются проталины. Солнце светит всё ярче и притягательней, становится тяжело...
Продержав меня в 5-м отделении больницы около 33 суток, во второй половине дня 28 марта 2002 года я был выпущен на волю, изрядно измотанным, осунувшимся и заметно поседевшим с направлением для обращения в районную поликлинику по месту жительства, так-как уже упоминалось выше, приобрёл в больнице какое-то простудно-инфекционное заболевание. Посмотреть направление. Здесь чёрно-белая копия меньшего размера.
Приехав в жилище, чашка обычного чая "Lipton" кажется наслаждением, по сравнению с тем, что приходилось пить в Ганнушкино. Я всегда любил природу и по освобождении поехал смотреть на неё, чувствовать. Река, лес, поля - ведь меня хотели лишить всего этого, лишить свободы и разума.
Окружающие говорят, что я стал выглядеть лет на 6 старше своего возраста. Теперь, когда, находясь на воле, со знакомыми редко смотрю в кинотеатре какой-нибудь новый иностранный фантастический фильм со всякими современными спецэффектами, ужасами, сражениями и прочим, мне почти неинтересно, я воспринимаю его просто как весёлые картинки, а в "Ганнушкино" видел и испытал на себе намного круче. Оглядываясь на произошедшие события, начинаешь, например, несколько с другой стороны оценивать ранее увиденные и во многом непонятые сразу такие редкие и дорогие произведения искусства, как картины Винсента Ван-Гога - "Едоки картофеля","Автопортрет" и "Стаи ворон над полем", картина Каземира Малевича "Чёрный квадрат"; художественные фильмы режиссёра А.А.Тарковского "Сталкер" и "Ностальгия", режиссёра Алана Паркера, по сценарию Роджера Уотерса и одноимённому альбому музыкальной группы "Пинк Флойд", - "Стена"; песни В.С.Высоцкого - "Истопи-ка ты мне баньку по-белому" и "Письмо в редакцию"...
Если бы, например, меня спросили: "Какое музыкальное произведение соответствует происходящему в российской государственной психиатрии?" То я, наверное, выбрал бы композицию "Пинк Флойд" "Поосторожней с этим топором, Евгений", но в том виде, в каком она вошла в звуковую дорожку художественного фильма "Забриски пойнт" итальянского кинорежиссёра Микелянжело Антониони.
В процессе 2-х бессовестных и антиморальных "госпитализаций" и заключений были нарушены следующие положения существующего и действующего на тот моментЗакона РФ №3185-1 "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при её оказании" (от 2 июля 1992 года, в редакции Федерального закона от 21 июля 1998 года, №117-ФЗ):
статья 1, пункты 1 и 2;
статья 2, пункт 4;
статья 4, пункт 1;
статья 5, пункты 2 и 3;
статья 7, пункты 1 и 3;
статья 9;
статья 10, пункты 1 и 3;
статья 11, пункты 1 и 2;
статья 12, пункты 1 и 2;
статья 13, пункт 1;
статья 16, пункт 1;
статья 17;
статья 19, пункты 1,2 и 3;
статья 21, пункт 1;
статья 23, пункты 2,3 и 5;
статья 25, пункты 4 и 5;
статья 30, пункты 1 и 2;
статья 32, пункт 1;
статья 34, пункты 2 и 3;
статья 36, пункт 1;
статья 37, пункты 1,2,3 и 4;
статья 38, пункты 1 и 2;
статья 39;
статья 45, пункты 1,2 и 3.
И это только нарушенные положения одного, кроме того и так далеко порочного Закона, не исключаю, что игнорированы так же неоднократно были другие законодательные и нормативные акты РФ, например, судебно-процессуальный кодекс, Закон "О милиции" и прочие, а уж к моральной стороне дела возвращаться в который раз неудобно.
Как мне рассказали двое пациентов, и сам однажды видел, встретившись затем на улице, подлый заведующий 5-м отделением Грозов Сергей Петрович постоянно проживает недалеко от ОВД района "Беговой" и скорее всего именно этим фактом и объясняется то, что порядочных людей из данного ОВД бессовестно систематически отправляют именно в эту худшую больницу, да ещё находящуюся совсем в другом далёком районе столицы, а не в близлежащую Клиническую психиатрическую больницу №12 города Москвы, находящуюся по адресу: индекс 123367, город Москва, Волоколамское шоссе, дом 47. Таким образом, можно даже говорить об организованной преступной группировке (деятельности), в которую возможно входят некоторые сотрудники не только ПНД№4, больницы имени Ганнушкина, но и ОВД района "Беговой", автоматически "приклеивающие" к неугодным им порядочным людям ярлык психически больного или того хуже психически опасного человека!
Компетентный уполномоченный орган должен проверить деятельность ОВД района "Беговой" и по результатам проверки принять необходимые меры к наглым и непорядочным сотрудникам местного отделения милиции. Участкового Ерёменко И.С. и непредставившегося работника ОВД, издавшего на основании явно фиктивной справки приказ о приводе меня из дому ещё перед первой госпитализацией 15 февраля 2001 года в милицию, нужно, как минимум, уволить из органов охраны правопорядка без возможности работать в данной области, но с предложением пройти медицинскую комиссию, лечения и устройства на другую работу, а иначе они сразу преступниками станут.
Ещё при первом, повторюсь, целиком противозаконном и аморальном заключении меня в то же отделение больницы глубоко ночью 16 февраля 2001 года из районного отделения милиции, в последствии было решение Преображенского суда ВАО города Москвы, датированное 21 февраля 2001 года, на принудительное лечение. О существовании такого постановления я узнал, и то при помощи адвоката, более годом позже, так как никакого заседания суда не видел, скорее всего его вообще не было, а решение на принудительное лечение принимается автоматически для формальности, зная что неопытному узнику трудно что-либо поделать в полной изоляции от общества и под постоянными угрозами.
Компетентному уполномоченному органу необходимо проверить деятельность Преображенского гражданского суда ВАО города Москвы в части вынесения на протяжении длительного срока времени в большом количестве фиктивных постановлений о госпитализации людей против их воли в Городскую клиническую психиатрическую больницу №4 имени Ганнушкина П.Б. города Москвы. Судьи, прокуроры и другие лица, чисто формально бессовестно учавствовавшие в таких решениях, как минимум, должны быть освобождены от занимаемых должностей без возможности в дальнейшем работать в области юстиции или юриспруденции, но с предложением устройства на другую работу. Все насквозь фальшивые дела о госпитализации против воли людей в больницу должны быть заново пересмотрены с проведением серьёзной судебной независимой медицинской психиатрической экспертизы при должных условиях. Пострадавшие - реабилитированы перед обществом!


Дополнительная информация.
В принципе, на этом можно было бы рассказ о моей истории закончить, но я приведу ещё важный материал для понимания читателя, без которого повествование не будет выглядеть очерченным и полным.
I. К сожалению, злостная преступность с участием и пособничеством сотрудников российских психиатрических учреждений стала отработанным серийным приёмом и только впервые знакомящимся с данной темой может показаться, что в этой коварной затее есть доля риска. Вот общая схема, составленная из нескольких случаев и наглядно показывающая, как легко даже мелкому жулью удаётся и взрослого порядочного человека (независимо от сексуального пола и наличия или отсутствия родственных связей) в 1-й раз заключить в дурдом:
1. К известному им гражданину жуликами применяются какие-либо грубые преступные действия, часто сопровождающиеся обманом, насилием и воровством. Как правило, после этого неопытный честный человек какое-то время находится в состоянии шока и деморализован.
2. Из сворованного имущества преступники часть быстро отдают в местное отделение милиции, часто сотруднику, занимающему какую-либо среднюю должность в данном правоохранительном органе. При этом они ещё и обильно сообщают о себе и пострадавшем гражданине ложные, голословные сведения. Упоминается о, якобы, имеющихся связях жуликов во властных структурах, хотя, подчёркиваю - это всегда враньё. И, напротив, против пострадавшего делается лжедонос: о гражданине нагло сообщаются выдуманные, просто оскорбительные, порочащие его честь и достоинства сведения (сам мол де нападал, наркоман, "свидетель Иеговы", сексуально озабоченный, мелкий преступник и так далее). Всякие улики игнорируются.
3. Из отделения милиции и при его поддержке преступники направляются в территориальное ПНД, где также сообщают ложные сведения и дают мелкую мзду дежурному психиатру.
4. Дежурный психиатр ПНД на основании голословных сведений и взятки выписывает фиктивную справку об опасности на пострадавшего от преступления гражданина и направление для его отправки, якобы, на обследование специально в худшую и далеко расположенную государственную психиатрическую больницу. Если местный ПНД вдруг в этом откажет, то можно поехать в любой другое психиатрическое учреждение даже областное, легко и дёшево получить направление там - несовершенный Закон это позволяет. Но местный ПНД не отказывает, потому что там, как и в большинстве государственных психиатрических учреждений, сегодня бесконтрольно работают опустившиеся взяточники и шпана.
5. На основании полученных фиктивных медицинских документов жулики, ПНД или правоохранительный орган вызывают сотрудников "Скорой психиатрической помощи" и пострадавшего гражданина из места нахождения неожиданно для него отправляют в далёкий дурдом, иногда через отделение милиции или ПНД, ещё и дополнительно поиздевавшись над ним.
6. Предупреждённые опустившиеся сотрудники психиатрической больницы, получив очередную мелкую взятку от заинтересованных лиц, обманом и пытками заставляют человека подписать согласие на добровольное лечение.
В случае если ещё гражданин с трудом сможет не подписать это "согласие", то в короткий срок одним из работников составляется фиктивное заключение врачебной комиссии о тяжёлом психическом заболевании человека, его опасности и беспомощном состоянии, хотя чисто формально на заключении всегда стоит 3 подписи. Кроме этого, в историю болезни обильно вносятся лживые, выдуманные и оскорбительные факты в отношении потерпевшего. На основании подложного медицинского заключения в районный гражданский суд по месту нахождения больницы направляется исковое заявление в отношении пострадавшего гражданина и в течении 5 дней судья равнодушно, без проведения судебного заседания, автоматически приговаривает заточённого человека, юридически правильно выражаясь, к "недобровольной госпитализации" - к лечению против воли - только на основании фиктивного диагноза от истца.
Но, не исключаю и возможный вариант, когда козыряя отнятыми у пострадавших документами на суде или комиссиях специально присутствуют подставные лица.
7. Высвободившаяся жилплощадь пострадавшего и другое имущество как-либо выгодно используется преступниками на протяжении длительного срока времени, например, недвижимость сдаётся за плату в аренду, часто при посредничестве работников милиции, и из вырученных денег регулярно, 1 раз в месяц, даётся мелкая взятка среднему сотруднику психиатрической больницы для того, чтобы пострадавшего как можно дольше проморить в заключении. Причём человека со временем могут направлять из одной психиатрической больницы в другую, тем самым увеличивая срок.

Теперь потерпевшего ждут 3 пути:
- или он под угрозами и пытками сам отказывается от какого-либо Права (например, пишет доверенность преступникам или согласен съехать с квартиры),
- или он будет хитро лишён дееспособности и основными его Правами будут распоряжаться другие лица, а то и просто, используя отобранный удостоверяющий личность пострадавшего документ, его подписи будут подделаны,
- либо его ждёт мучительная смерть.

Обращу внимание, что "конвейерные" преступления, как это и бывает всегда, тщательно маскируются. Например, дорогая жилплощадь жуликами продаётся или преступно обменивается так, что гражданина формально прописывают в глухом районе другой области, где старый, прогнивший, но большой по площади деревянный дом с участком земли стоит всего 10000 рублей. Отмечу, в данном случае большая площадь нового жилища пострадавшего, обусловлена конечно никакой не гуманностью, а служит только сокрытием улик преступления, ведь формально получается, что при изменении места проживания гражданин не был ущемлён в жилплощади; никого интересовать не будет, что раньше от квартиры до ближайшей торговой точки в Москве было 100 метров (кроме магазинов, ещё полно торгующих с машин, из ларьков и тонаров), а в заброшенной деревне ближайший работающий магазин может быть за 20 километров, а кроме этого: отсутствуют газ, центральное отопление, водоснабжение, канализация и всё остальное.
8. Если гражданин остался в живых и после длительного срока выпускается из психиатрической больницы, да и то, как правило, по причине того, что за него перестали приносить взятки и надо освободить место для новой жертвы, то он полностью истощённый и с нарушенной психикой становится БОМЖем, так как фактически не может вернуться на законную и ранее занимаемую жилплощадь..!
Теперь, приведу туже самую схему, но с другой точки зрения - должностные преступники стараются умело маскировать свою криминальную активность пороками Закона, регулирующего деятельность в психиатрии, и умело подводят репрессивную активность под его нудные туманные статьи. Вот как выглядит пленение и последующее калечение гражданина в их повсеместно используемом затееватом плане через юридическую призму Закона РФ №3185-1 "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при её оказании":
1. На основании статьи 25 пункты 2 и 3 любым лицом, заинтересованным в уничижении и ограблении другого человека, подаётся врачу-психиатру письменный или даже устный лже-донос, что такой-то человек (даже не гражданин России - статья 3 пункт 2), намеченный в жертву, якобы, опасен для себя или окружающих.
Психиатр понимает, что скорее всего это обман, поэтому, только чтобы обезопасить себя вдальнейшем от ответственности, обязательно потребует письменной формы лже-доноса, а не устной - хотя и последнее возможно. Кроме того, на деле получается так, что жуликоватые лица, занимающие должности врачей-психиатров, сами подсказывают грабителям, как лучше написать лже-донос, так чтобы ни у кого сомнений не возникло.
2. На основании статьи 23 пункт 4 а) врач-психиатр немедленно проводит освидетельствование, причём чисто формально. И на основании статьи 28 пункта 1 у него появляются "основания" для отправки человека в дурдом "для дальнейшего обследования".
Кроме того, по статье 30 пункту 3 психиатру для "освидетельствования" может содействовать милиция, неожиданно доставив человека прямо с места нахождения, из дома или с места работы, а по сути, прикрываясь фиктивными справками, государственные сотрудники осуществляют похищение гражданина безо всяких экспертиз.
Конечно, сразу упомяну, что фраер-психиатр за лже-освидетельствование возьмёт первую мелкую взятку смехотворной суммой денег (200 рублей), а чаще алкоголем или секс-услугами от заинтересованных грабителей, но более всего он должен убедиться в следующем:
o а) его очередное преступление останется в тайне;
б) что вслучае высвобождения из дурдома пострадавший не станет действенно мстить;
в) что в дальнейшем у пострадавшего гражданина будут отнимать имущество, путём калечения и преступного лишения дееспособности, а участвующие психиатры тогда могут рассчитывать на вторую большую мзду от заинтересованных лиц, рассчитываемую из имущества потерпевшего.
Именно поэтому фраер-"врач" всё-таки с уничижаемым человеком увидится, лично коротко поинтересуется только его знакомствами и работой. Если вдруг из дознания станет ясно, что гражданин связан со шпаной или преступной группировкой, то напротив - в психбольницу такого никогда не отправят, а "госпитализируют" лишь только спокойных, интеллигентных людей - психиатры, как и обычные люди, боятся опасных психически больных и заключают в дурдома порядочных и беззащитных, заточают здоровых!
Формально получается сотрудник ПНД проводит предварительное освидетельствование жертвы и направление на серьёзное обследование его в психбольницу, но фактически путёвка на обследование - это уже зелёный сигнал на пленение и калечение человека в застенках дурдома.
3. По пункту а) статьи 29 гражданина доставляют в дурдом подальше от места проживания только на основании направления врача-психиатра из предыдущей части схемы. Обычно для этого используются сотрудники "Скорой и неотложной медицинской психиатричесой помощи" с наручниками и на специализированном закрытом автомобиле.

Не стоит упоминать, что с самого начала похищения жертве препятствуется во всякой связи с остальным миром, а даже если случится чудо и начнётся расследование, то преступники ссылаются на пункт (3) статьи 37 .
4. К сожалению, при ухищрённом трактовании Закон допускает психиатрическое лечение порядочных и здоровых граждан против их воли, что обнаглевшим в застенках преступникам, итак измывающимися над пленниками, позволяет ещё калечить людей и психотропными средствами, но лишь с постановления суда под трактовкой "недобровольная госпитализация"! И психиатры-бандиты это преступное постановление инициируют так:
Для этого дурдом на основании статьи 32 пункт 1 в течение 48 часов составляет ложный диагноз якобы о том, что человек вообще находится присмерти, неспособен уже ни к чему и по пункту 2 статьи 32-й ещё в 24 часа подаёт заявление в местный от психбольницы гражданский суд - статья 33 пункт 1. В нём истцом выступает дурдом, а ответчиком гражданин, намеченный в жертву. Судья, принимая такое заявление, по пункту 3 статьи 33 автоматически письменно вынуждена дать санкцию на задержку (а по сути начало пленения) человека в дурдоме.
Кроме того, в соответствии с туманным пунктом 4 статьи 11 дурдом в "неотложных" случаях вроде может сразу "заколоть" человека и тем самым ввести его в тяжёлое состояние! А на практике в застенках происходит всегда так.
5. По пункту 1 статьи 34 решение суда должно состояться в 5 дней. Так как по сфальсифицированному диагнозу в исковом заявлении от дурдома человек, якобы, находится присмерти и не может принимать участие в суде, то на основаниистатьи 34 пункт 2 суд проходит на территории больницы.
Вот тут то и сказывается ещё один существенный порок Закона: регулярные проведения суда в застенках дурдома просто позволяют жуликам-психиатрам установить дружеские контакты с работниками местного к психбольнице суда с прокуратурой.

Кроме того, под сфальсифицированным диагнозом намеченная жертва (ответчик) в суде не будет участвовать, а обязательно должен быть его представитель - статья 34 пункт 3!
Но по пункту 1 статьи 7 представителем ответчика (жертвы) на суде становится один из работников дурдома, где пленён пострадавший.
6. За эти 5 дней до суда психиатры только и занимаются, что серьёзно изучают надёжность грабителей, заинтересованных в отнимании собственности у жертвы, изучив, с них берут взятку и часть её всегда передаут работникам ближайшего к дурдому суда с прокуратурой.
А мздоимство много крупнее будет, когда человека в том же государственном учреждении, искалеченного психотропными средствами, через некоторое время постановлением суда станут лишать дееспособности - уж тогда-то местный прокурор с судьёй мзду получат побольше, ведь человек по сути теряет своё имущество и скоро его ждёт обмен жилища, выезд, продажа... Тут-то госработники понимают, что сумма мздоимства должна рассчитываться из всего имущества потерпевшего. Поэтому смело приговаривая всех к недобровольной госпитализации, судья, прокурор и психиатры подготавливают плацдарм для основного следующего нападения на человека - лишение дееспособности!
Поэтому, основываясь только лишь на фиктивном диагнозе в исковом заявлении от дурдома, судья, всегда с согласия местного прокурора и представителя психбольницы, автоматически издаёт постановления сразу по пунктам а), б) и в)статьи 29-й о "недобровольной госпитализации" уже пленённого гражданина.
Обратите внимание, изначально формальным оснQ
Здесь же ещё раз хочу подчеркнуть, что подобным аморальным способом заключения психически здорового человека в больнице, как ни странно, часто пользуется именно мелкая фраерская-шпана, как правило, или нигде временно не работающая или постоянно меняющая места работы и занимающая низкооплачиваемые рабочие должности. Но есть одно интересное правило: взятки, какого бы размера они не были, будут непосредственно даваться в каждом заведении принимающем участие в данной госпитализации. То есть, нельзя дать, например, работнику районного ОВД даже 10000$, чтобы тот съездил или позвонил знакомым в ПНД с психбольницей и обо всём договорился, отдав им по 200$ из своей относительно крупной мзды, оставив себе 9600$. Такое исключено. А бывает хуже - бывает так: "заинтересованное в принудительной госпитализации другого человека лицо" в 3-х местах грубо сильно солжёт, наобещает гарантий сокрытия преступления и заставит ответственных работников ошибиться, с притворными слезами на глазах дав им взятку по 200 рублей (или алкоголем), что в сумме будет эквивалентно 20 USD! Основу существования такого правила, иностранный (или редкий малознающий в этой области) читатель поймёт, полностью прочитав текст до конца.
Вообще, конечно причин много - одни глубинные, другие поверхностные. Общими словами можно сказать: всегда психиатрия зиждется на социальной ситуации вокруг.
Поэтому хотя повествование о реалиях отечественной психиатрии, но придётся отчасти затронуть те сторонние, движущие факторы, которые сейчас оказывают прямое, решающее влияние. Сразу оговорюсь, насколько смогу в большей мере будут освещены позиции и действия именно причастных государственных органов.
Итак, мы видим, образуется преступный треугольник: ПНД, ОВД, психбольница. Каждое остриё этого чёрного капкана является отдельной организацией, разделённой не только формально друг от друга, но часто в значительной степени и территориально. Взгляните на историю со мной: ОВД находится в районе "Беговой", где я жил, ПНД в "Головинском" районе Москвы, а психбольница в "Преображенском"... Если точками отметить на картографическом плане столицы эти учреждения и соединить прямыми линиями, то получится большой, значительно разнесённый по площади города разносторонний треугольник в верхней половине карты. А ведь известны случаи отправки людей из Митино или Бирюлёво через 5-е отделение ещё дальше - в дурдом в Ногинском районе МО!
...Учреждения эти, проклятые народом, реально соединены между собой круговой порукой в жажде наживы - наживы на имуществе граждан. Происходит процедура перестраховки перед расправой над человеком - ответственными за преступление оказываются многие и, значит, никто в отдельности. А причина столь огромной удалённости их друг от друга проста: чтобы пострадавшему от коварной деятельности этих организаций гражданину тяжело, а практически невозможно, было Законным или иным путём добиться правды. Я, например, вынужден был преодолевать значительные трудности, чтобы после освобождения подать в суд на ПНД, на психбольницу и вести судебную тяжбу в разных районах, где я никогда не проживал и не был. Это при том, что, как правило, выпущенный человек значительно искалечен, травмирован, болен всякими инфекциями, подхваченными в дурдоме, у него отсутствуют средства, а часто и возможность к проживанию...
Как показывает опыт, различные работники психиатрии в жажде наживы помогают именно жуликам, потому что сами зачастую являются опустившейся шпаной и им с мелкими преступниками намного легче понять друг-друга или найти общий язык.
А вот другая причина помощи психиатров жуликам шокирует ещё больше. На практике почти всегда мошенники, совершающие очередное намеренное преступление против гражданина, сами страдают психическим расстройством, ранее обращались к врачам психологам или психиатрам, имеют с ними знакомство и осведомлены о крупных бесконтрольных полномочиях, наделяемых всех лиц, формально занимающих должности врачей-психиатров, пороками Закона РФ №3185-1. Именно тесное предварительное знакомство жуликов с недостатками практической российской психиатрии вместе с мелким взяточничеством позволяет регулярно безнаказанно совершать и скрывать преступления против обычных людей. (В истории со мной, как уже упоминалось, родившая гражданка ранее сама состояла на психиатрическом учёте и её давняя несчастная подружка-одинокая мать сдавала сына в психбольницы).
Если бы руководящие работники дурдома имели хотя бы каплю совести, то привлекали бы к изоляции и принудительному лечению преступников, а не пострадавших, как это происходит сейчас.
Но надо сказать и о совершенно другой стороне... К сожалению, в формальном сокрытии преступлений психиатров прямо участвует безалаберная и по-своему погрязшая в криминале российская судебная система. Первое, что бросается в глаза, это все государственные работники, принимающие непосредственное участие в суде, халатно, с многочисленным нарушением гражданских и судебно-процессуального кодекса, совершенно без разбирательств и вопросов к потерпевшему, только на основании формального, жуткого фиктивного психиатрического диагноза в исковом заявлении от больницы автоматически и равнодушно приговаривают любого порядочного здорового человека к принудительному психиатрическому лечению, что в реальности является пытками и мукой для пострадавшего, как это было со мною при 1-м преступном заключении. Я сомневаюсь, что именно в моих 2-х случаях или подобным им судья для вынесения постановления о принудительном лечении получила хотя бы мелкую взятку, но в других ситуациях это вполне возможно.
Меня долго терзал вопрос: почему прокурор местной с дурдомом прокуратуры бессовестно, явно в нарушение Закона предлагал все заявления о недобровольной госпитализации судом удовлетворить?
Сначало приходило на ум, что скорее всего участники суда, пользуясь таким случаем, очень экономят время - это является одним из пороков российской судебной системы. Существенно сказывается и то, что сейчас наркоманов с преступниками, устраивающих разбои, на улицах Москвы полно, они многим известны и судья за каждым невинно пострадавшим под сфальсифицированным диагнозом внутренне предполагает преступника, хотя всё наоборот - преступников сегодня выпускают из психушек, да и редко они туда попадают.
Но основная причина откровенного содействия судебных органов преступности с участием психиатров выяснилась позже: невинных людей, заточённых в психушке, затем в тайне от них и на основании фиктивного диагноза только от этого же дурдома судебным решением по месту нахождения психиатрического учреждения лишают дееспособности для отнимания имущества! Если в предыдущем абзаце судья при одобрении представителя местной прокуратуры выносит приговор равнодушно, то при лишении человека дееспособности каждый понимает, что гражданина фактически лишают всех прав - это скоро приведёт и к замаскированному отниманию имущества, поэтому вынесение такого приговора возможно только через взятку участникам суда. Психиатры здесь выполняют роль посредников, которые, изучив круг преступно заинтересованных в отнимании имущества лиц, получают с них бакшиш и часть его передают местным работникам судейства с прокуратурой. Таким образом районные суды с участием представителя прокуратуры по месту нахождения дурдомов предвзято всегда в пользу психбольниц рассматривают и вопросы на принудительное лечение, тем самым подготавливая плацдарм для второго основного нападения на пострадавшего - лишение человека дееспособности через взятку участникам суда и психиатрам от жуликов, фактически уже завладевших имуществом потерпевшего!
Далее реальная ситуация такова, что подавать в вышестоящий суд на обжалование без существенной взятки бесполезно, даже если решение принято нижестоящим судом с явными нарушениями Закона. Обратите внимание, преступники, в том числе и из местного суда, понимают: в случае обжалования приговора над ними нависает угроза возбуждения уголовного дела по статье 128 Уголовного кодекса РФ за противозаконное помещение человека в дурдом, - поэтому преступниками, как со стороны психиатров, так и со стороны безалаберного судейства, будут предприняты все меры для формального сокрытия злонамерений - все бумаги будут подтусованы и оформлены безукоризненно, а медицинские и психиатрические термины запутаны. В условиях неожиданного заключения в дурдоме узник бесправен и часто от него скрывают о существовании постановления местного суда на его "лечение".
Есть и другие, более общие факторы, по которым судебные инстанции и прокуратура подельничают преступности с пособничеством психиатров, и некоторые из-них будут отмечены в заключительной части повествования.
А в чём-же кроется причина того, что и работники милиции вопреки здравого смысла содействуют жуликам, массово отправляя порядочных граждан в психиатрические больницы?! Я никогда не имел отношения к органам правопорядка и, даже более того, до определённого момента, по простоте души, с уважением относился к российским служащим внутренних дел, а в юности, успешно играя в хоккей, даже был поклонником московской команды "Динамо", поэтому моё суждение может быть несколько поверхностно и наивно. Именно в последнее время на улицах города появилась реклама, а на российских голубых экранах по центральным каналам показывают выдуманные лицемерные, лживые фильмы о доблести работников МВД, прям как было в старые советские времена и мотивы этого мне не очень понятны. Гнустно смотреть на подобные картины, где дешёвые актёришки, внешне уподобляясь по виду сотрудникам МВД, совестно расследуют преступления. Горе человеку, который поверит в это. По состоянию на конец 2002 года, если Вы - простой честный российский гражданин - окажетесь или сами за помощью придёте в отделении милиции, то почти ничего из этих паршивых реклам и фильмов не увидите, а скорее напротив. Поближе ознакомившись с работой столичной милиции, напрашивается сделать вывод: занимается она не охраной правопорядка, а... чем-то другим. Как могут понять москвичи, только в центральной исторической части города, где много гостей из развитых зарубежных стран, проводятся регулярные патрулирования и, при возникновении беспорядка, соответствующие органы принимают хоть какие-то меры. В других районах столицы стражи порядка тоже формально проводят патрулирования и дежурства, но занимаются вымогательством взяток у приезжих из других областей России, из бывших южных республик СССР и из слаборазвитых зарубежных государств, а также у неопытных москвичей, случайно забывших паспорт при выходе на улицу и тем самым нарушающих строгий визовый режим. Сейчас, когда пишу эти строки после получившего всемирную известность факта массового захвата заложников вооружёнными людьми в театральном центре Москвы 23 октября 2002 года, всем стало ясна полная несостоятельность реализации визового режима в России. Например, чем лучше я был одет и быстрее шёл, тем чаще меня останавливали для проверки документов, рассчитывая ухватить побольше куш. Слава Богу, но паспорт я не забывал. И, наоборот: бедно одетого, притворяющегося, без денег не проверят и не задержат никогда или очень редко, будь он хоть сам Бен-Ладен! К наступлению нового 2003 года публичный беспредел с проверкой документов на улицах Москвы временно ослаб, но он всего лишь перешёл в другие формы. Известны случаи, когда работники милиции отнимали или рвали документы удостоверяющие личность и инкриминировали мелкое хулиганство или другие нарушения Закона гражданам, доказывающим свою правоту. Всё это делается для того, чтобы сразу получить откуп или устроить человеку "геморрой" (большие проблемы или неприятности) в научение. Так, только один пример: "солдат" юного возраста по имени Тимур в обычной беседе просто рассказал, что при приводе по какому-то безобидному вопросу одного взрослого гражданина в отделение милиции, он (Тимур) при составлении документов предъявил синяк на своём теле, полученный не при доставке гражданина, а ранее и в другом случае, и теперь над простым порядочным, невиновным человеком нависла угроза попасть в тюрьму, а возможно он уже и отбывает срок..! Подобных историй рассказывают массу. По рассказу знакомого, в среднем за каждое дежурство в местах скопления людей рядовой сотрудник МВД получает в виде взяток и откупа с граждан около 3000 рублей. Здесь надо учесть ещё 2 существенных момента. Во-первых, до сих пор иногда сказывается, говоря простыми словами, наличие у приезжих из южных государств (Армении, Грузии...) относительно больших сумм денег наличными. Этот факт, доставшийся со времён СССР, наверное, сможет правильно понять и оценить только житель России возрастом более 25 лет и имевший соответствующие знакомства. Во-вторых, заметное присутствие в национальных чертах характера у азиатских или "горных народов", опять же выражаясь простым языком, желания сделать приятный подарок при знакомстве или общении, что в российских условиях просто приводит к частому мелкому взяткодательству. Совсем другой важный фактор - органы внутренних дел, в первую очередь формально якобы ответственные за поддержание правопорядка, непосредственно наделены функцией обязательной регистрации места проживания всех граждан, что в условиях постоянного мощного демографического процесса возносит их на "новою высоту". Всё это, а также полная бесконтрольность и послужило основой для того, чтобы работники районных ОВД серьёзно занялись "платным", противозаконным оказанием услуг для различных категорий граждан и на вторичном рынке жилья. Таким образом становится видна заинтересованность работников местных органов милиции в том, чтобы в подконтрольном им районе проживало как можно большее количество людей с "жилищной проблемой". За неофициальное вознаграждение можно срочно снять в аренду комнату или квартиру, получить временную регистрацию, а за большую мзду противозаконно прописаться на постоянной основе в квартире у одинокого пожилого человека и спокойно дожидаться его смерти или даже поспособствовать в этом. Можно и ещё многое... Работники ОВД помогают опустившимся гражданам сдать квартиру в аренду и уже "спиной" чувствуют таких лиц. Часть арендуемых квартир используется для организованной проституции. "Так что-же, - спросит иностранный читатель, - любой человек, обратившись в районное ОВД, как в агенство недвижимости, может сдать или снять жилплощадь в аренду?" Сдать - да. А вот чтобы снять - не любой. По словам одного приезжего азербайджанца, за помощь в снятии в аренду квартиры у местных жителей надо дать участковому инспектору ОВД взятку в размере всего 100-150 рублей или распить с ним алкоголь. Фактически участковые инспектора милиции, про которых в 2003 году на официальных российских экранах появились даже отдельные заказные лживые фильмы, эти "участковые инспектора" только и занимаются высматриванием квартир, а ни какой не охраной порядка! Фактически из-за каких-то специфичных и не очень пока понятных автору особенностей современной службы работников милиции простой местный житель не может успешно обратиться за помощью к органам охраны порядка, даже предложив взятку, а вот преступник или призжий-переселенец может и плодотворно обращается, отстёгивая мелкие подачки. Видимо, для этого необходимо иметь какое-то знакомство, желательно представлять тот-же социальный слой, что и работники милиции, и обязательно давать весомые гарантии в успешности и, при необходимости, сохранении в тайне своего предложения. Да и работники внутренних дел занимаются больше именно специфичными посредническо-бюрократическими функциями, проверкой и оформлением регистрационных документов. Вот в чём ещё одна из причин того, что именно мелкое жульё пользуется схемой, приведённой вначале этого пункта.
Но есть и другая... Известно, что на сегодняшний день в России большая часть зарегистрированных преступлений остаются нераскрытыми. Почему так происходит - отдельная тема. Но работники органов внутренних дел ещё и стараются не зарегистрировать значительную часть преступлений, формально занижая уровень преступности в подконтрольном районе. Одна из причин этого тривиальна - стражи правопорядка берут мелкие подачки с преступников и освобождают их от ответственности. Если же пострадавшее лицо всё-же пытается настоять на регистрации и принятии мер, то именно пострадавшую сторону неожиданно отправляют в психиатрическую больницу, что к тому же даёт возможность быстро избавиться от улик. В производстве уголовного дела отказывается под лживым предлогом отсутствия улик и что обратившийся за помощью человек, пострадавший от преступления, якобы сам имеет серьёзное психическое расстройство и опасен для окружающих!
Этим я ещё раз хочу обратить внимание на то, что в этом повествовании речь идёт не только о том, "как плохо живётся шизофреникам в России", а о самой настоящей организованной преступности против населения существующей сейчас. Граждане не могут не только рассчитывать на следствие, на раскрытие преступления, а им уже препятствуется в регистрации факта преступления, даже при наличии улик, а к услугам милиции скорее успешно прибегают жулики.
Несколько лет назад в одной из развитых стран были проведены интересные исследования особенностей психологии характера у работников определённых различных специальностей. Оглашённые и запомнившиеся результаты были не очень приятными, в частности: люди не реализовавшиеся в политике или руководстве в основном поступают работать преподавателями (учителями), где могут проявить скрытые потребности манипулирования людьми; а индивидуумы со складом характера склонным к нарушению правил и преступности, в свою очередь, предпочитают идти работать в органы охраны правопорядка и расследований. Не исключаю, что у этой, на первой взгляд, противоречащей, не хорошей закономерности есть и положительные стороны. Подобное в разной степени существует во всём мире. Но вот в России это проявляется в полной мере и перехлёстывает все допустимые рамки. Как многим довелось убедиться, работники милиции имеют характерные черты поведения не свойственные порядочным, интеллигентным людям или бизнесменам, а свойственные преступникам и бандитам. Поэтому в их работе мало стремления обоюдовыгодно разобравшись Законно разрешить задачу и даже получить сверх зарплаты благодарный подарок, а больше выражено желание к быстрому вымогательству денег и запугиванию гражданина.
О работниках милиции существует множество анекдотов и вот один из них:
- Майор Петров, Вы почему зарплату не приходите получать?
- А ещё положена зарплата?.. - удивлённо отвечает Петров, - Мне пистолет дали и сказали: "вертись как можешь".
Из последних абзацев проистекает вывод: формально служащие внутренних дел заинтересованы в ликвидации или снижении уровня преступности, а на деле они заинтересованы в обратном - чем больше преступность в подконтрольном районе, тем больше работы и больше возможности для откровенного взяточничества. Поэтому они охотно и легко освобождают за мелкую очередную мзду преступника, охотно верят его вранью, а придираются к гражданам с достатком, к невинным или пострадавшим, что вдальнейшем соответственно приведёт только к новому витку безысходных правонарушений. Милиция боится даже мелких жуликов, сотрудничает с преступностью и в её кругах негласно укоренилось примерно такое высказывание: "Проще не бороться, а "пасти" преступность".
Вот обычный пример: вышеупомянутого интеллигентного гуманитария Бакалягина Б.Г., престарелый отец которого собирался сдать в аренду квартиру иностранцам, приехали забирать из дома 4-е вооружённых автоматами сотрудника ОВД района "Беговой" и, по его рассказу, он выглядел "как спичка среди этих верзил"; а вот когда я в вечернее время летом 2002 года находился на станции железной дороги и метро "Выхино" (она находится не под землёй, а на поверхности) и на железнодорожных путях разгорелась крупная потасовка, то по неоднократным зовам сотрудников метрополитена и пассажиров первый и единственный безоружный милиционер шатаясь, словно пьяный или наркоман, появился только минут через 10, несмотря на то, что при выходе с платформы постоянно дежурил вооружённый наряд милиции группой из 3-4 человек, но занимался он только проверкой паспортов у честных граждан...
Как мне довелось ознакомиться в "Ганнушкино", контингент людей, ранее осуждённых в России по уголовным статьям Закона (психиатрическое лечение сюда не входит, так-как в отношении порядочных лиц относится к гражданскому судопроизводству) в целом можно охарактеризовать такими категориями:
1) Несовершеннолетние из неблагополучных или неполных семей, совершивших наказуемые деяния от безысходности и отсутствия правильного воспитания;
2) Одинокие граждане астенического склада характера;
3) Граждане, пострадавшие от преступлений(!).
Это основные прослеживаемые закономерности, исключения - редкость, о которых трубят в СМИ. Возможно, специалисты добавят сюда ещё несколько групп. Но можно сделать главный вывод: в тюрьму попадают только совсем уж неопытные преступники (как правило, малолетние, с дефектами развития...) и люди, несумевшие себя защитить. Это, а так-же беспредел, творящийся в местах лишения свободы, приводит к огромному числу рецидивов. Примерно такой же контингент людей оказывается в закрытых отделениях российских "психушек". В психиатрических больницах руководством специально устраиваются и поддерживаются жуткие условия с беспорядками для того, чтобы человека унизить, искалечить и полностью лишить возможностей к нормальному существованию или жизнедеятельности ещё и в дурдоме и в случае выписки. Поэтому часты случаи повторных попаданий в "психушку", милицию и тюрьму после освобождения, а подлецы-врачи потирают руки: "Вот видите, мы не ошиблись, у этого пациента преступные замашки - рецидив!" Скрывают эти скоты, что ранее работавший и в общем-то хороший человек 1-й раз в своей жизни попал в милицию именно из-за того, что остался без возможности и средств к минимальному существованию после отбывания срока в больнице по фиктивному диагнозу. От полной безысходности он предпринимает простые действия, которые квалифицируются как преступление. Да и чему может научиться в психбольнице человек, особенно молодой, если видит он, что все властвующие над ним врачи с располневшими пьяными рожами каждый день, уходя с работы, выносят переполненные сумки с пищей, которую он недополучает на завтрак, обед и ужин? Каким он станет, если знает, что взятки стараются взять все, а особенно Грозов и Грициенко, и за эти подачки лекари готовы сделать с человеком всё что угодно? Каким?
3-ю причину, как ни странно, подсказал мне один порядочный работник милиции: сотрудники российских внутренних дел часто страдают психическими расстройствами, а пьянство среди них является закономерностью, и прямо с работы они подвергаются госпитализации в психиатрическую больницу. В Москве служащих милиции отправляют именно в "Ганнушкино", где для них организовано отдельное образцово-показательное отделение санаторного типа, поэтому и из преступных соображений легче "по накатанной дороге" отправить любого человека в ту же психушку.
Мы рассмотрели 3 фактора, влияющие на взаимоотношения любого российского гражданина с милицией. Но в моём случае сыграли роль ещё 2 причины. Вот они...
Не от кого не секрет, что народы России много пьют алкоголя. Об этом говорят в обществе, в СМИ и в общем-то хоть как-то осознаётся, что это нехорошее вредное явление. Но есть ещё одно "нехорошее" явление в нашем социуме, распространённое не меньше, чем алкоголизм, о нём повсеместно предпочитают умалчивать, но оно ясно само собой. В России огромное количество изнасилованных женщин и малолетних детей. Процветают сексуальные извращения и насилие, в том, числе и к лицам своего пола. К этому распространённому явлению относятся примерно так же терпимо, как и ко взяточничеству. Ошибочно думать, что сейчас происходит всплеск подобных случаев в связи с проникновением западной культуры или "сексуальной революцией" в стране. Я хорошо помню, было подобное и 10 и 15 лет назад. Из искренних рассказов старших известно, часть семей в СССР, как правило, в дальнейшем несчастных, образовалось после изнасилования. Такова культура народа. Большая часть преступлений с использованием насилия не регистрируется, а считается жизненным явлением - так повелось. Поэтому в моём случае бескультурные работники милиции, видимо, были немало удивлены и даже ошарашены, истрактовав обращения по своему: "сын пришёл на маму с отчимом жаловаться". Привыкшие только к быстрому вымогательству денег, здоровенные верзилы, а по характеру в большинстве случаев самые настоящие "маменькины сыночки", не понимают они и разбираться противятся, что родившая меня гражданка не испытывает ко мне никакого родства, а лишь отвращение и своей жизнью я больше обязан Богу.
И последняя причина: фамилия у меня не совсем русская, внешность тоже, несмотря на то, что коренной москвич в нескольких поколениях. Ещё в последних классах школы меня постоянно обзывали евреем. Привыкшие только стращать и получать откуп от приезжих, часто занимающихся каким-либо делом в Москве, государственные служащие испытывали меня (и отца) и недоумевали: "Что ж он откуп то сразу не даёт?"; и продолжали стращать дальше, решив хорошенько проучить.
Следует так-же добавить, что некоторой слабой, окутывающей атмосферой существования жестокой преступности в психиатрии, является закоренелое на сегодняшний день среди обычных представителей общества России мнение, что психиатрия использовалась в гнустных целях сравнительно давно, более 10-ка лет назад при существовании СССР по отношению к полит-заключённым, диссидентам и инакомыслящим, а сейчас в психбольницах, якобы, содержатся лишь только совсем беспомощные старики-маразматики, дауны и прочие явно полуживые существа. Судя по увиденному мною такое предположение ошибочно и напрямую противоречит практике. Да что говорить, я и сам не окажись в жутких перепетиях, навряд ли обратил внимание на такой обширный сектор, как "психиатрия и оказание психиатрической помощи в России", ведь оказывается, согласно затееватым расплывчатым методикам из отечественных пособий по психиатрии, диагноз различных стадий шизофрении можно приписать более чем 90% людей и по всему миру!
...По городу снуют туда-сюда красивые, белые с красным, с крестом и синими огоньками микроавтобусы "Скорой помощи". Видя это, неинформированный обыватель, радуясь и уважая за труд медицинских работников, и не подозревает, что большая часть этих снующих сейчас машин принадлежит "Скорой психиатрической помощи" и едут они отнюдь не забирать БОМЖей, наркоманов с улиц Москвы или никому не нужных нищих шизофреников, а, укомплектованные прокуренными головорезами, торопятся они в отделения милиции или ещё куда получить взятку и, поглумясь, изолировать честного человека, недавшего мзду работникам правопорядка. Как этот сюжет горько перекликается со страницами нашей истории, когда в 30-е годы прошлого столетия по улицам Москвы рыскали чёрные автомобили НКВД, оставляя после себя безысходное горе. Интересно отметить, что подобное явление, вдальнейшем характеризовавшееся, как "ежовщина", последовало после НЭПа, а "Скорая и неотложная медицинская психиатрическая помощь" образована на территории СССР оккурат в 1928 году.
Я никогда не был в Санкт-Петербурге - родине Президента страны с конца XX века, Путина В.В. Но по рассказам туристов знаю, что в связи с близостью западной границы и высокой концентрацией памятников старины, город наводнён иностранцами. А по самой центральной площади спокойно гуляют психически больные, сумасшедшие бездомные, пристающие к туристам - это бросается в глаза. И скорее всего ситуация там с психбольницами ещё хуже: больных выгоняют и им некуда деваться, а заключают здоровых зажиточных граждан, ибо цена недвижимости в северной столице сильно подскочила с 2000 года.
Простому российскому обывателю пока невдомёк, что однажды такая вышеописанная "красивая" машинка может приехать за ним и придётся ему иметь дело с мрачными типами - со шпаной в медицинских спецкостюмах. А если Вы девушка или женщина, то будут оценивать не только Ваши знакомства и деньги в карманах, но и Вашу чудесную грудь, прекрасные длинные волосы и всю другую красоту. Что произойдёт дальше просто страшно..!
Итак, выше мы рассмотрели меркантильную, корыстную подоплёку существования организованной преступности - в основе это преступные действия, способствующие бурному переселенческому процессу в города, и сокрытие преступлений. Но обязательно надо снова вернутся и к другой: как уже многократно упоминалось, в органах милиции, так же как и в государственных психиатрических учреждениях на средних и низших должностях поголовно работают сексуальноозабоченные закоренелые алкоголики - противоречиво, но для России это факт. Именно пристрастие к алкоголю и прочим распутствам является 2-м крепким связующим звеном в преступной деятельности, направленной на содействие низменным мошенникам в отнимании имущества у порядочных граждан. Впервую очередь то, что на ответственных государственных должностях работает шпана в совокупности с процессами в обществе, нагнетающими корыстную заинтересованность, и приводит к тому, что в изоляции дурдомов среди других пациентов оказываются и располагающие имуществом, изначально здоровые, мирные интеллигентные граждане не пьющие и не курящие с преимущественно астеническим типом характера. Оказываются и беззащитные дети... Мы эмпирически вернулись к подчёркнутому выше правилу: сложившаяся ситуация только непосредственно вокруг человека определяет его проживание - человек в руках тех, кто его окружает.
По стилю жизни, по сложившемуся сознанию, по тем критериям, которые в совокупности принято называть менталитетом каждого человека, так вот по ним именно лица, сейчас занимающие ответственные должности в застенках государственных психиатрических учреждений, живо сотрудничают только с преступниками и сами таковыми являются!
...Возможно кто-то попытается возразить (один собеседник такой нашёлся) и высказать соображение о том, что мол де на свободе жертву неминуемо могла бы ждать, коротко говоря, смерть, а в психиатрической больнице он всё же хоть и не лечится, но как-то живёт и может быть выписан. Таким образом можно даже уповать на гуманизм, а никакую не преступность. Но это совсем не так. И 2-е дополнение целиком развеит мысль об этой гипотезе...
II. Это список из некоторых людей, пребывание которых в 5-м мужском отделении психиатрической больницы №4 имени Ганнушкина города Москвы закончилось летальным исходом. Он подготовлен со слов и по памяти только одного мирного узника отделения, но периодически противозаконно попадавшего в больницу на протяжении уже многих лет, и может содержать некоторые неточности:
Федотов Юрий, умер в 1988 году;
Пережогин Евгений, умер в 1989 году;
Кузнецов Виктор, умер зимой 1989 года;
Пырсль Игорь, умер 15 мая 1991 года;
Курманов Лев, умер в самом конце 1991 года.
Даже из этого короткого перечисления уже явно видно, что большинство смертей произошло в самом конце 80-х начале 90-х годов XX века, когда, как известно, на территории бывшего СССР был разгул преступности, а в атмосфере самоуправства и беззакония в столице происходил жестокий квартирный передел. В то время отделение было переполнено коренными москвичами, экстеренно изолированными в преступных целях. Здоровых, интеллигентных людей убивали быстро и безнаказанно, даже целыми группами в месяц. Как сказал сообщивший этот неполный список гражданин, данные которого по его просьбе специально не привожу, большинство скончавшихся были среднего возраста и умерли от недолжного применения к ним химических препаратов в большом количестве при полном безразличии или издевательствах медперсонала, хотя в официальном заключении о смерти могут быть записаны иные причины. Считаю, что "медицинские работники" отделения могли быть заинтересованы в уходе из жизни этих и многих других граждан. В 1992 году после распада СССР и образования Российской Федерации Государственной Думой под давлением международной и российской общественности был принят, а затем подписан Президентом Ельциным Б.Н. и вступил в действие с начала 1993 года обновлённый Закон РФ №3185-1, регулирующий деятельность в психиатрии. Смертность несколько поубавилась. Не сразу преступным элементам в психиатрических учреждениях удалось обнаружить и наладить использование пороков обновлённого Закона. Но и в нём они были найдены, даже более того, в 1998 году - памятном годе российского дефолта - по инициативе заинтересованных ведомств тихо были приняты поправки к Закону (в частности часть 4 статьи 11), открывшие путь к его широкому использованию в корыстных преступных намерениях. И снова шкала смертности поползла вверх и снова всё больше здоровых, культурных граждан становилось калеками и БОМЖами через государственные психиатрические учреждения. Но сам процесс убийства стал другим. Он стал ещё более завуалированным и скрытым. Ещё более жестоким. Так, например, я обнаружил и узнал, что между 2-я моими пленениями, скончался заметный пациент 5-го отделения по прозвищу "Ба-бай". От других он отличался тем, что уже с трудом членораздельно разговаривал и его очень редко кто навещал, поэтому над этим высоким, но жутко истощавшим человеком постоянно нещадно издевались в том числе и младшие медицинские сотрудники. По распространяемой работниками медучреждения версии, "Ба-бай" скоропостижно скончался, поперхнувшись во время приёма пищи и временно находясь в другой больнице, но скорее всего это не так, ибо как я видел есть ему, грубо глумясь, препятствовали. Не исключаю варианта, что его хитроумно задушили сотрудники больницы или натравляемые на него опасные психбольные. Подробнее о том, как жутко убивают людей сейчас расскажу ниже, ближе к концу этой части повествования, а человек, вспомнивший приведённый список смертников, побоялся открывать имена людей, отправленных в последний путь при нынешнем подлом руководстве отделения.
Для того чтобы человек подписал какие-либо документы (добровольное согласие на лечение, на получение группы инвалидности, доверенность на право распоряжения недвижимым имуществом и так далее...), в психиатрической больнице применяются в том числе и издевательства, и пытки, причём младшему медицинскому персоналу в этом часто помогают "подлизывающиеся" к работникам психически опасные больные, зачастую уголовники. Так, например, при 1-й госпитализации 15 февраля 2001 года меня к 8 часам утра неожиданно полусонного из квартиры по месту регистрации сотрудники милиции привезли в ОВД района "Беговой". Предлог был такой, что, якобы, со мной срочно хочет поговорить участковый инспектор и работники милиции, забирая меня зимой из дома, даже не дали нормально одеться. В отделении со мной - порядочным человеком - грубо, как с преступником, обращались, фотографировали, снимали отпечатки пальцев, брали образцы подчерка и записывали особые приметы, интересовались работой и знакомствами, рассказывали о тяжёлой жизни работника милиции и маленькой зарплате, посадили в "обезъянник", но с участковым я так и не говорил. А глубоко ночью уже 16 февраля, изъяв все вещи, в том числе и мобильный телефон "Siemens SL45", отправили на машине в психиатрическую больницу. Кроме того, что я, как нормальный человек, уже немного хотел есть и с утра, меня ещё и отказывались кормить, противозаконно содержа около 3/4 суток в отделении милиции. А когда был заполночь доставлен в 5-е отделение "Ганнушкино" есть хотелось очень-очень сильно. Так заправляющие в психушке подонки ночью заставляли меня на протяжении часа подписать согласие на добровольное лечение, угрожая, обманывая и обещая, что дадут чего-нибудь поесть, и, не добившись ничего, сделали мне укол какого-то препарата, от которого я вообще чуть сознание не потерял, и снова-снова некоторое время требовали подписи - я не подписал... Именно поэтому 16-м февраля 2001 года датировано ложное заключение врачебной комиссии больницы о моём, якобы, сверхтяжёлом психическом заболевании и фиктивные документы направлены в суд. А 21-м февраля датировано антизаконное постановление Преображенского суда на моё принудительное лечение по пунктам "а,б,в" статьи 29 и статье 35 Закона РФ "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при её оказании". С материалами этого короткого дела (номер: Г-526/01) я смог ознакомиться только 5 сентября 2002 года, и копию решения суда, которое кстати изобилует грамматическими ошибками, прилагаю. Посмотреть противозаконное постановление суда. Чёрно-белая копия меньшего размера. В соответствии с этим постановлением, меня формально по вышеназванному Закону принудительно госпитализируют сразу по 3-м причинам:
а) непосредственная опасность для себя или окружающих;
б) беспомощность, то есть неспособность самостоятельно удовлетворять основные жизненные потребности;
в) существенный вред здоровью в следствии ухудшения психического состояния, если лицо будет оставлено без психиатрической помощи. (!)
Ну, и повторюсь ещё раз, никаких врачебных комиссий или заседания суда я не видел - они отсутствовали. 16 февраля 2001 года со мною полностью измотанным и голодным бессовестно коротко беседовала одна Грициенко В.Д.
Я записал данные граждан, находившихся со мной тогда в ОВД района "Беговой" и они могут подтвердить моё здоровое состояние, кстати, один из них (Вильгельм А.А.) тоже оказался в 5-м отделении "Ганнушкино", даже почему-то быстрее меня. Дополнительным доказательством моего вменяемого адекватного поведения могут служить личные подписи на протоколах в милиции и в больнице о описи сдаваемых вещей и денег, хотя был уже жутко голоден.
Через год, при 2-м заключении, о котором во многом и идёт речь, когда мне посчастливилось вызвать отца, а затем и некоторых знакомых, то меня приговорили к лечению только по пункту "а" статьи 29-й вышеназванного Закона, и даже здесь можно увидеть явное противоречие: так как после 1-й госпитализации сразу по 3-м пунктам я не лечился, не являлся в ПНД, а написал 2 заявления в прокуратуру, и вдруг, судя по постановлениям судов, моё состояние резко улучшилось, и при 2-й госпитализации меня приговорили к лечению только по пункту "а" той же статьи! Копию и этого аморального решения прилагаю. Посмотреть постановление суда. Чёрно-белая копия меньшего размера.
Детальное рассмотрение постановлений суда.
Так-как вынесенные затем постановления Преображенского суда на обе "недобровольные госпитализации" - это единственное, что нам официально известно об аргументах преступников для моего заточения в дурдом - давайте их рассмотрим чуть подробнее.
Взгляните на 1-е. Посмотреть противозаконное постановление суда. Чёрно-белая копия меньшего размера. Оно наиболее информативно. Из начальных строк становится ясен формальный состав суда: судья Чепрасова Е.Н. и прокурор Феоктистова И.В. Если мы опустим глаза вниз в середину, то в одном из абзацев прочитаем, что присутствовали так-же представитель дурдома и какой-то "лечащий врач" тоже, видимо, из того же дурдома, но фамилии двух последних лиц так и остаются неизвестными. Больше ни о ком не упоминается. То есть из постановления уже видно, что я не участвовал в суде и это первое явное нарушение пункта 2 статьи 34-й Закона РФ №3185-1.
Но в пункте 3-м той же статьи сказано, что должен быть обязательно мой представитель. Где он? О нём конкретно ничего не упоминается и представительствовать за себя я права никому не давал. Догадываюсь, преступники идут на такой затееватый приём, что и заявителем в суд от дурдома и представителем ответчика (заточённого там человека) становятся работники психушки! Видимо, лицо, скрываемое за фразой "лечащий врач", и самоизъявилось тем представителем. Вот и получается: и истец и лже-представитель ответчика заинтересованные в одном и том же персоны от дурдома!
Преступники - вот как надо их называть!
Теперь смотрим дальше: суд проходит в помещении психбольницы, где я уже заточён - это по тому же пункту статьи гласит, что по фиктивным сведениям, представленным дурдомом, я не способен принимать участие в суде, если он будет проходить в обычном помещении здания суда. Это первый намёк на фальсификацию о, якобы, моём тяжёлом состоянии. Чуть позже будет подробнее рассмотрен основной - второй.
Надо, конечно, добавить, что вся статья 34 в Законе написана коряво и туманно, смысловой порядок перепутан. К сожалению, так-же плохо, не чётко изложены и другие положения Закона РФ №3185-1.
После вступительной части судебного постановления маленькая ссылка, что права и обязанности на основании статьи 37 разъяснены.
1. В той статье Закона говорится о правах пациентов, но никто мне ничего не разъяснял - это очередная, теперь уже судебная, фальсификация. Поэтому кому разъяснены непонятно? В постановлении конкретно не указано. Может моему лже-представителю?
2. Какие обязанности? В 37-й статье Закона вообще не говорится ни об каких обязанностях!
3. Если вчитаться, то статья 37 вообще не имеет прямого отношения к судебному разбирательству, а скорее говорит о правах человека, проживающего в дурдоме.
Видимо, в этих строчках мы сталкиваемся с судебной фикцией для отвода глаз и запутывания, что якобы пациент знает о защите своих прав, об обязанностях в отношение его психиатров, и нарочно коротко вставлена статья с другим номером - не стали же преступники ссылаться, например, на пункт 2 статьи 34! Ведь тогда каждому будет ясно, что пациент должен присутствовать на суде, а тут в 37-й уныло говориться о том, что он может выписывать газеты и журналы, исполнять религиозные каноны...
Породвинемся дальше. В суд о моей госпитализации обратились не жульнические лица, напрямую заинтересованные в отнимании имущества (родившая гражданка со 2-м мужем), которых, если б присутствовал на заседании я сам мог уличить, а обратилось государственное учреждение - психбольница - это более важно: против гражданина выступает не распутная его мать, а вызвавшиеся ей подельничать безликие представители государственной больницы! И суд не по месту проживания ответчика, а совершенно в незнакомом другом районе - ближайший к далёкому дурдому. Думаю, здесь тоже есть недостатки в Законе - ибо всё это укладывается в порочный пункт 1-й статьи 33-й. Вот как получается: безвинного человека увозят подальше в дурдом и потом там ещё судят!
Далее самый интересный и важный момент - чуть выше середины постановления указан сфальсифицированный диагноз: Евстигнеев Е.А. страдает шизофренией параноидной, с рекурентным типом течения.
Стоп, остановимся на этом! Сразу скажу, что текст постановления изобилует всякими ошибками и под никому неизвестным словом "рекррентным", видимо всё-же имелось в виду "рекурентным". Что это такое? А это очередная фальсификация психиатров дурдома! Шизофрения - неизлечимое заболевание и в рекурентной стадии (или типе) не может проистекать никогда - по определению! Что-же натолкнуло преступников на такую наглую фальсификацию? Давайте разберёмся.
Термин рекурентный - обозначает возвратный. Рекурентный тип заболевания - это значит после излечения человек по прошествии времени опять может захворать тем же заболеванием. Но шизофрения, а тем более параноидная - мощное, тяжёлое, индогенное заболевание и неизлечимо. Термин рекуррентный к ней никак не применим! Так что же? А дело в том, что жулики-психиатры этим вставленным термином перестраховываются от неспециалистов, от людей малознающих в психиатрии. Если мне провести честную психиатрическую экспертизу, да и без неё при общении любой человек поймёт - я психически здоров и шизофрении быть не может. Так вот простых людей эти жулики и лихо обманывают затееватым речитативом, что я, якобы, по их диагнозу - то тяжко болен, то могу быть абсолютно здоров, а потом опять присмерти болен!
Вот такие скоты! И на что только не пойдут жулики в белых халатах для разрешения "квартирного вопроса".
Кроме этого, в нарушение пункта 1-го статьи 10 отсутствует всякое указание на код в действующей международной классификации болезней (МКБ-10). Да это и немудрено - по чёткой МКБ-10 мне не то что шизофрению, а даже более лёгкий шизоаффективный психоз инкриминировать неудастся!
Но тем не менее тяжёлый диагноз формально состряпан. В первую очередь, сделано это для того, чтобы лишить меня всех прав и свобод ещё до постановления суда, далее не показывать на суде, поэтому меня с первых часов заточения в дурдоме кололи психотропными средствами, нарочно симулируя заболевание. Но здесь есть и ещё один более интересный и важный момент. Дело в том, что сделав мне ложный диагноз при 1-м преступном заключении о, якобы, моём беспомощном состоянии и неспособности удовлетворять основные жизненные потребности, даже не дожидаясь чисто формального решения суда и вкалывая мне какие-то вредные препараты, опустившиеся работники больницы, в случае получения от Евстигнеевой Н.Л. и Шубина В.Д. более значительной суммы денег, могли меня убить, сделав такое-же фиктивное заключение о смерти. Слава Богу, что у заинтересованных в издевательствах надо мной лиц денег не нашлось, ибо бывшие распутные алкоголики тогда оба работали обычными рабочими, мечтая о сдаче в аренду московской квартиры и переезде в Подмосковье с регулярно прогуливающим школу сыном, все их разговоры - чистая ложь и жульничество: у них не всегда хватало денег даже на бензин к старому советскому автомобилю "Волга ГАЗ-24" и сейчас они хотя бы сдают в аренду старую дачу, доставшуюся по наследству от моей бабушки. Поэтому через 18 дней тогда я был выписан и видимо забыт работниками больницы, как недополученный заработок. Это произошло на следующий день после приезда ко мне в больницу отца, обнаружившего мою неожиданную пропажу.
Таким образом, сейчас отправка человека в психиатрическую больницу - это никакой не специфичный акт гуманизма в тяжёлых российских условиях, а возможность завуалированно лишить гражданина жизни, завладев его имуществом.
Посмотрим постановление дальше. Прокурорша Феоктистова, которая принимает участие во всех преступных постановлениях в нарушение Закона "полагает" иск дурдома удовлетворить сразу по всем 3-м пунктам «а,б,в» статьи 29-й!
Что же это такое, по пункту «б» я беспомощен, а по пункту «а» - я одновременно опасен!? Причём из рассмотренного выше текста постановления после диагноза следует, что из-за болезни я именно опасен и для себя и для окружающих! То есть я опасен для окружающих и в то же время сам в беспомощном состоянии и неспособен удовлетворять основные жизненные потребности!
Вся эта затееватая фикция состряпана только для того, чтобы преступникам с одной стороны оправдать предварительное недобровольное неожиданное заточение меня в дурдом по пункту«а» статьи 29-й, а затем не показывать меня на суде уже по пункту«б».
Ну, а при чём же тут пункт «в»? А этот пункт такая же фикция, как "рекурентный тип". Здоров я и преступлений никогда не совершал, вот поэтому несмотря на сфальсифицированный итак тяжелейший диагноз, преступники заявляют, что без ихнего "лечения" заболею ещё больше!
Вся эта фикция с диагнозом, говорит лишний раз о том, что психиатры в дурдоме всё время на стрёме и перестраховываются во всём: в каждом действии, в каждом слове, в каждой букве! В любой день к пострадавшему, обнаружив исчезновение, могут приехать хорошие друзья, увидеть в каком он тут положении, понять, что его уродуют и сделать всё для высвобождения. С момента когда человека упрятали в дурдом и до фальсификации диагноза по Закону должно пройти не более 48-и часов, потом за сутки дурдомом подаётся заявление в суд и ещё через 5 рабочих дней будет вынесено преступное постановление. Потом уже гражданина можно калечить как угодно, прикрываясь решением суда, но за время в сумме 8 суток плюс ещё 2 выходных дня итого 10 преступники на должностях психиатров не успевают изучить весь круг знакомств узника и в любой момент может случиться прокол: приедут влиятельные знакомые или обнаружатся неизвестные жуликам родственники - как перед ними оправдываться? Вот для этого служит запутанный и существующий только на бумаге диагноз: "шизофрения параноидная, с рекурентным типом течения, что, якобы, сразу обуславливает и опасность, и неспособность, и существенный вред..." В соответствии с этой фикцией фраер-"врач" может от простых людей неспециалистов всегда отмазаться, сказав, что ранее порядочный узник сейчас здоров, а час назад был сильно болен и в будущем умрёт или преступление совершит, если его "лечит" не станем! Вот какая лихая конструкция!
Посмотрим дальше. Судья под давлением участвующих в заседании на основании всейстатьи 29 Закона №3185-1 и учтя 35-ю приговаривает меня к "недобровольной госпитализации".
Обратите внимание, в 29-й статье Закона №3185-1 ясно сказано, что применяется пункт или «а», или «б», или «в», а одновременное использование по смыслу не проходит, но безалаберный, сам погрязший в коррупции российский суд выносит такое преступное постановление.
Скоты они полные!

Теперь давайте взглянем на постановление о 2-й госпитализации. Сразу видно, что оно по стилю совсем другое, а не как годичной давности. Посмотреть постановление суда.Чёрно-белая копия меньшего размера.
Тут меня уже заранее смог видеть отец, знакомые, успели на заседание привезти адвоката. Обратите внимание, опять же безвинного, пострадавшего от преступления человека ещё и судят! Да ещё и в далёком от места проживания суде!
Диагноз никак не ясен, только сказано, что психическое расстройство и всё! Заявители сами путаются в юридически разных по Закону №3185-1 понятиях "недобровольно" и "принудительно". Хотя я пострадавший, но меня по заключению преступников "врачей"-психиатров, якобы, необходимо госпитализировать в принудительном порядке!
И обратите внимание, дальше следует очередной хитрый приём раздвоения: так как я порядочный спокойный человек, то в тексте заявляется, цитирую: «наличие тяжёлого психического расстройства обуславливает непосредственную опасность для себя или окружающих, если лицо будет оставлено без психиатрической помощи»!
То есть я в будущем стану опасен если меня не лечить!
Такой формулировки в статье 29-й Закона РФ №3185-1 вообще нет, но тем не менее суд выносит приговор: госпитализировать в недобровольном порядке по пункту «а» - то есть, совершенно игнорируя заявленное несколькими строками выше, выходит я всё-таки тогда уже был непосредственно опасен для себя или окружающих!
Надо честно признаться, в этом единственном заседании совершили ошибку и мы - 1-й адвокат Алексеев А.В. изыскал далеко неверный путь выхода из преступного капкана, предложив согласиться на амбулаторное лечение, и легко проиграв дело, он мог легко рассчитывать на дополнительный заработок себе за обжалование постановления в Мосгорсуде и прочие сопутствующие тяжбы, пока я находился в заключении. Пожалуй, только позже я понял: адвокат, уяснив, что подзащитный узник изолирован в безвыходном положении и затруднён в выборе другого правозащитника, такой адвокат вполне станет рассматривать дело со своей меркантильной точки зрения и может усугубить его, дабы создать видимость большой и сложной работы, а не способствовать скорейшему высвобождению узника. Наверное, тоже самое происходит и в следственных изоляторах и в тюрьмах.
III. И 3-е - это особенность, которую нельзя не заметить. Насколько мне довелось самому убедиться, и это знают все пациенты отделения, властные функции во всей психиатрической больнице фактически распределены не в соответствии с официально занимаемыми работниками должностями, а несколько иначе. Так, например, реально наибольшие полномочия в 5-м отделении имеет именно Грициенко В.Д., которая и решает все основные вопросы и занимается управлением, хотя официальная её должность только заместитель заведующего отделением. Сам же заведующий отделением Грозов С.П. только формально ставит подписи на медицинских заключениях и прочих документах с ведома Грициенко, а реальной властью не располагает. По словам узника Яценко Н.Е., имеющего медицинское образование, у Грициенко В.Д. отсутствует всякая медицинская квалификация, но это не мешает ей быть реальной главой отделения.
Вообще, об взаимоотношениях среди высшего руководящего состава отделения мне сложно судить - мало информации, их видно, лишь если они изредко выйдут из своего кабинета. Когда мне говорили зайти в этот кабинет на очередное дознание, то бросалось в глаза, что заместительница выполняет как бы секретарские функции при своём формальном начальнике - обратите на это внимание. Но тем не менее именно Грициенко проводила в отделении больше времени, чем начальник; именно она говорила и отдавала распоряжения остальному персоналу. Именно она решает судьбу: будут заточать узника дальше или отпустят.
Вроде, начальник отделения Грозов формально имеет квалификацию психиатра и может его продвижение по карьерной лестнице иногда происходило и за счёт соответствия специальности. Не знаю о формальном наличии квалификации у Грициенко - на деле медицинские знания при ней отсутствовали и её становление на ответственную должность имело какую-то другую подоплёку. Думаю, в этом сыграла роль именно преступная её хватка, корыстность. Впрочем, недостатка в последнем не было и у Грозова.
Скорее заместительница начальника на деле является высшей главой во внутренней иерархии отделения. А формальный начальник входит уже в высшую структуру элементом из формально руководящих сотрудников всей больницы.
Другие предположения: Грициенко просто любовница разведённого Грозова или Грозов вообще подставное лицо, так как формально должность должен занимать кто-нибудь с дипломом. Сложно сказать...
Важно то, что по схеме отделения построена работа и во всей больнице: фактическую власть имеет не официальный руководитель, а его 1-й заместитель. Поэтому и фактической главой этого государственного учреждения является не главный врач больницы, а его заместитель Нарышкин А.В. Такая особенность сейчас широко встречается во многих российских коммерческих структурах, когда официальным руководителем является подставное лицо, хотя часто и выполняющее некоторые обязанности, а фактическим хозяином может быть и человек (или группа людей, что встречается больше), официально вообще не имеющий отношения к данной структуре; он может быть и безработным, и формально числиться работником другой организации, а может занимать мелкую невыразительную должность в ней или быть заместителем руководителя, хотя может быть, конечно, и учредителем, и акционером. И скорее всего эта схема используется и во всех других государственных психиатрических учреждениях различного ранга. Так, насколько мне стало известно, одним из фактических руководителей ПНД№4 города Москвы является заместитель главного врача ПНД№4 Прытова Е.Б., но только одним... Другое властное лицо в ПНД№4 скорее всего имеет отношение к ОВД района "Беговой"; ведь именно 1-я моя противозаконная госпитализация началась ещё с того, что 14 февраля 2001 года я обратился за помощью к милиции, а так-же в связи с недавним исполнением 25 лет и по законам РФ сдал свой паспорт гражданина СССР в Паспортный стол ОВД района "Беговой" для замены на паспорт гражданина России и, по заведённому в стране странному порядку, должен был около 2-х недель жить без паспорта, а на следующий день рано утром 15 февраля меня уже забрали из дому. Через несколько дней после освобождения из психушки 6 марта я сходил в Паспортный стол и благополучно получил новый паспорт, на котором почему-то стояла дата выдачи 19.02.2001 года, то есть официально паспорт мне выдан тогда, когда я находился в противозаконном заключении. Если немного по-фантазировать, то понятно, что любой немного похожий и информированный человек мог в моё отсутствие обратиться в Паспортный стол и получить этот документ. Учитывая неразбериху, царившую тогда в Паспортном столе, где даже отсутствовали новые исправные перьевые пишушие ручки и для образца подписи давали на выбор несколько полусломанных старых, никто проверять ничего не будет.
Вернёмся в 5-е отделение. Отмечу, что постоянно существует напряжённость в отношениях между младшим персоналом отделения и фактическим его руководителем Грициенко В.Д., предпосылки которой мне не очень понятны, возможно, дают ход те же меркантильные соображения; выражается же конфликт в том, что младший медперсонал с приперательством и руганью выполняет устные распоряжения Грициенко, впрочем, как я уже писал, ругань в отделении обычное дело, а младший медперсонал вообще старается уйти от любых обязанностей.
Как понимаю, среди сотрудников больницы проходит строгая пирамида власти. Основные взятки в отделении получают Грозов и Грициенко, далее ниже идёт старшая медсестра, которая формально относится уже к младшему медперсоналу, но в хороших отношениях с начальством и занимается взяткобрательством в отсутствии двух руководителей, а также иногда ведёт переговоры с теми, кто навещает узников. Так вот среди всех остальных сотрудников идёт затееватая борьба за место старшей сестры - за возможность получать взятки деньгами от преступников, заинтересованных в угнетении человека.
Все детали такой карьерной схватки мне неизвестны, но, конечно, соревнуются санитары между собой отнюдь не во внимательном ухаживании за пациентами, а совсем по другому и один эпизод приведу.
Вы думаете, при начале моей 1-й "госпитализации" ещё в 2001 году та очкастая младшая содрудница, дежурившая смену в отделении, заранее получила взятку, чтобы принудить меня к подписанию "добровольного согласия" на лечение? Нет. Наверняка этого не произошло и действовала она без предварительной оплаты. А вот если бы успешно выполнила ту задачу, то могла расчитывать на поощерение от руководства и при успешной дальнейшей такой практике - стать старшей сестрой! Но, видимо, та работница неумело обманывала и принуждала уколами пациентов - ни я, ни Вильгельм А.А. тогда "добровольное согласие" не подписали - и при моей 2-й продолжительной "госпитализации" через год та сотрудница в больших очках уже в 5-м отделении больше не работала - набрали других истязателей.
Как понимаю, по этому же гнустному принципу - по методу взаимных подачек и выслуг - отчасти настроена деятельность, взаимоотношения между другими крупными участниками организованной преступности: ОВД, чтобы не разбираться в криминале, направляет пострадавшего от преступления человека в ПНД, а там всех с радостью принимают из корыстных предвкушений, что удасться ещё отобрать и собственность в пользу нападавших на гражданина бандитов, поэтому пострадавшего сперва направляют подальше - в дурдом, где, изучив "клиента", по отработанной схеме лишают его имущества, а тех, кого сразу обобрать не удалось, дурдом в благодарность ПНД отправляет гражданина назад - теперь на учёт, потому что "специалисты" из ПНД ещё смогут отобрать у человека имущество и как это происходит уделю этому внимание ещё отдельно. Но это только один из способов взаимодействия. Кроме этого, наверняка, преступники из разных госструктур осторожно созваниваются, договариваются, встречаются и передают деньги наличными, когда в конце-концов очередного собственника удалось лишить жилплощади и прочего имущества. А за такую успешную практику подельников ждёт повышение в должности и откроются им новые горизонты для деятельности...
Интересно, но даже среди различных заточённых узников происходят контакты, образуются дружеские взаимоотношения или неприязнь. Когда в маленьком переполненном отделении продолжительно тамятся около 60 человек, то уже здесь можно наблюдать возникновение и стойкое существование социальной иерархии. Хотя в условиях больницы она несколько специфична, так-как большинство находится под действием препаратов, я её приведу.
o Итак, в самом низу находятся пациенты-смертники. Они испытывают самую жестокую участь. Умарённые голодом. С ними разрешается издеваться всем. Вид их жалок, удручающь и приближается к, например, документальным кадрам узников в нацистских гетто. Из всего состава отделения их численность мизерна и постоянно находится в пределах 1-2 человек, то есть 2-3 %.
o Слегка выше в социальной лестнице стоят мирные граждане экстренно заглючённые в преступных целях и, несмотря ни на что, не подписавшие "добровольное согласие на лечение". Как правило, они находятся под сильным воздействием губительных препаратов. Отношение к ним жестокое и со стороны медперсонала и больных. Происходят драки. Передачи отнимают. Издеваться позволяется, но уже ни так беспощадно, как к смертникам. Поесть кое-как дают. Принуждают выполнять грязный труд. Возраст таких узников сильно различен, но зачастую это впервые в жизни оказавшиеся в психушке и на свободе успешно работавшие. Одеты в паршивую казённую одежду. Приблизительная численность - 5 человек или 8%.
o Следующая значительная разноликая ступень вверх представлена теми, кто "добровольное согласие на лечение" подписал, но всё-же госпитализирован в противомедицинских целях. Бросается в глаза средний возраст этих людей - около 50 лет. Часто это те, кто не 1-й раз уже попадает в психбольницу. Некоторые всё-же имеют слабое психическое расстройство, возможно полученное, говоря общими словами, в условиях социальной нестабильности - большинство не работает или имеет временную занятость на свободе. Часть физически травмированы. Они находятся в явно привилегированном положении по отношению к 2-м низшим ступеням. Хотя работать их иногда заставляют, но уже не издеваются - если что-то происходит, то медперсонал встаёт на их защиту. Находятся под действием препаратов. Кормят так как я описывал много выше, но уже из столовой не выталкивают. Передачи оставляют. К этой значительной социальной категории, как отдельная маленькая часть её, относятся и несколько человек, "косящих" от уголовной ответственности, но спокойных и явно психически здоровых, а ещё так-же единичные алкоголики в стадии запоя и лица, получившие отравление до поступления в это отделение. Одеты все вперемешку в личную и плохую казённую одежду. Добавлю, что сюда входят и те буквально 1-2 новых работника младшего медперсонала, которые пришли в дурдом из гуманных соображений или студенты-практиканты - работать они будут мало, потому что находиться тут нормальному человеку невыносимо, особенно когда он со временем узнаёт истинное положение вещей. Общая численность группы 30-40 человек или 60%.
o Выше идёт тонкая ступенька из "солдат". Возрастом менее 20 лет, они имеют значительные права и привилегии над нижестоящими. Медикаменты не употребляют, разве что кроме сворованных. Физически крепки. Выполняют некоторую работу, а больше стараются перевалить на других. Заведают некоторыми ключами. По поручениям выходят за пределы отделения и за территорию больницы. Издеваютя над узниками из 2-х самых низших социальных групп. Выполняют распоряжения вышестоящих. Кормятся существенно лучше, поскольку забирают несъеденные порции из столовой и кухни. Одеты в хорошую казённую одежду, а иногда личную. Численность их мала и сильно колеблется со временем, но от 1 до 4-х человек или 2-6%.
o Далее мы сталкиваемся со сложно составленной конструкцией. На одной ступеньке вместе равноправно стоят с одной стороны младший медперсонал отделения (5-7 сотрудников), а с другой - опасные психически больные, часто ВИЧ-инфецированные, в количестве 5-10 человек. Так же к этой сплочённой группе может быть причислен пациент-мошенник, который со своим пребыванием в немедицинских целях согласен и таким путём добивается какой-либо меркантильной выгоды для себя (на моей памяти, такой нашелся только 1, он упомянут много выше). Фактически эта социальная ступень и непосредственно осуществляет управление в отделении. Формально власть у младшего медперсонала, но фактически её несколько больше у опасных больных-садистов. Все представители этой категории ходят в своей обычной домашней одежде, а не казённой, только у медработников может быть сверху халат. Опасные больные являются завсегдатаями отделения, их часто выписывают и они снова поступают. Подавляющее их число "косит" от постоянно совершаемых уголовных преступлений. Их возраст приблизительно до 30 лет, но есть и исключения. Они всегда добровольно подписывают "согласие на лечение", дружат с медперсоналом и более-менее довольны пребыванием в больнице. В связи с тем, что в эту группу входит младший персонал, который узниками не назовёшь, то социальная ступенька получается довольно представительной.
o И тут постепенно мы подошли к самой верхушке. Это действительно блистательная часть. Венец. Он не имеет ничего общего с предыдущими ступенями, а существенно отличается. Высшая власть представлена 2-я людьми возрастом приблизительно 50 лет - это формальный руководитель отделения и его 1-й заместитель, являющийся фактически высшим руководителем в отделении. Во-первых, ничего что происходит в отделении их не интересует - им всё равно. А во-вторых, занимаются они только зарабатыванием денег за счёт мошенничества с диагнозами, путём умелого ведения переговоров с заинтересованными лицами и регулярного взимания с них взяток. Их располневший внешний вид очень хорош и дипломатичен.
Вот все 6 социальных слоёв. Конечно, в стеснённых условиях о какой-то аналогии с простым обществом говорить сложно. Границы между слоями не всегда резкие. Иногда пациент может перемещаться из одной группы в другую. Численное соотношение представителей, наверняка, существенно варьируется в зависимости от специфики отделения. Напомню, что я рассказывал о самом дешёвом. Но решающее влияние на формирование социальных слоёв оказывают внешние факторы и политика проводимая верховным руководством - высшим слоем. Хочу отметить и ещё. Как уже понимает читатель, сложно говорить о врачах и пациентах, как в нашем идеальном представлении о лечебном учреждении, существовала стойкая иерархия и промолчать о ней нельзя!
Упоминая группу "солдат", коротко сказано, что они обладали привелегиями к нижестоящим. Попробую чуть продолжить эту тему. Все социальные слои, начиная с "солдат" и выше, не говоря уж о руководителях, имели свои привилегии к нижестоящим и эти приятные для его обладателей дополнительные права являются одновременно и методом и хорошим внешним признаком выделения их статуса. Причём привилегии, конечно, распределяются вышестоящими. Вот посмотрите, как это выглядит на примере: в то время, как простые узники голодают и довольствуются лишь редкими передачками, то медперсонал каждый раз самую лучшую часть продуктов питания, из числа формально предназначенных для питания пациентов, забирает себе в коморку и по окончании каждой смены выносит в многочисленных сумках; но кроме этого, медперсоналом часть питания не выдаётся узникам в столовой, а предусмотрительно оставляется на кухне рядом и вечером "солдаты", наделённые правом на распоряжение ключами, отопрут помещение и почти открыто вынесут отложенные для них медперсоналом с ужина и ещё с обеда продукты - из них будет устроен 2-й хороший ужин для садистов из 1-й палаты и прислуживающих им "солдат". Таким образом, методом раздачи привилегий преступный персонал отделения формирует себе сильную и послушную команду из больных уголовников и комиссованных срочников - это крепкая обойма для угнетения всех других заморенных узников.
Психиатры только дружат с психически опасными криминальными элементами и один из порядочных граждан, оказавшихся в 2003 году в 5-м отделении дурдома, потом после высвобождения поведал мне, что опасные ВИЧевые маньяки из 1-й палаты теперь свободно гуляют со шприцами и, издеваясь, неумело вкалывают одурманивающие психотропные вещества людям, заточённым из преступных целей. А ведь так в вену человеку может попасть и инфекция и воздух.., но скотский медперсонал это нисколько не интересует!
Теперь давайте несколько удалим картину. Весь состав отделения явно можно разделить на 3 более общих контингента - З класса:
Высший класс - класс управленцев. Сюда входят 2 руководителя отделения, часть работников младшего персонала и несколько садистов.
Внизу класс угнетаемых. В него чётко входят представители 2-х низших социальных групп.
Люди этих двух классов различаются как белое и чёрное. Переход из одного в другое тут категорически исключён!
Третий класс несколько размыт и широк. Сюда входят все остальные. Он находится между 2-я крайними противоположностями и поэтому заслуженно назвать его средним классом. Здесь и младшие работники, недотягивающие или нежелающие быть управленцами, и самые различные пациенты, среди которых узники, и "солдаты". Переход представителей этого контингента в 2 других класса редок, но возможен.
Таким образом можно говорить, о некоторой аналогии с остальным обществом и именно широко принятое деление населения на 3 класса и поднатолкнуло на подобное сравнение. Заметьте, различные пациенты сразу входят во все 3 класса - среди них есть как угнетатели, так и угнетаемые. Руководством сделано это как всегда специально. Когда различные пациенты распределены равномерно по площади отделения, то угнетаемым узникам из низшего класса, изолированным в преступных целях, исключается возможность сговора с целью побега или установления связи с внешним миром, ведь лишь за ними следит не только персонал отделения, но и те пациенты, кто заинтересован в своём положении. Принудительно построенное таким образом отделение дурдома действительно отчасти является самоподдерживаемой изолированной микроструктурой в остальном открытом мире - руководством для своих корыстных целей успешно и во многом используется внутреннее угнетение.
Эти схемы я ещё привёл для того, чтобы реально показать: сейчас в России повсеместно эксплуатируется такая система, когда любые уголовники, даже самые зверские, по фиктивному диагнозу "косят" от отбывания длительного наказания в тюрьмах, заменяя это краткосрочным пребыванием в вольготных условиях психбольниц. Причём, те из них, кто может заплатить психиатрам деньги, вместо наказания проводят время в лучших отделениях психучреждений, в весьма добротных условиях с красивым обслуживающим персоналом, что можно сравнить лишь с санаторием или домом отдыха! Те же из опустившихся уголовников, из тех тварей, маньяков, у кого и даже денег нет, так они всегда приспокойно "косят" от тюрем, но платя дань психиатрам другим образом: активно подельничают в угнетении остальных граждан, пленённых в дурдома из преступных, корыстных целей. Так мы видим, что психиатры не только дружат и способствуют уголовникам, но и постоянно культивируют преступность вокруг себя! Отметьте это. По сути, рядовой маньяк и российский психиатр - это одно и тоже, на должности психиатров идут те бессовестные лица, кто согласен превратить свою профессию, свою работу в постоянный криминал за грудой лицемерия и фальсификаций.
...Читателю будет полезно услышать, какая атмосфера взаимоотношений царит между различными узниками психиатрической больницы. Должен разочаровать, но, там где я находился, отношения друг с другом полностью соответствуют общей ситуации, в которой содержатся люди. За очень редким исключением, здесь господствует атмосфера лицемерия, подхалимства, жестокости, безнравственности и равнодушия. Атмосфера повального воровства. На лицах заключённых безобразная печать тягостного существования. Здесь один месяц... - равен нескольку лет. Тут Вы можете увидеть юношу, по измученному внешнему виду которого тяжело судить о его возрасте - 20...35 лет... Поймите, в больнице отсутствует даже туалетная бумага, поэтому пациенты, имея в душе неприязненные отношения к посадившим их сюда лицам, вынуждены заискивать при редкой встрече с ними, чтобы получить хоть маленькую передачку. В отделении содержался один пациент-художник. Сразу скажу, чтобы читатель не заморачивался, что его простые рисунки не имеют никакого отношения к произведениям искусства и продукты его деятельности в больнице, отбросив всякие душевные порывы, надо строго рассматривать вот с какой стороны: обладающий навыками узник рисовал прилизанные, далёкие от реальности портреты пациентов за 20 - 50 рублей, пачки дешёвых сигарет, упаковку чая или спиртное; такие же портреты делал и дарил младшиму медперсоналу, рассчитывая на более лояльное отношение: за возможность позвонить по телефону, подобрать получше бельё, не выполнять грязную работу; делал наколки уголовникам. Точно по такому же принципу делаются записи в книге благодарностей медперсоналу - бестыжая старшая сестра принесла эту тщательно оберегаемую от жалоб красную книжечку в последней день моего мучения в отделении! Возможно, какие-то лживые благодарственные записи делают корыстно заинтересованные лица. Поэтому далеко не каждого художника в тюрьме или больнице можно как-то приравнивать к действительно редкому и ценному творчеству таких известных мастеров, как В.Ван-Гог или Р.Дадд, трудившихся не из мелких меркантильных соображений. Похожие случаи действительно редки, случайны и малоизвестны. А вот находиться в отделении больницы, смотреть на всё это и нюхать - одно отвращение. Человек здесь снова постепенно превращается в скот.
Вообще, между формальным и фактическим во всём в больнице большая разница. Фальсифицируются не только диагнозы и истории болезни, но и всё что можно ради сокрытия улик постоянных злодеяний. Так формальные даннные о дате и времени поступления людей противоречат фактическим. Например, при 2-й госпитализации, как уже рассказывалось выше, меня доставили в больницу 24 февраля около 14 часов, однако, в справочной службе больницы моим знакомым заявляли, что я поступил только 25 февраля. Та же самая путаница в датировании времени оказалась при моей 1-й госпитализации, где указано время около полуночи, хотя я поступил в больницу явно далеко заполночь. Чрезчур скудное питание, нехватка всего что только можно, говорит не только о том, что многое разворовывается сотрудниками, а о том, что в больнице в каком-то количестве возможно заключены формально неучтённые лица, вообще, не фигурирующие ни в каких документах...
Среди многих россиян внутри присутствует отвращение к государственным чиновникам. Редко об этом упоминают в СМИ. Ни от какого жителя страны не секрет, что несмотря на постоянные повышения официальных окладов, значительная стезя любого государственного чина или служащего зачастую сводится к бессовестному созданию возможности получения взяток. И происходит: правоохранительные органы, различными способами придираясь именно к порядочным культурным людям с деньгами и угрожая привлечением к ответственности или другими проблемами, рассчитывают на откуп и наоборот - за мелкую мзду освобождают от ответственности преступника. И не только это... Подобное существует в других сферах. Весь профессионализм современного государственного работника заключается в умелом создании почвы для взяточничества, точной оценке состоятельности потенциального взяткодателя в данный момент и молчаливом.., упорном.., но так понятном вымогательстве очередного соразмерного бакшиша.
Поэтому и живут все чиновники далеко-о не по зарплате и продвигаются падлы по должностной лестнице вверх!
И отмечу вот что: очень часто работники госструктур (милиции, Ганнушкино, прочих) как-бы недовольны своей работой. Читают они газетки; смотрят телевизор; слушают попсовую русскую музычку; ругают Березовского, Чубайса, прочих и, словно, оставаясь на своей прежней должности, хотят одновременно стать миллионерами. А ведь такого не бывает.
Конечно, наверняка, далеко не правильно полагать, что вся работа и доход работников милиции состоит из вымогательства взяток, а работников психиатрии из лишения прав владельцев недвижимости в пользу преступных мошенников. Специалисты в данных профессиях в самом откровенном разговоре наверняка назовут и многие другие источники доходов. Важно понять одно - везде реализовывается схема - правило, упомянутое в общих словах несколькими абзацами выше: смотрят - что можно отнять.
Очень редко в разных СМИ появляются осторожные работы на эту тему без смелого упоминания конкретных лиц. А между тем это почти повсеместный факт. Болью защемило сердце, когда прочитал в популярном специализированном российском ежемесячном журнале "За рулём" №2(860) за февраль 2003 года на страницах 144-145 статью "Косим" под водителя". В ней говорилось, что явно нездоровые, психически больные граждане и даже дауны (!) в России легко без обследований получают медицинские справки на право вождения автомобилем и затем водительские права, уплатив лишь положенную пошлину и не более того. Не стали авторы упоменать обратную ситуацию, когда здоровый человек нарочно подвергается придирчивым обследованиям в медицинских учреждениях и у него вымогают взятку под различными надуманными предлогами.
Я уж не пишу о том, что алкоголики, наркоманы и прочая шпана спокойно получают в медицинских учреждениях разрешение на владение и ношение газового оружия, некоторые виды которого вдальнейшем можно использовать и как огнестрельное. Опасные и криминальные элементы не стоят ни на каком учёте!
Отмечу и ещё одно осторожное упоминание в СМИ. В региональном новосибирском издании газеты "Комсомольская Правда" 27 мая 2003 года появилась статья журналистки Салтымаковой Юлии «Бывшие пациенты "психушки" остались без крова». (В интернет можно посмотреть здесь: www.nsk.kp.ru/daily/life/doc1474/) Заголовок смелый, но осторожно говорится лишь о том, что 15 человек - бывших пациентов - остались без жилья после выписывания из психбольницы Новосибирска. Приводятся конкретные примеры с несколькими престарелыми. Однако испугалась женщина-корреспондент до конца рассказать правду - видимо, боялась организованной мести и психиатры в статье показываются только с положительной стороны: мол они дают приют гражданам, у которых отняли квартиру, - и лишь из одного случая, где порядочного человека лишили дееспособности и назначили наглого соседа опекуном, знающий читатель косвенно поймёт: дело обошлось не без очередной фальсификации диагноза врачами. Скрытый же основной смысл в том, что во всех отниманиях собственности значительную роль сыграли лица на должностях психиатров, подельничая мошенникам. Так как появилась статья, думаю те упомянутые в ней пенсионеры ещё поживут в дурдоме, а вот многих других пострадавших ждёт невесёлая кончина.
Именно теперь здесь ещё раз вернусь и выполню обещание, рассказав, как происходит процесс заказного убийства в отделении больницы. При мне ни один человек убит не был, отнимали только честь, здоровье права и прочее, но время от времени убийства регулярно происходят, поэтому часть следующей информации я полностью почерпнул из осторожных рассказов пациентов, но в эти скудные данные во многом можно верить.
Не знаю мотивы при каком эпизоде уже заточённого человека под заказ для отнимания имущества калечат и судебным решением по месту нахождения дурдома лишают дееспособности, а в каком случае - гражданина убивают. Возможно, заказные убийства используются как вариант, когда ясно, что имущество убиенного должно быстро в течение полугода формально перейти в собственность к конкретным родственникам, сожителям по коммунальной жилплощади или лицам, на которых оформлено завещание, даже в стенах психушки, и те, в свою очередь, обязательно корыстно заинтересованы в этом. А лишение дееспособности используется как другой способ расправы тогда, когда одинокий человек, например, ни под какими угрозами и пытками документы не подписывает и имущество его будет отнято с разрешения опекуна или органа опёки и попечительства, так-же корыстно заинтересованных, в пользу 3-х лиц и свою пользу! Не исключаю случаев, что применяются последовательно оба метода: сначала гражданина калечат, затем лишают дееспособности, отнимают имущество, а потом для полного сокрытия следов и убивают, высвобождая место для новой жертвы, ибо выпущенный на свободу пострадавший всё же может рассказать знакомым и даже попытаться восстановить свои Права, а тут факт смерти формально переваливается на острое психическое расстройство гражданина и якобы его неспособность уже ни к чему. Наверняка в выборе пути расправы значительно присутствует элемент спонтанности из-за расхлябанности и во многом реактивного хода мышления лиц на государственных должностях психиатров.
Надо отметить, что в заказном убийстве присутствует и меркантильная составляющая. После того, как пострадавший уже заключён в дурдоме и опущен долгими издевательствами с применением психотропных средств, то убедившись в надёжности "заинтересованных лиц", для лишения человека дееспособности государственным психиатрам надо составлять врачебную комиссию, хотя бы чисто формально, ставить чьи-то подписи на фиктивном медицинском заключении о тяжёлом заболевании гражданина. Потом "заинтересованные лица" должны подать иск в местный суд, дать крупную взятку фраерам в белых халатах, а те часть её передадут работникам Преображенского суда и прокуратуры по давно налаженному каналу, чтобы суд состоялся побыстрее, без единой запинки и частых переносов, чтобы никто не стал настаивать на проведении независимой судебной экспертизы в другом учреждении или личном присутствии потерпевшего, лишаемого прав. Все бумаги будут сфальсифицированы чётко, так что лишь по документам "комар и носа не подточит". Но для этого надо делиться частью взятки с работниками местного суда и прокуратуры.
Другое дело при заказном убийстве. Тут жадность психиатров будет полностью удовлетворена и весь бакшиш от заинтересованных лиц они поделят между собой - услуги прокурора и суда не требуются.
Каждое отнимание жизни неформально утверждается высшим руководством больницы с подачи руководителей отделения. Наверняка читателей в первую очередь заинтересует вопрос: "Сколько стоит убить человека в психушке?" Сразу скажу - я не знаю. В данной ситуации такой вопрос не совсем корректен, так как лишение жизни в психушке всё-таки противозаконно, прямой такой рекламы в СМИ психбольница не даст, а находит клиентов подругому. Но ответ на вопрос очень интересен и показателен ещё вот почему: как упоминалось выше, милицейские работники по стилю жизни не бизнесмены, а нечто другое, тоже самое можно сказать и о всём персонале больницы - бизнесмены они с очень-очень большой натяжкой. Поэтому детерминация цены (и вообще всех расценок) происходит определённым присущим для этой области способом. Способ этот очень сравним с ценообразованием на внебиржевом рынке. Всё-таки именно рынке. И скорее всего расценки на убийства сильно колеблятся от случая к случаю, но одно можно сказать точно: убить человека в российской психбольнице посредством медработников в конечном итоге всегда намного дешевле и спокойнее, чем любым другим методом. Предположу, что для каждой конкретной жертвы, вопрос убийства тщательно оценивается руководством больницы, ...но по своему - это точно. Оценщики не деловые люди с широким кругозором и, например, в одном случае могут приблизительно учесть имущество убиенного, переходящее по наследству или завещанию, а в другом совершенно нет, обратив внимание на ложную бедность и притворные слёзы заинтересованных лиц. В одной ситуации уважаемые доктора возьмут вперёд мзду относительно крупной суммой американских долларов, а в другой ошибутся, поверив обещаниям подарков и услуг от подлых заинтересованных в убийстве заговорщиков и прельстившись их высокомерным притворным поведением в эффектных, но дешёвых дублёнках с Черкизовского рынка Москвы, как это произошло в историях со мной. Вот так! Одним словом, цена сильно варьируется и каждый раз из всего многообразия влияющих факторов учитывается узкий спонтанный вариант из известных работнику больницы и факторов, нарочно подаваемых или скрываемых от него заинтересованными лицами. Поэтому, например, в холодное время года отделение переполнено пациентами, а летом их меньше. Но связано это никак не с гуманным отношением к БОМЖам, в изобилии дохнущим в морозы на улицах Москвы - БОМЖи тут отсутствуют, а с известным "заинтересованным лицам" российским фактом некоторого заметного удорожания жилой недвижимости для сдачи в аренду или продажи с наступлением сезонного похолодания, а особенно зимой. Именно этим и объясняется то, что руководящие работники берут отпуск в конце зимы или весной, когда пик их работы пройден, хотя вроде бы наоборот из медицинской практики всем известно, что у больных весной обострение. В феврале 2001 года брал отпуск Грозов С.П., а весной 2003 года взяла отпуск Прытова Е.Б. - заместитель руководителя ПНД№4. Апогей их работы всегда осенью, когда на столичном рынке недвижимости начинают подниматься цены и определяется ценовая политика на предстоящую холодную зиму и весь следующий год.
Но жертва изучается ещё с самого 1-го контакта с ней. Изучается и специально замаривается несколько месяцев, а то и более. Учитывается прошлый опыт с данным пациентом. Вот почему перед 1-й госпитализацией меня почти целые сутки голодным продержали ещё в ОВД района "Беговой", запрещая пользоваться своим мобильным телефоном: "А вдруг кто-то забеспокоится, узнает и приедет в отделение за мной? Устроит неприятность..? А может заплатит и хорошую взятку?!" Да и у меня тогда случайно в карманах оказалось около 3000 рублей и 400USD, тоже сумма для работников ОВД очень неплохая...
Наверняка, руководство больницы звонит в ПНД и ОВД по месту жительства намеченной жертвы и осторожно осведомляется мнением работника из этих организаций. Да я и сам видел, что один мордоворот из ПНД№4, прячущий глаза за тёмными очками, приезжал часто к руководству 5-го отделения больницы имени Ганнушкина, хотя она находится совсем в другом районе, далеко от 4-го ПНД города Москвы.
Тут обращу внимание на то, что длительное затягивание казни пациента с предварительным его вымариванием связано не с процедурой дотошного выяснения цены убийства, когда врач для завышения стоимости, по идее бы, должен разобраться в как можно большем количестве влияющих коренных факторов, а в том, чтобы как можно лучше скрыть следы преступления. По этому поводу в России среди прочих существует известный анекдот:
На международном симпозиуме докторов, врач-американец спрашивает русского коллегу:
- А у Вас так бывает, что лечат человека от одной болезни,
а он умирает от другой?
- Нет, - отвечает русский, - у нас от чего лечат, от того и умирают.
Вот почему гражданину без разбора дают всякую вредную дрянь, однотипную почти для всех узников-пациентов. А "медработник" в это время щепитильно выясняет знакомства пациента и навещающих его в заточении лиц.
Пристально обратите внимание вот на что:
При 1-х издевательствах, когда был жутко сфальсифицирован против меня чуть ли не смертный диагноз, меня продержали в заключении всего 18 дней, до тех пор, пока в больнице не появился новый, неизвестный для опустившихся работников человек - мой отец: неожиданно поменялась диспозиция заинтересованных лиц, преступникам стало ясно, что информация, преподнесённая родившей меня гражданкой, ложна и даже в случае убийства на моё имущество по наследству могут претендовать не только заинтересованные жулики, но и другие родственники, поэтому возможность быстрого получения крупной взятки растаяла - и меня в затравленном состоянии сразу выпустили и, видимо, забыли как "недополученный заработок", хотя Вильгельма А.А., пленённого почти одновременно со мной, продержали 2 месяца.
А вот при 2-м заключении тут диспозиция сразу фраерским работникам во многом была ясна в 1-й день, им стало понятно, что надо прикрыть ещё 1-е преступление против меня год назад, всё забыв за постоянным потоком жертв, подумали, что если тогда удалось, то получится и сейчас, снова поверили в лживые заверения родившей гражданки, поэтому, не так сильно сфальсифицировав диагноз по сравнению с предыдущей фикцией - на их глазах меня уже видели другие - они всеми силами предприняли попытки к повторному заключению и отпустили только через много больший срок - 33 дня - тогда, когда стало ясно, что, даже несмотря на мою полную изоляцию, на преступную больницу подали иск в местный гражданский суд, да ещё я в здравом уме иногда записываю данные других корыстно заключённых людей. Это правило выяснения работниками диспозиции заинтересованных лиц действует всегда. Здоровьем смертника никто из "врачей" конечно не интересуется.
Но учитывается "врачём" в ценообразовании и конкуренция со стороны других заведений, в том числе и лечебных. Медсотрудник, как и многие государственные служащие, ещё раз подчеркну, далеко не бизнесмен и долго раздумывать на счёт денег не станет. Жадность - вот одна из основных черт его характера, так существенно сказывающаяся на всём происходящем. Действует он по простой схеме, нашедшей отражение в народном фольклёре в виде 2-х таких изречений: "Дают деньги бери...!" и "Курочка помалу клюёт, да сыта будет." Основная стоящая перед ним задача - не оставить следов преступления и умело скрыть улики. В этих последних строках аксиома ценообразования для заказного убийства и не только в российской больнице. Поэтому для некоторого удовлетворения аппетита любопытного, рискну предположить, что зачастую руководство Ганнушкино, испугавшись, откажется даже вести разговор об убийстве за 1000000 долларов, а другого человека на деле лишит жизни за регулярно приносимые в течение полугода конфеты с дешёвым вином, весомые заверения, обман и 200 долларов США, а то и ещё меньше. Такое явное, на первый взгляд, абсурдное противоречие объясняется только тем, что к помощи нечестивых медсотрудников прибегают в основном те, кто относится к тому же низкому социальному слою общества, что и опустившиеся работники Ганнушкино - другой человек просто с трудом найдёт взаимопонимание. К сожалению, мелкая опустившаяся мошенница - моя мать, поэтому хорошо знаю: крупных денег она никогда не даст, а только весомо, включив все природные актёрские способности, пообещает "золотые горы" и сделает прочие заверения.
Видимо действует такое правило: психиатры, почувствовав наличие крупных денег у "заинтересованных лиц", стараются размотать последних на "полную катушку" и настаивают на максимальной оплате своих услуг за последовательное преступное лишение человека дееспособности, путём передачи части взятки работникам местного суда и прокуратуры. А если "заинтересованные лица" смогли удачно притвориться бедными или, что скорее всего, всё что они могут заплатить - это имущество уже физически отнятое у потерпевшего - то в этом случае "врачи" предлагают другой выход - заказное убийство.
Кроме того, в силу специфики характера ответственных работников на должностях психиатров решения и действия предпринимаются ими большей частью на "реактивной" основе - конкретные факты они отбрасывают, а им важно, что несмотря на злодеяние, они приносят заинтересованным лицам удовлетворение их приторной просьбы, им важно, что кому-то они принесли пользу, избавили человека от собственных мук в отделении ...и не обидели себя.
Фактически фраер-психиатр перед убийством взвешивает такую гнустную формулу - что выгоднее: дальше продолжать регулярно получать мелкие взятки от "заинтересованных в изоляции лиц", зачастую приносимых из пенсии узника, положенной ему по сфальсифицированной инвалидности, или единовременно заполучить большую мзду за коварное преступление и освободить место в переполненном отделении для плодотворной работы со следующей жертвой.
Всё это пишу для того, чтобы любой читатель, а не только, к примеру, видавший многое следователь, конкретно понял одну разницу, существенную разницу - внешне хорошо выглядящие, располневшие на мздоимстве, уважаемые и, кстати, красивые лица:
доктора психиатрической больницы - Нарышкин А.В., Грозов С.П., Грициенко В.Д.;
сотрудники ПНД№4 - Прытова Е.Б. и Харисова Р.Х.;
сотрудники ОВД района "Беговой" - начальник Громов, участковый Ерёменко
и, наверняка, многие другие их подельники, в частности, работники Преображенской прокуратуры и суда,
формально занимающие нужные и общественно полезные государственные должности - в действительности самые злостные разъевшиеся ОРГАНИЗОВАННЫЕ ПРЕСТУПНИКИ, промышляющие и заказными УБИЙСТВАМИ В ИЗВРАЩЁННОЙ ФОРМЕ! Лицемерные твари нечурающиеся ничем, какой бы на самый первый взгляд благородный вид в приветливой одёжке и отточенные манеры у них не были.
Если впервый раз посмотреть на лица этих скотов, например, Грозова и Грициенко, то незнающий человек может подумать, что перед ним аккуратные, держащие себя в порядке, интеллигентные люди, специалисты в своей работе. Теперь же я понимаю откуда эта лжеаккуратность и притворная интеллигентность - подонки легко получают взятки и как на конвейере регулярно наживаются на горе граждан, теряющих свою собственность, с трудом нажитую за всю жизнь! Конечно, они могут себе позволить делать модельные стрижки в дорогих салонах, ходить в бассейны (Грозов очень любит) и салоны красоты, чтобы отточить свою дьявольскую внешность.
Среди младшего медперсонала работали 2-е чем-то красивые от природы, молодые женщины - Ольга и заведующая хозяйством. В них часто от безысходности влюбляются больные, тайно мечтающие о половой близости с ними. Но имев с этими женщинами редкую близкую беседу, заметишь кое-где, на лице или манерах, почуешь что-то не то, какую-то неприятность. Видимо с годами сказалось где-то на их лице, глазах, в речи, в походке выполняемая работа - подлая миссия их труда.
Убийцы! Именно так надо называть вышеперечисленных работников. И пусть любой читатель вспомнит, что почти всегда сволочь прячется под видом порядочного нужного человека. Убийцы! Хоть никогда не расстреливали они из автомата своих жертв, наверное. Меркантильные подлые Скоты!
Честно скажу, киллеры, которые расстреливают своих жертв из огнестрельного оружия или, например, грабители, промышляющие гоп-стопом на улицах, выглядят благороднее, чем эти лицемерные подлецы в униформе на государственных должностях.
По отечественному телевидению сейчас демонстрируются совершенно лживые фильмы про, якобы, современные российские заказные убийства, где наголостриженные бандиты на резвых машинах эффектно преследуют своих жертв, расстреливают из оружия, устраивают мощные взрывы и, получая за свой рискованный труд крупные деньги, ведут распутную шикарную жизнь...
Мне же выдалась возможность услышать от узников другой рассказ, как реально совершается эта последняя стадия заказного убийства в российской действительности.
...Человека ещё за несколько месяцев до убийства в больнице полностью перестают кормить, над ним неформально разрешается издеваться всем. За длительное время морьбы окружающими полностью забывается имя гражданина. Так, я видел, было во время моего 1-го угнетения с запомнившимся спокойным узником по прозвищу "Ба-Бай". Когда он шёл вместе со всеми есть, именно его неожиданно выталкивали из столовой младшие медицинские работники или больные садисты вместе с "солдатами". Поэтому он вынужден был кормиться редким воровством и всё время попрошайничал. Если над ним другие больные (около 5 больных садистов на всё переполненное отделение) издевались или били, то никто из медицинского персонала не обращал внимания и издевательство с криками продолжалось до крови. Один из пациентов, который попадал в дурдом ещё в 2000 году, рассказал, что раньше "Ба-Бая" пристёгивали наручниками и привязывали вязками к кровати и беспомощного избивали до крови садисты из первой палаты так что вокруг всё было красным! При мне он передвигался в разодраной рваной одежде и часто с травмами на лице. Даже через полтора года, мне до сих пор запомнился его взгляд - непонимающий взгляд его светлых голубых глаз... При 1-м краткосрочном заключении я ещё под действием отравляющих препаратов и сам не понимал что к чему с другими. Точно так было при 2-й моей госпитализации с пациентом, называемым иногда по имени Сергей и я не знаю, что сейчас с ним. Отчасти так было сначала и со мной.
В один из дней даётся указание младшему медперсоналу во время обычной вечерней раздачи медикаментов применить к пациенту-смертнику какие-то препараты в большом количестве и обязательно привязать его к койке. Что это за препараты не известно, но может быть и укол. Опустившийся младший персонал строго выполняет такое распоряжение при помощи подлизывающихся садистов. Так что обычно привязывают вязками уже не медсёстры, а зверски ехидно улыбающиеся садисты. Говорят, некоторые узники чувствуют момент, что их отправляют в последний путь, начинают нервничать, сопротивляться. Ночью человек в конвульсиях погибает. При больнице есть морг. Кто там работает не знаю. Может быть происходит вскрытие трупа, но всегда составляется фиктивное заключение о смерти.
В 5-м корпусе на 4-м этаже, по скудным рассказам, находится полностью закрытое отделение, где пациентов никто не навещает. Возможно, там смертность выше...
Кроме этого, хочу обратить внимание, что наравне с заказными убийствами в больнице происходят подстроенные самоубийства: отдельных узников опускают до того, что они, специально доведённые до отчаяния, принимают чрезмерные дозы химических препаратов. Скоты "врачи" довольны случившемуся и сваливают все самоубийства на, якобы, обострение психического заболевания умершего и его склонность к суициду.
Уже в процессе длительного написания материала и отправки писем, конечно, я давал его почитать знакомым и иногда отыскивались люди, работавшие в других психиатрических больницах, общее мнение было одним: "Да, в дурдомах с любым человеком могли сделать всё что угодно. И не такое творилось..."
Но было и ещё кое-что... Постепенно, к сожалению, анонимно познакомившись в Москве с гражданами, против своей воли побывавшими в разных психбольницах и открыто выражавшими недовольство к ним, невозможно было не заметить некоторые черты сходства характеров и внешности таких людей. Это культурные, порядочные граждане, не пьющие и не курящие, часто внешне красивые. До 1-й госпитализации работавшие. Среди них есть прекрасные скромные девушки. Какие-либо порочные отклонения в психическом здоровье явно отсутствовали. Мало имеют знакомых. То есть это те же самые люди, которых я в изобилии видел в 5-м отделении. Хотя при коротком знакомстве ещё сложно судить о душе любого человека, но скорее это просто граждане с преобладающими астеническими чертами в характере. Закралось серьёзное подозрение, что госпитализация этих пострадавших была принудительно произведена только потому, что опустившееся шпана на медицинских должностях, используя случай, захотела поглумиться над интеллигентными и внешне красивыми людьми.
У меня опыт пребывания только в одном и том же мужском отделении. Что происходит в женском я лично не видел. Попасть туда сложно и не из-за того, что пациенты стесняются. Нет. Каждый пациент даже дурдома будет лишь рад, чтобы его как можно больше навещало хороших людей. Сложности с посещением психбольниц связаны только с тем, что сотрудники дурдомов существенно препятствуют в свободном посещении пациентов. Под разными выдуманными предлогами препятствовали в навещании и меня, хотя в то же самое время других больных посещали. Скорее всего при заключении женщин в дурдом действуют те же самые меркантильно-корыстные предпосылки, что и для мужчин. Но возможны и дополнительные... Девушка, заморенная в психбольнице, уже бессильна создать семью и устроиться на нормальную работу. Один из путей её - пойти работать дешёвой проституткой, как со многими в России. Из СМИ известно, что организованной проституцией в стране скрыто заправляют работники правоохранительных органов. Именно поэтому сотрудники милиции и вообще все сутенёры дополнительно заинтересованы в экстренном преступном заключении в психбольницу молодых девушек, где в условиях закрытости пьяницы сделают что угодно, опустив её до занятий проституцией. Но, напомню, это только предположение.
Конечно, удалясь от крайностей, насторожусь заявлять, что в российских психиатрических учреждениях оказываются исключительно только здоровые, которых там калечат, отнимая всё, а преступники-садисты, наркоманы и другие опасные криминальные элементы спокойно гуляют на свободе, совершая новые злодеяния. Нет. По состоянию на 2002 год пока ещё всех побывавших в психбольнице нельзя относить к невинно пострадавшим людям... и это тоже плохо. Может быть, очень хочется верить, изредко существует и другая психиатрия, когда человеку больному или получившему психическое расстройство вследствие жизненных обстоятельств, помогают вернуться к полноценной жизни. В 5-м же отделении такое отсутствует! Явно наметилась порочная закономерность, с которой начат этот абзац, и, судя по увиденному, приблизительно 3/4 людей, впервые оказавшиеся в психушке, имеют совершенно здоровое психическое состояние и лишь испытав на себе в течение длительного времени "прелести" полицейско-корыстной меркантильной системы навсегда становятся калеками. Надо сказать правду: другая 1/4 часть, а то и ещё менее, действительно представляет из себя психов и опасных элементов, которые зачастую хитро "косят" от ответственности за злостные раскрывшиеся преступления. Им "развязаны руки" и в психбольнице позволяется делать всё с остальными узниками. На этом основано существование современных психушек - совершенно различных людей принудительно смешивают, ещё и ставя в неравное положение. Порядочных людей бросают на растерзание к садистам. Но надо понять одно: даже эту, приблизительно 1/4, часть из психов и садистов держат в дурдоме не потому, что они больные и опасны для окружающих, а по 3-м другим причинам:
1) Для показухи.
2) Потому что есть люди (зачастую родственники), приносящие подарки руководству отделения на лечение или заключение в больнице и освобождение от уголовной ответственности этих преступников. Если таких людей нет или кто-то готов дать взятку на освобождение, то человека в любом состоянии не заключат или выпустят.
3) Опасные физически сильные садисты принадлежат к привилегированному слою пациентов и активно содействуют бандитам на медицинских должностях в уничижении психически здоровых граждан, пленённых из преступных целей.
Так мы видим, что российские психиатры окружают себя, постоянно культивируют вокруг клан мелких уголовников, спокойно совершающих преступления на свободе, зная, что от тюрьмы им удасться всегда "откосить" у друзей-психиатров в вольготных условиях психбольницы, где они будут царями над другими узниками.
Справедливости ради укажу, что и в отношении тех редких физически крепких заключённых, которых я называю "опасными садистами", надо сделать оговорку: у них явно порочное, неправильное воспитание, за спиной тяжёлая судьба и неблагополучные семьи. Мне сложно говорить, но скорее всего у таких имеется наличие и сильно индуцированного и индогенного заболевания, а в жутких условиях дурдома они спокойно изливают всю энергию извращений на других заморенных узниках.
Надо обратить внимание и на другую закономерность: хотя с одной стороны в психбольнице оказываются временно или постоянно отдельно проживающие от родных порядочные граждане, не имеющие конфликтов с родственниками (например, Щербаков А.Н. и Вильгельм А.А), а пострадавшие от противозаконных действий других лиц, но другая часть узников заключена именно из-за одновременно смешанных меркантильно-семейных трений и обстоятельств. Приблизительно около половины пациентов лишены свободы по желанию лиц с какой-либо родственной связью, но мнение о том, что люди попадают в психушку только лишь по их лживым, никогда не проверяемым заявлением, - несколько не точно. Правильнее будет сказать, что большая доля граждан надолго противозаконно заключена в дурдом с подачи инициативы сожителями, но опять же явно не всегда по состоянию своего здоровья, а скорее наоборот.
А причина того, что преобладающая часть узников лишена свободы в соответствии с фиктивным диагнозом "опасности к близким родственникам", объясняется простой уловкой психиатров, отлично известной работникам медицинских специальностей, которую преступники с годами отработали до мелочей и при любом случае используют уже как поточный метод. Простая суть же её вот в чём: любой здоровый совершеннолетний человек от природы имеет некоторую неприязнь к родственникам. Именно природа наградила этим каждого для того, чтобы не происходили половые сношения с любыми родными (братом, сестрой, отцом, матерью, сыном, дочерью и так далее...), так как в этом случае всегда появляется на свет болезненное, уродливое потомство. Эта особенность является одной из составляющих постоянного конфликта в обществе "отцов и детей". Абсолютно каждый нормальный человек наделён этим мизерным чувством неприязни к родным - так и должно быть. Так вот фраера-психиатры в жажде наживы ловко вытаскивают это природную микроособенность у каждого пациента наружу и своими злостными манипуляциями только усиливают, умножают её, используя как формальное обоснование.
Но есть и совершенно другой - более коварный приём, успешно поставленный "извергами в белых халатах" на конвейер. Обратите на него внимание! - Если на свободе преступники применили к потерпевшему какие-либо грубые противозаконные унижающие действия (например, насилие...), то оболгав его, пострадавшего доставляют в психбольницу и, получив очередную мелкую взятку, мошенник-психиатр легко ставит шокированному потерпевшему диагноз шизофрении и опасности если не ко всем окружающим, то именно по отношению к лицам, совершившим надругательство над потерпевшим. Понятное дело, что каждый человек будет не по-дружески относится к изнасиловавшим его лицам, но опустившихся лицемеров-психиатров это не волнует - их волнует только очередная мелкая мзда и заверения в сокрытии преступления.
Здесь часто исполняется правило численного превосходства: над одним человеком надругалась команда лиц и матёрые преступники успешно обращаются за помощью к психиатрам, чтобы быстрее отправить пострадавшего в дурдом.
Такой способ экстренного заключения преступниками пострадавшего от их насилия человека в застенки дурдома позволяет легко сокрыть сохранившиеся улики совершённого преступления: отпечатки пальцев, травмы, - а все возражения потерпевшего бессовестно и прямо сваливаются на его бред! Заметьте: правило численного превосходства преступников над пострадавшим по жизни красноречиво говорит за потерпевшего, ибо не может один человек напасть на команду, но при помощи фальсификации диагноза удаётся перевернуть дело с головы на ноги, что якобы мол де один человек опасен и напал на группу лиц! История со мною и Щербаковым А.Н. - хорошая иллюстрация этому.
К сожалению, российская милиция только помогает преступникам в сокрытии преступлений, а, оказавшись в дурдоме, пострадавший никак не может защитить свои права - на нём висит сфальсифицированный диагноз, что он, якобы, сам опасен для окружающих!
Совершенно ошибочно расхожее мнение о том, что в психбольницах принудительно удерживаются преимущественно престарелые маразматики. Возрастной состав узников слишком широк и представителен. Так-же как представителен и социальный состав заключённых. Из приблизительно 60 пациентов переполненного 5-го отделения я видел только 1-го пенсионера, поступившего в больницу со старческим маразмом по всем признакам, видным и не специалисту. О состоянии многих других судить сложно, потому что они специально и беспорядочно находятся под воздействием сильнодействующих препаратов и вот зачем... Вы видите, к чему привело одномесячное томление здорового человека в психушке: если не всё, то корыстная заинтересованность и многие пороки персонала мне были понятны и здесь описаны. Смысл происходящего ясен. А когда к гражданину сразу обильно применяют одурманивающие средства, то ему в заключении становится уже всё равно на то, что происходит вокруг. Он не замечает мизерного, издевательского питания, он не понимает, что его губят, он не понимает, что "скоты в белых халатах" регулярно довольствуются взятками, за то что другие свободно распоряжаются его имуществом - он к этому равнодушен и еле может дойти до грязного, леденелого туалета, а любому редкому случайному посетителю со стороны будет казаться, что перед ним тяжёлый психбольной, но это совсем наоборот: "врачи" намеренно загубили человека. Поэтому так и различаются в моём описании обстоятельства 1-х пыток и 2-го заключения.
Сразу скажу, граждане, называющие себя Наполеонами или прочими известными личностями, тоже отсутствуют. Правда был один пациент - Зубрилин Владимир - очень упитанного телосложения, высокий, в столовой почти не ел, а свою порцию отдавал мне, который наоборот скрывал и неохотно говорил о ранее занимаемой им много лет назад высокой должности в партийной комсомольской организации. Из скупых бесед с ним удалось узнать, что сейчас он персональный пенсионер с относительно большой совокупной пенсией более 10000 рублей в месяц, а ранее был то ли секретарём райкома, то ли горкома комсомола города Москвы. У него в собственности несколько объектов недвижимости в столице, а одна из квартир на улице Марины Расковой. Хотя сильно странно, что человек, ранее занимавший столь высокое социальное положение, сейчас оказался в таких крамешных условиях, но манеры его поведения, беседы, подкреплённые реальными фактами, заставляют поверить - это действительно так. Ещё раз упомяну, что явно больной опасный контингент (шизофреники в стадии обострения, параноики, наркоманы...) быстро выписываются из отделения и вообще туда редко попадают. Различных людей здесь унетают только за взятки, совершенно безответственно и бесконтрольно раздавая фиктивные диагнозы направо и налево, а кроме того зачастую намеренно уродуя психически здоровых людей, чтобы они начинали соответствовать подложным медицинским заключениям.
Но всё-таки надо обратить внимание, что среди заключённых абсолютно преобладают граждане до 25 лет и старше 40. Связано это конечно не с состоянием здоровья до преступного заключения, которое медперсонал не интересует, а напрямую связано только с тем, что к заключению и пыткам в психбольницах зачастую подвергаются наименее социально защищённые слои населения. Всем известно, что к 30 годам человек в развитии достигает "золотой середины", наиболее продвигается в социальной лестнице, получает образование, располагает широкими и влиятельными знакомствами, физически крепок, поэтому людей такого возраста тамится существенно меньше - преступники-психиатры их бояться, многим гражданам удаётся избежать отправки в подобные учреждения, лишь за счёт наличия развитых социальных связей. Жадность взяточничества и желание безнаказанно поглумиться над молодым человеком и натолкнуло лиц на должностях психиатров на рискованное заключение меня, когда автору только исполнилось 25 лет - отметьте, это одна из причин краха преступников.
Выше указывалось на отсутствие шизоидно-параноидных черт у большинства многолетних узников, а преобладание в их характере астенического склада. Дополню и ещё... В дурдомах часто оказываются искренне культурные, конечно здоровые люди, душевно склонные к некоторому одиночеству в российском обществе, далёкие от шумных компаний и пьянок. Против них ставится фальсифицированный диагноз об, якобы, серьёзной опасности и беспомощности только для угнетения и отнимания у них собственности.
Именно поэтому при осуществлении любого преступного заключения в дурдом, психиатрическая экспертиза фактически всегда отбрасывается, а в условиях изоляции и давления все вопросы к потерпевшему сводятся к тому где, кем он работает, да кто и сколько у него знакомых с родственниками! С одной стороны фраер-психиатр проводит дознание о наличии имущества и связей у пострадавшего, а с другой - изучает финансовые и другие возможности лиц, заинтересованных в ещё большем угнетении человека. Вот в чём экспертиза!
Психиатр, подробно изучив связи потерпевшего, убедившись в его слабой социальной защищённости, берёт взятку с преступников и часть её передаёт работникам местного суда с прокуратурой, чтобы на очередном формальном судебном заседании гладко лишить заключённого человека дееспособности. Все документы будут оформлены без запинки, так чтобы впоследствии ни к чему невозможно было придраться.
Одна читательница мне лестно написала: "...В психбольницах далеко не все такие, как ты. Это очевидно ВСЕМ... " К сожалению, и такое мнение совершенно ошибочно - в 5-м отделении были узники, которые на свободе весомее меня (например, вышеупомянутые: Зубрилин, Яценко...). Надо признаться, в данной ситуации надо благодарить Бога за то, что ещё в отделении ни в чём не разбирающиеся работники ОВД при начале 2-го заключения разрешили позвонить отцу с мобильного телефона, видимо спутав его с 2-м супругом матери и считая, что он ещё более меня опустит, а оказалось не так - оказалось, вопреки ожиданий милиционеров, совсем напротив. А ранее при 1-м противозаконном заключении позвонить никому не разрешили и тогда меня удалось заморить. Не дали крикнуть и позвать на помощь соседей Яценко Н.Е., заткнув рот, когда работники милиции забирали его из своей квартиры... Для многих узников истории болезни и диагнозы явно фальсифицированы, "лечение" усогублено. Абсолютное большинство ну никак не достойно такого хуже скотского глумления. Заключённых обманывают, полностью лишают информации и препятствуют им даже в реализации минимума Законных прав, хотя очень многие на это были бы способны!
Надо заострить внимание и на другую закономерность - она является прямой уликой наличия преступности в психиатрии. Все знают: в Москве огромное количество переселенцев или приезжих, поэтому в городе подавно "квартирный вопрос". Я не знаю количественного соотношения коренных жителей к переселенцам в столице, но процент приезжих огромен. Это точно! А вот в 5-м отделении из пациентов хотя и есть мизерное количество приезжих (украинец - Чапский Геннадий Владимирович, имевший кожное заболевание на ноге и, с его слов, наркоман, временно приезжающий в столицу воровать), но абсолютное количество коренных москвичей! Хотя среди общего количества приезжих в Москве пьяниц, наркоманов, проституток и психбольных хватает и может даже больше, чем среди местных жителей. Редкий приезжий в психбольницу попадает в качестве пациента, если уж он состоянием ну совсем никуда, да ещё он или кто-то посторонний сильно заинтересован в его госпитализации! Можно точнее оценить и по другой более сложной, но точной методике: соотношение некоренных сотрудников и сотрудников, не обладающих недвижимостью в черте Москвы, ко всей численности персонала больницы намного выше, чем такое же соотношение, но среди узников отделения. Это явный вывод того, что психиатрия во многом используется для преступного разрешения "квартирного вопроса". А по словам одного многолетнего узника, да это было слегка заметно и мне, среди медперсонала непропорционально много татар.
Малое количество среди пациентов преступников, физически крепких лиц и установившаяся социальная иерархия в отделении психбольницы объясняются и тем, что психиатры остерегаются тех, кто, осободившись, может исколотить им рожу или организовать подобное и предпочитают связываться и безнаказанно совершать злодеяния против мирных граждан.
Тем не менее, наверняка, мошенники от медицины, как и большинство других нарушителей Закона, себя таковыми отнюдь не считают. Не считают они себя ни дьяволами, ни извергами. У них своя мораль! И их тоже можно понять. Много выше описывалось, кто работает на должностях младшего медицинского персонала - эти люди выглядят больными. Хотя мне в 27 лет сложно и даже не правильно, судить о поведении 40-50 летних, но по их виду и замашкам, вынужден предположить, что эти женщины когда-то ранее в более молодом возрасте испытали насилие, возможно, неоднократное сексуальное от лиц мужского пола. Потом, как это часто бывает в России, от безысходности занимались проституцией. Со временем потеряв здоровье и привлекательность, теперь они не могут заниматься прежним ремеслом и поступили на работу в том числе и в мужские отделения психбольниц, где хамски относятся к лицам мужского пола и особенно спокойным, порядочным. Кроме того, почти все работники имеют неурядицы в семейных отношениях. Поэтому среди женского персонала мужского отделения заметно ущербное отношение к лицам мужского пола и излишняя доверчивость к женщинам, что приводит к жестокому отношению к узникам. Как я видел, работать в психиатрию приходят люди разные, очень разные. Бывают молодые практиканты. Кто-то приходит и из гуманных соображений. Но, остаются склонные к садизму с заключёнными, испытывающие на этой почве удовлетворение! Остаются больные. В книге психолога А.П.Егидеса "Лабиринты общения" в самой заключительной её части, где чуть-чуть подняты проблемы института психологии в России, на странице 383 (по 2-у изданию информационно-издательского Дома "Филинъ", Рилант, 2001) говорится: "...в психологию идёт специфичный люд. Шизоиды." А в российской психиатрии часто работают безразличные меркантильные садисты. Фраерская шпана. По другому и не назовёшь. В условиях закрытости работники получают удовольствие от власти и глумления над беззащитными людьми!
Мне пришлось наблюдать такие метаморфозы, как обычные юные солдаты срочной службы, бежавшие из жутких условий Российской Армии, испытавшие на себе там муки "дедовщины" и комиссованные в психиатрическую больницу в тяжело "опущенном" состоянии, быстро "приходили в себя" за неделю другую и уже оказавшись в привилегированном положении (их не кормят "химией") над многими узниками, становились совершенно другими - начинали практиковать "дедовщину" теперь уже над пациентами, неспособными оказать им отпор. То же самое происходит и с персоналом. "Волку убить всласть!" - вот грубая русская поговорка, как нельзя лучше характеризующая поведение работников психбольницы. Садисты с опустившимся персоналом, испытывая зависть, уродуют здоровых, красивых пациентов.
Явно меркантильно-фашистская специфика мышления врачей-преступников позволяет тем не менее жить им не сильно выделяясь среди другого населения. Так, например, от одного пациента мне стало известно о том, что располневший Грозов С.П. регулярно посещает православный храм и даже, якобы, является ответственным в нём за кассу.
Вы думаете лица, которые работают в острых отделениях дурдомов, упиваются лишь взятками и истязанием пациентов? Да, но и не только это. Их привлекает, что они получают власть над людьми! Погрязнув в разврате, пропив всю свою жизнь и опустившись в открытом обществе, их пьяняще манит на работу в тошнотворные отделения психбольниц возможность, распоряжаться судьбой других - тех, кто в свободном обществе занимает более высокое социальное положение, а здесь всё наоборот: пьянницы - неприкосновенные господа, садисты - их сюзерены, а интеллигенция - рабы, ползающие на коленях перед этой мразью!
Мне неизвестны принципы кадровой политики в дурдоме, но, думаю, не последнее место среди критериев приёма на работу в "острое" отделение занимает лицемерное молчание кандидата о творящемся в бедламе.
Для облегчения души, "медики" много пьют алкоголь и не только это, регулярно принимая взятки, охотно стараются верить "заинтересованным лицам" в любом вранье. Кроме того, стал известен случай с одним пациентом, когда Грициенко при нём подсказывала его супруге, что следует написать в лживом заявлении к истории болезни. По моим скупым наблюдениям, особенность мышления медработников "психушки" в том, что они считают за аферистов всех людей вокруг. По их мнению, все деньги заработаны только обманным, не честным путём и все живут, как только могут. Поэтому угрызений совести почти не бывает - они сами во всех вокруг видят мошенников и себя не исключают из числа остальных. Вполне допускаю, что фактически не имея квалификации, работники отделения в своей жизни перепробывали массу занятий и не раз были обмануты судьбой. Многие из них, как и остальное население, втягивались в различные афёры, постоянно появляющиеся на российских просторах (МММ, Гербалайф, Форэкс...), и получали жестокие "пощёчины". Жизненый путь привёл к тому, что остервеневшие сотрудники Ганнушкино зарабатывают деньги любой ценой, что впрочем не сколько не освобождает их от ответственности за тяжкие преступления. И даже более того, у них образовалась своя идеология, своя преступная специфичная нравственность, в соответствии с которой их коварная деятельность понимается же ими как нужная, полезная обществу и даже "гуманная". Приведу стихотворные строки Игоря Губина, которые я почерпнул из найденного маленького российского интернет-сайта (www.hvp.by.ru), основанного чудом спасшимися от пожирающей мясорубки преступной психиатрии:
Психиатры психов лечили,
Вперёд ногами выносили -
Разрешали квартирный вопрос -
Вот такой вот холокост.
Тот кто заходил на интернет-сайт, наверняка обратил внимание на радикальную позицию его создателей - психиатрию они считают за лженауку. И я их теперь могу понять. Действительно, по состоянию на 2002 год в России существуют горячие террористические очаги на базе государственных психиатрических учреждений различного профиля. Положение усугубляется тем, что психиатрические пытки в сильно преобладающем большинстве применяются именно к абсолютно здоровым людям, которых, обескуражив неожиданным помещением в дурдом, калечат ради отнимания имущества, а пыткари ещё и получают возможность иметь животное садиистическое наслаждение от этого; жуткие диагнозы приклеиваются к гражданам вообще с отсутствием расстройств, в то время как настоящие шизофреники повсеместно гуляют на свободе, формально здоровы и "чисты".
Но надо обязательно иметь в виду, что не все помещения психиатрических учреждений используются для истязаний - преступность всегда скрывается! Где-то отдельно и более свободно, наверное, содержатся дауны, всегда есть образцово-показательные отделения, где условия много лучше и туда свободно допускаются навещающие, там работают молодые красивые врачи-практиканты - недавние студенты - и другие сотрудники, вовсе ещё не помышляющие о том, что в реальности творится в расположенном недалеко самом остром отделении, где, якобы, по специально распускаемым лживым слухам содержатся опасные преступники и больные присмерти - всё наоборот: в самых острых закрытых отделениях в основном калечат здоровых людей для преступного отнимания имущества! Там работает шпана, согласная на всё ради алкоголя и миньета! Там уродуют красивых людей, превращая их в стариков! И только специально отобранный ограниченный контингент бестыжих сотрудников имеет доступ в эти тщательно оберегаемые от посторонних глаз помещения дурдомов.
После пребывания в таких концлагерях, ни то что психиатров, а временно всех людей вокруг нехорошими можно посчитать! По словам Игоря Гирича - координатора неформальной российской общественной организации "Помощь пострадавшим от психиатров" из города Барнаул - в психбольницах, где его морили, было всё почти так-же, как и в моём опыте.
Основные предпосылки к специфичной преступности: порочная нормативно-правовая законодательная база, полное фактическое отсутствие государственного и общественного контроля в данной сфере. Суть преступных деяний в вынесении фиктивных диагнозов и врачебных заключений, лишение людей прав и свобод на основе этих фикций, пытки, а так-же предоставление возможности мошенничества с медицинскими документами и подпольная продажа медицинских наркотических средств. Эти действия поставлены "на конвейер". Широта использования преступной психиатрии поражает: тягчайшие уголовники легко освобождаются от ответственности за содеянное, различные лица преступным путём завладевают государственным или частным имуществом или избавляются от ненавистного человека. Жертвами чаще становятся граждане обладающие значительным имуществом, коренные жители, много жертв из членов неблагополучных семей, а так-же в некоторых случаях получают урон государственные образования.
Хотя я и пострадавший, но надо попытаться войти в положение работников психиатрии. Зачастую человек стремиться к той деятельности, которая имеет отношение к его недостаткам, даже глубинным и скрываемым. Много выше приводились результаты исследований зарубежных специалистов внутренней противоречивой психологии работников полиции и учителей. Из истории известно, что болезнь дальтонизм в 1-й раз самоотверженно изучил Дальтон - человек, сам страдавший заболеванием от рождения и его именем оно впоследствии и было названо. Ну, вот сам автор, к примеру, русский язык и литературу в школе плохо изучал и, провалив сочинение на выпускном экзамене, потом с трудом писал диктант для получения аттестата о среднем образовании, а сейчас приходится самостоятельно выполнять эту, для меня большую, работу и она в некотором смысле доставляет удовольствие, даже исправлением многочисленных ошибок. Подобное в некоторой степени видимо присуще людям во всём мире.
А что же происходит в психиатрии? На практике в условиях порочности Закона, отчуждения и полной закрытости российских психиатрических учреждений в них абсолютным и преобладающим большинством на различных должностях работают психически больные. Работают люди с ограниченным кругозором, душевно травмированные. Тяжело, но факт. Как мне стало известно, такая же противоречивая особенность, но в гораздо меньшей мере присутствует, к сожалению, и в психиатрических службах передовых стран.
Кроме этого, на работу в государственные психиатрические учреждения идут лица, внутренне склонные к садизму и глумлениям с беззащитными узниками в закрытых помещениях. Они там отбывают не только ради зарплаты или взяток, сколько из возможности при случае насладиться издевательствами над человеком, получив над ним власть! Здоровый человек просто быстро уволится из такого коллектива, поскольку как-то противодействовать или хотя бы рассказывать правду - опасно для себя.
Отдельный контингент сотрудников - лица с сексуальной неудовлетворённостью - таких тоже навалом.
Руководящие должности занимают те, кто, запивая совесть алкоголем, согласен использовать служебные полномочия в криминальных целях.
Сам характер психически больного специфичен. Мне, например, приходилось наблюдать в отделении, как малая часть острых психбольных сразу за 1 - 3 минуты знакомились друг с другом при новых госпитализациях или при случайных встречах узников из разных отделений на записи электро-кардиограммы сердца, проводимой в отдельном помещении, а затем по мелкому поводу, неразобравшись, так-же быстро и горячо ссорились до драки - они то "родные братья", то враги. Примерно тоже самое происходило во взаимоотношениях моей матери с 2-м супругом. Это одно из проявлений психического заболевания.
А что же происходит в дурдоме? А в дурдоме крики, пьянство, пляски, резкая брань - обычное дело и среди младшего персонала.
Но последние абзацы написаны для другого. Вот для чего: это приводит к тому, что работники дружат только с психически больными криминальными элементами - это люди одного социального статуса. Они им содействуют, вписывают, выписывают, знают все их низменные, мелкие воровские дела и отлично понимают, что ссора может вдальнейшем обернуться работнику расправой.
И дальше... Уходя от проблем в личной и общественной жизни, избегая семейные разлады, а также от жадности и мелкой меркантильной заинтересованности многие сотрудники постоянно находятся в помещении психиатрических учреждений, отбывая все смены подряд, совмещая должности, тем самым многократно перерабатывая и получая умноженный гонорар. Вся их жизнь переносится в дурдом. Но, также как и абсолютно любому человеку, неинтересно им иметь дело с только себе подобными, хочется узнать другой мир и вот это, по-видимому, наравне с меркантильно-корыстной заинтересованностью, другая глубинная основа того, что фраера-психиатры "лечат" здоровых людей - им интересен своеобразный контакт с гражданами из совершенно противоположного социального слоя общества, а порочные Законы это позволяют и законопослушный российский гражданин оказывается в таком дерьме...
Только пусть читатель не подумает, что автор не хочет общения и контактов работников психиатрии с другими людьми - пускай контактируют, но не путём насильного заключения здоровых людей в дурдоме, а лишь добровольно и на свободе.
Кроме того, в психиатрию идут люди в силу черт своего характера далёкие от естествознания. Точные науки, понятия для них абсолютно чужды. В математике, например, навряд ли будут расхожими мнения разных школ насчёт того, что 2*(3+5)=32/2. Потому что обе формулы и слева и справа от знака равенства равны 16. И ученики-последователи Пифагора и исследователи Фибоначчи друг с другом в этом вопросе спорить откажутся. А, переводя на известный всем точный язык простой математики, понятия и основанные на них действия отечественных психиатров подобны вот чему: 2*(3+5)=...=50/10=... Фундаментальная связь часто отсутствует или игнорируется!
Надо уяснить, что "Фундаментальной связью" в психиатрии, как отрасли науки, являются процессы в головном мозге человека, которые ещё досконально не до конца изучены и в передовых странах, а в России подавно - большинство научных работ списываются с иностранных журналов.
Ещё не всегда удаётся правильно определить серьёзную разницу между отклонениями психики, возникшими вследствие внешних социальных травм различной тяжести (например, на глазах у матери издевательски убили единственного сына и если не пройти курса реабилитации, то такая мать может потерять рассудок навсегда), от психических отклонений из-за физиологических изменений головного мозга (вследствие физических травм головы, кровоизлияния в мозг, длительного употребления наркотиков в больших дозах...) - то есть разницу между индуцированным и индогенным психозом - а в России подобные понятия специально напрочь подменяются в корыстных целях и только лишь шокированному от разбойного нападения или насилия пострадавшему, всегда нарочно приклеивают фиктивный диагноз шизофрении! Хотя шизофрения намного более серьёзное и мощное заболевание из-за физиологических изменений головного мозга, не поддающееся лечению.
Действительно, вцелом психиатрия в России далека от строгого научного осмысления.
Но здесь надо чуть углубиться в историю и понять откуда взялась эта отрасль медицины. То, что до сих пор присуще психиатрии, есть или существовало ранее в других областях науки. Если математика явно с незапамятных времён начиналась от простого счёта, как, например, 1+1=2 и уже далее усложняясь к умножению, возведению в степень, интегрированию, то есть исторически от самого простого к сложному. Но существует масса наук развивавшихся от обратного: физика, астрономия... и в числе них психиатрия.
Даже в такой фундаментальной науке как физика широко известны до сих пор существующие формулы без чёткой связи. Например: вес, обуславливающий силы гравитации, со времён Исаака Ньютона всегда приравнивается к массе тела, обуславливающей его энертность в пространстве, так как на практике пока они действительно всегда были равны и учёные в передовых странах до сих пор бьются над теоретическим объяснением этой так часто каждому встречающейся в жизни связи.
Астрономия - одна из древнейших и интересных наук. С далёких времён она тесно связана с религией и учётом времени (солнечные часы, дни, месяцы, времена года... - всё это пошло оттуда). Но несмотря на то, что сейчас на расстоянии исследуются другие галактики, успешно запущен космический корабль за пределы нашей солнечной системы - несмотря на это, мы почти все знаем, ещё несколько веков назад считалось нормальным, что Солнце крутится вокруг Земли. Астрономы, при появлении знаний о наличии других планет, составляли сложные, ошибочные схемы их движения относительно Земли. В средние века образованных людей, открыто выражавших своё Правильное мнение о движении Земли вокруг Солнца, бесщадно подвергали пыткам и казни - потому что астрономия была тесно связана с религией и угнетением широких народных масс. Сейчас, с прошествием большого отрезка времени, уже за высказывание о строении Солнечной системы в развитых странах никого не казнят. Но это произошло лишь со сменой времён. Бесследно канули в лету поколения. Постепенно развились другие области естествознания, с веками сменились общественные формации - изменились многие способы отношений между людьми, ушли в прошлое, поднялись на новый уровень и родились иные методы более эффективного угнетения населения... - и только вместе с этим коренным образом в правильную сторону шагнула астрономия в своём взгляде на строение Солнечной системы. Хотя возможно в глухих и труднодоступных районах планеты до сих пор есть племена, считающие, что Земля плоская, Солнце встаёт над ней, а сомневающихся в этом... казнят.
Есть области науки исторически развивающиеся от сложного к простому, как правило, они тесно связаны с социальной атмосферой вокруг и идут на поводу у правящего класса, правящих элементов.
К одной из таких зависимых отраслей целиком относится Психиатрия. Формально на её долю выпала важная и сложная задача исследования поведения человека, его головного мозга и связи между этим. Кроме этого, она отнесена к области медицины, то есть вдобавок занимается лечением. Но на практике она почти всегда напрямую зависит от социальной обстановки вокруг. Взгяните на её историю. То что было в прошлом без горечи не упомянешь никак. Почему здоровое лицо, доказанно убившее несколько человек, отсидев тяжёлый срок заключения в тюрьме, выходит на волю, а напротив: порядочный гражданин, только по каким-то критериям признанный опасным психбольным, оказывается в дурдоме до конца жизни, ведь доказанных преступлений он ещё не совершал? А сколько других примеров! А сколько слёз из истории СССР!? Почему уполномоченные фраера на должностях психиатров за мелкие взятки выносят фальсифицированные экспертные оценки другим людям? Вот в чём вопрос.
В малоразвитых странах, в государствах, где исторически ещё сильна тяга к порабощению, малоизученная психиатрия, наравне с другими видами угнетения широких масс, формально наделена полномочиями легко распоряжаться судьбой человека.
Многие на должностях психиатров по склонности характера сами увлекаются религиями, язычеством и прочей туфтой. Более того - любого не курящего и не пьющего пациента они считают не только за больного, а прям себе за врага! Но не стоит думать, что это прям кодлы. Нет. Если среди младшего персонала психиатрических учреждений ещё присутствуют разные лица, то разжиревший на взятках руководящий состав - это просто кодлы, по действиям которых можно приблизительно сказать, что у них весь кругозор направлен в одну сторону - хитрое использование полномочий на криминал. Они хотя в медицине и достаточно тупы, но наделены возрастным жизненным опытом; по части обмана, использования хитрых психологических приёмов, бессовестности, меркантильности - одни из 1-х. И надо отметить, что приступники-психиатры на практике отличные мастера лицемерия - они дьяволы в белых халатах.
Среди плохих черт их характера особенно, отдельным абзацем, хочу выделить умение врать с улыбкой на щеках. Об этой часто применяемой ими уловке мне говорили и другие пациенты.
Вся их работа основывается на полезном только для них удовлетворении временных макро и супермикросоциальных обстоятельств... Кроме того, как мне довелось увидеть в 5-м отделении, в силу особенностей характера лиц на должностях психиатров, принимаемые ими решения носят явно "реактивный" "энергетический" окрас: от того, как пообщаются с психиатром лица, заинтересованные в угнетении другого человека - только на основании этого психиатры сразу начинают глядеть на пациента другими глазами, разворачивают дело в противоположную сторону, в угоду заинтересованным лицам ...и временную угоду себе.
В психиатрии пока отсутствуют чёткие научные причинно-следственные связи. И в России к большинству разноликих пациентов дурдомов часто губительно применяют только галоперидол, сульфазин, ципролёт... А всю смертность и ухудшение здоровья сваливают на запущенность заболевания или побочное действие лекарств. Но причина в другом: Российская Федерация - отсталая страна. Несмотря на самую большую территорию в мире, по рассказам бывалых туристов, она подобна Кубе, Вьетнаму, Камбодже, Таиланду, бывшему Ираку хотя и расположена ближе к Европе. Внутри Отечества жуть и перекосы. Смелое использование психиатрии, как основание для лишения людей прав и свобод, на данном этапе тяжёлого развития обществу только претит и эта серьёзная, сложная, малоизученная отрасль медицины во многом используется так-же как религия.
В отличие от современной Международной классификации болезней (МКБ-10) в используемых и сейчас в России отечественных медицинских методиках на освидетельствование человека специально бессовестно расширен и перемешан перечень внешних симптомов психических заболеваний так, что каждому можно поставить диагноз мощного психического расстройства, ибо по ним уже и насморк является "прелюдией" шизофрении! По некоторым специализированным российским изданиям особенно список отечественной симптоматики шизофрении можно приложить к гражданам отстаивающим свои Законные права. А кроме этого, людей нарочно заточают в пыточных "больничных" условиях, где любой получит индуцированный психоз.
Несколько последних абзацев и теоретически подрывают отечественную психиатрию - в ней нужны серьёзные изменения, которые постепенно приведут и к замене кадровых работников. Понятно, что профильные ведомства всячески будут против. Читать предложения к изменению Закона РФ №3185-1 "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при её оказании". И каждому читателю напомню, что я за психиатрию, но против её широкого использования в низменных преступных целях. Надо только чтобы она на данном этапе ограниченно использовалась исключительно на благо общества, проводились серьёзные научные исследования и обмен опытом, а не, например, заказные замаскированные убийства порядочных и здоровых людей, ради завладевания их имуществом.
Вообще, в обществе негласно известно о некоторых порочных мерах в использовании психиатрии. Уголовные преступники, распологающие средствами, освобождаются от тюремного заключения путём получения за взятку фальсифицированного психиатрического диагноза в отношении своего здоровья и на основании этого судом приговариваются к принудительному лечению, которое будет краткосрочно и пройдёт в образцово-показательных отделениях дурдомов. Сходным образом юноши из благополучных семей "косят" от тяжёлой срочной службы в Российской Армии. Очередники на получение квартиры покупают себе диагноз для улучшения жилищных условий. Это одни примеры, когда сам человек заинтересован и платит свои деньги в виде взятки для вынесения ему фиктивного диагноза.
Основная цель же данной работы в другом - открыть глаза как можно большего круга людей на широкое существование ещё одного совершенно противоположного вида преступности с участием психиатров: для фактического отнимания у порядочных, здоровых, мирных граждан частной собственности в пользу мошенников, путём экстренного принудительного лишения людей Законных прав и свобод с применением специфичных пыток. А вынесение пострадавшему порочащего фальсифицированного диагноза, хотя само по себе и тоже злодеяние, но тут используется только для формального сокрытия, завуалирования основной сути преступления. Этот вид преступности с участием сотрудников государственных больниц всё ширится и нарастает. Здесь культурный человек шокирован неожиданным подлым отношением к себе в лечебном учреждении, настроен против постановки ему диагноза, взятки психиатрам он не даёт. Но для применения пыток тут обильно дают мзду опустившемуся медперсоналу уже преступники из имущества, фактически отнятого у потерпевшего. Мошенники заинтересованы в вынесении фиктивного психиатрического диагноза пострадавшему от них человеку для сокрытия улик своего преступления и выгодного завладения всем имуществом потерпевшего. Со своей стороны заинтересованы в вынесении фальсифицированного диагноза пострадавшему и жулики-психиатры, вставшие на путь содействия преступникам, для формального сокрытия своих злодеяний. По этой же причине заинтересованы они и в калечении человека для приведения его в соответствие подложному медицинскому заключению. К огромному сожалению, последней формальной инстанцией, дающей право преступникам на всё и вдобавок формально превращающую пытки в якобы законное лечение, является автоматическое, противозаконное и равнодушное решение районного гражданского суда по месту нахождения больницы о принудительном лечении порядочного гражданина только на основе чрезчур фиктивного диагноза в исковом заявлении и ложных сведений в истории болезни. Это конец! Жуткая переполненность закрытых психиатрических отделений сейчас объясняется только тем, что за каждого заморенного узника опустившиеся работники дурдома регулярно получают мелкую мзду из имущества потерпевшего и готовы с заключённым сделать всё что угодно - чем более зажиточный человек пострадал от преступников, тем больше стимул для заточения и калечения его в психбольнице.
Чем занимаются ПНД...
Но на этом злодеяния с пособничеством российских психиатров только продолжаются (как это было в истории со мной после 1-го издевательства). Даже в случае освобождения из преступного заключения, пострадавшего гражданина специально ставят на учёт в ПНД, контролирующее и тот район, где он постоянно зарегистрирован. Ставят для того, чтобы однозначно получить значительный откуп от самого гражданина за снятие с учёта или заполучить взятку от преступников за то, что гражданин фактически навсегда покинет жилплощадь по месту регистрации, ибо в противном случае он снова будет отправлен на пытку в дурдом (как это и произошло со мной во 2-й раз). Кроме того, с удовольствием поставив любого зажиточного человека на учёт в ПНД по месту регистрации проживания, скоты в белых халатах могут, спокойно положа ногу на ногу, апохмеляясь и покуривая сигаретки, ждать прихода гражданина для снятия с учёта через взяткодательство, ибо надо же ему осуществлять существенные акты гражданского оборота (покупка недвижимости, дорогого имущества, занятие предпринимательством, замещение ответственной должности, получение водительских прав...), а, находясь на учёте в ПНД, это фактически исключено или существенно затруднено. В этом ещё одна из причин того, почему сегодня не психи, мелкое и бедное жульё, промышляющее разбоями, оказывается в дурдомах, а часто наоборот - зажиточные, порядочные граждане. И именно в этом причина того, что ПНД легко выдают фиктивные справки и направления для экстренной принудительной госпитализации в психбольницу на человека любому другому лицу - ПНД заинтересованы в постановке на учёт различных граждан располагающих деньгами. Таким образом по сути преступники-психиатры в большинстве своём являются рэкетирами в Законе.
Хотя в пунктах 1-м и 3-м статьи 5-й Закона РФ №3185-1 "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при её оказании" (от 2 июля 1992 года; в редакции Федеральных законов от 21 июля 1998 N 117-ФЗ, от 25 июля 2002 N 116-ФЗ, от 10 января 2003 N 15-ФЗ) формально сказано о неущемлении прав лиц, страдающих психическими расстройствами, за исключением случаев предусмотренных законами РФ, но в реальности ситуация обратна и ужасающа... Если против порядочного человека, формально стоящего на учёте в ПНД, совершено уголовное преступление, то в возбуждении уголовного дела и проведении расследования будет всегда отказано - пострадавший сам формально "острый" опасный психбольной! То есть против людей, стоящих на учёте в ПНД, можно безнаказанно совершать любые злодеяния, что и происходит, как на свободе, так и в помещениях психиатрических учреждений. Российские правоохранительные органы для уменьшения своей работы и занижения формального уровня преступности активно способствуют в постановке на психиатрический учёт граждан, пострадавших от преступлений, как это и было со мной (постановление об отказе в возбуждении уголовного дела №250/367 в ОВД района "Беговой" по якобы формальной причине психического расстройства потерпевшего). В редком случае, если личности нападавших известны, то группа грабителей даёт выдуманные показания, что якобы опасный психбольной гражданин напал на одного из них, а органы милиции, игнорируя улики, это бессовестно фиксируют и отправляют человека в дурдом, формально занижая преступность в подконтрольном районе - ловко получается!
Любой гражданин с формально прикреплённым диагнозом о психическом заболевании - бесправен! Посмотрите простой интернет-сайт www.largaktil.narod.ru - на нём размещена редкая статья "Приговорён к пожизненному диагнозу" из газеты "Слобода", честно рассказывающая о тяжёлой судьбе здорового и порядочного человека со специально "приклеенным" лживым диагнозом и находящегося на учёте в ПНД. C продолжением исковерканной, измученной жизни того россиянина можно ознакомиться на другом сайте: www.tuladurprom.narod.ru , - уже из слов адреса которого следует, что речь идёт далеко не об единичном случае, а об голодном поточном конвейере, проглатывающем в Туле людей, как мясорубка.
...и о дееспособности.
Когда я учился, то нам говорили, что человека, страдающего острым психическим расстройством, алкоголика или наркомана, неспособного осознавать свои поступки, лишают в судебном порядке дееспособности на основании медицинской экспертизы и назначают ему человека-опекуна или попечителя, который якобы будет отстаивать интересы и осуществлять за него все сделки. Обязательно упоминалось так-же, что всё это делается, только ради того, чтобы страдающий человек не понаделал глупостей: не продал своё имущество за бесценок, не потратил все деньги... Как убедительная иллюстрация о многочисленных БОМЖах в столице говорилось так: «Да может он свою квартиру за бутылку водки продал!»
Ранее, часто видя многочисленных взрослых бездомных в городе, я тоже долгое время дилетантски полагал, что многие потерявшие жилплощадь продали её за низкую цену: ну, например, может действительно, чтобы срочно купить себе выпить алкоголь. Это моё наивное знание существовало до тех пор, пока сам не столкнулся с организованной квартирной преступностью с пособничеством психиатров.
Однажды, придя в здание суда Головинского района города Москвы, увидел образец искового заявления на лишение человека дееспособности. Поразило меня то, что ответчиком в таком заявлении указывается не гражданин, которого пытаются лишить прав, а ПНД№4! Человека ещё не лишили прав, а ответчиком в суде за него выступает уже другой! Суд контактирует только с лицом, заинтересованном в лишении человека дееспособности, и представителем от ПНД. Учтите, суд будет проходить в районе где расположен ПНД, а не там где проживает или постоянно зарегистрирован гражданин, лишаемый прав, так-как каждому ПНД подъотчётна территория значительно, в 10-ки раз большая, чем один район. Правда гражданину в судебном разбирательстве должны сделать психиатрическую экспертизу... Должны... Но, оглядываясь на мой опыт, напрашивается предположить, что заинтересованное преступное лицо легко может дать взятку в ПНД, попросить там лояльно отнестись к лишению гражданина дееспособности, в суде сделать заявление о проведении экспертизы в определённой больнице (ПНД возражать уже не будет) и дать взятку в ту больницу. Всё! Все экспертизы делаются формально и обычный гражданин даже знать не будет, что его лишили дееспособности судебным решением, да ещё в другом районе. Таким образом цена его квартиры и остального имущества окажется равной 2-м ящикам вина, данным в ПНД и психбольницу, а сам гражданин не выпьет и бутылки и даже знать не будет. Потом его имущество будет продано или сверх выгодно обменено заинтересованным лицом, формально ставшим опекуном и располагающим всеми формальными документами, а человека выпишут куда подальше в глухомань, а фактически вышвырнут из квартиры. Кроме того, в соответствии с туманным пунктом 4-м статьи 35-й части 1-й Гражданского кодекса, опекунами автоматически становятся психиатрические учреждения, если формально нуждающийся в этом гражданин в них помещён...
В организованной преступности с пособничеством российских психиатров ПНД принимают такое же участие, как и психбольницы. Если человек по принуждению встал на учёт в ПНД и принимает препараты, то его состояние здоровья ухудшается, пропадает самостоятельность и очень скоро он будет искусственно доведён до беспомощности и лишён дееспособности со всеми вытекающими жуткими последствиями для него.
Кроме того, напрашивается предположение, что районные суды, территориально находящиеся именно по месту нахождения любых психиатрических учреждений, могут быть заинтересованы и уж, по крайней мере, точно не будут противостоять преступности с пособничеством фраеров-психиатров. Местные суды вполне могут принимать участие в такой хорошо маскируемой организованной преступности по заказному лишению человека дееспособности и в этом ещё одна причина того, почему психически здоровых культурных людей сперва приговаривают без разбирательств к мучениям, срытым под "недобровольной госпитализацией".
С лишением людей дееспособности в России твориться полный беспредел! Прав лишают совсем не тех больных, кто продаёт последнюю квартиру за бутылку спиртного напитка, а наоборот - тех здоровых, кто под лживыми заверениями, угрозами и пытками отказывается подчиниться преступникам, выманивающим последнюю жилплощадь, и тогда ловкие аферисты используют "помощь" психиатров!
Надо отметить, что наравне с психиатрией квартирная преступность поразила и государственные "органы опёки и попечительства". Опекунами часто назначаются корыстные мошенники - только и всего. В моём случае, например, опекуном легко могла стать родившая гражданка, не приготовившая мне за всю жизнь ни разу поесть!
Отдельно скажу, что постановление далёкого суда о лишении дееспособности скрывается от потерпевшего, лишённого всех прав - он до поры до времени ничего не подозревает. Это известно только преступникам и они предъявляют документы об опёке лишь когда им выгодно: при регистрации продажи и прочих махинациях с имуществом человека.
Отголоски бурного психиатрического террора редко проявляются даже на форуме официального, отдающего сильным лицемерием интернет-сайта "Научного центра психического здоровья Академии медицинских наук РФ" (www.psychiatry.ru) и, как правило, через короткое время после появления многие критические высказывания удаляются или хитро опускаются на дно Форума бдительным модератором того интернет-портала.
Если затрагивать тему освещения данной сферы медицины, надо сказать и о присутствии в различных СМИ, мягко говоря, сильно сомнительных сочинений по данной тематике. Работ явно ложных. Вот, к примеру, статья некоей Ксении Каспари "От дурдома не зарекайся" (в интернет можно посмотреть здесь:www.rutaly.boom.ru/shiz/durdom.html). Честным выглядит только название, а вот суть... Cложно сказать, что двигало автором такого материала. По моему мнению - мнению человека, прошедшего через этот ад - возможно К.Каспари и не перешагивала за территорию дурдома, а сделала сочинение по лицемерным подсказкам работников профильных ведомств - статья явно заказная и далека от правды. Есть и другие прямо выдуманные по государственному заказу работы, как например, российский документальный фильм про дурдом в Чечне во время войны - бред полный...
К сожалению, дополнительной средой, подпитывающей существование тяжёлой преступности в российской психиатрии, является стеснение и жуткая боязнь выживших пострадавших в оглашении совершённых над ними злодеяний и вышеупомянутый интернет-сайт www.hvp.by.ru является большой редкостью, хотя отдельный материал о злодеяниях в дурдомах по разным доменам чуть-чуть есть: www.aminazin.lenin.ru иwww.psihbrigada.narod.ru , www.black.voltar.ru/stat.php3?_file=448 .
Некоторые многолетние, но мирные узники больницы уже в возрасте и, по-видимому, разочаровавшись в жизни, говорили мне: "С этим бороться бесполезно, Жень, это Система такая..." - и не оставляли о себе никаких данных. Сколько порядочных, молодых, красивых и талантливых людей, мужчин и женщин, загубила такая "Система"!
Моросящие по всей стране обращения искалеченных в правоохранительные органы рассматриваются через призму поставленного фиктивного ярлыка, игнорируются или ещё хуже - следует "бумеранг" и порядочный человек снова подвергается пыткам в психиатрических учреждениях или разбойным нападениям.
Существенной трудностью в расследовании специфичной преступности с участием психиатров явится и то, что в случае высвобождения из дурдома ранее психически здоровый, нормальный гражданин теперь намеренно жутко там искалечен, внешний вид удручающь, жалок - налицо полное моральное, физическое и нервное истощение. Длительное время на нём сказывается отравление сильнодействующими химическими препаратами, могут быть необратимые физиологические изменения головного мозга. Кроме того, возникают проблемы с возможностью и средствами к существованию. Даже в случае начала расследования должна быть проведена следственная медицинская экспертиза пострадавшего и уже теперь человека после адских пыток в закрытом дурдоме целиком психически здоровым признать будет сложно, а состояние здоровья пострадавшего непосредственно до преступной госпитализации доподлинно неизвестно. Но, несмотря на это, расследование возможно ибо, как правило, при экстренном преступном заключении в психушку человеку ставят настолько жуткий, ложный диагноз, противоречащий действительности (как это, например, было при 1-м преступном заключении меня), что даже после пыток в дурдоме всё-же можно сделать медицинское заключение о сильном противоречии жуткого подложного психиатрического диагноза, сделанного преступниками в психбольнице, к состоянию здоровья пострадавшего и в редком случае освобождения. Кроме этого, могут найтись независимые свидетели, видевшие и подтверждающие нормальное состояние здоровья пострадавшего непосредственно до преступной расправы. Важно понять одно, основным преступлением здесь является угнетение, лишение Законных прав, свобод и пытки над здоровым, порядочным человеком, а постановка фиктивного диагноза, хотя и тоже является преступностью, но используется лишь для завуалирования и сокрытия основного состава преступления.
Проблема ещё в том, что, как уже сейчас понимаю, различные виды преступлений совершаются во всех государственных психиатрических учреждениях страны, только где-то больше, а где-то меньше. Кто и как будет проводить независимую психиатрическую экспертизу гражданину пострадавшему от психиатров? При любом разбирательстве одно психиатрическое учреждение будет выносить свой вердикт в отношении пострадавшего, учитывая фиктивный диагноз, поставленный преступниками, и уйдёт от прямого опровержения фальсификации, ибо и 1-е учреждение занимается тем-же самым и однажды может оказаться на месте 2-го... Положение таково, что присутствует круговая порука коллегиальная среди работников данной специальности.
Конечно надо учесть, что абзацы выше написаны о теоретической возможности расследования коррупции в психиатрии, реальная же ситуация такова, что и Прокуратура и другие уполномоченные к расследованиям структуры не хотят этим заниматься вообще. А работники местной прокуратуры, только кормятся от преступности психиатров, участвуя в гражданских делах на госпитализацию против воли граждан, лишении людей дееспособности и формально предлагая все преступные намерения удовлетворить в судебном порядке!
Следует так-же обратить внимание, что несмотря на негласность и сокрытие организованной преступности с пособничеством психиатров, к сожалению, вышестоящие профильные ведомства могут быть косвенно заинтересованы в продолжении текущего состояния, так как в народе и из СМИ известно, что на территории России подавно неформально существует общий механизм дачи взяток и оброка в руководящие структуры.
Постоянное мелкое взяточничество заправляющих работников в помещении закрытого психиатрического учреждения с поличным поймать трудно, особенно тем, что здесь взятка передаётся от одного преступно заинтересованного лица другому преступнику. В соответствии со статьёй 46 действующего Закона РФ №3185-1 "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при её оказании" (от 2 июля 1992 года; в редакции Федеральных законов от 21 июля 1998 N 117-ФЗ, от 25 июля 2002 N 116-ФЗ, от 10 января 2003 N 15-ФЗ) психиатра-взяточника, можно поймать только если его решит сдать руководитель больницы, разрешив установить за ним контроль. Да какой-же руководитель его сдаст, если он сам живёт постоянными подачками от такого "врача"? Он защищать его будет и скорее уволен будет работник не берущий взяток, чем взяточник! Кстати, разжиревший, упитанный вид психиатров на руководящих должностях во многом объясняется тем, что мелкие взятки ими обильно берутся даже, строго выражаясь, алкоголем и продуктами питания (закуской).
Другой реальной сложностью на территории РФ в прокурорском, судебном или другом Законном разбирательстве является то, что обманом, изуверством и пытками занимаются работники именно государственной организации, да ещё формально медицинской, хотя и действующие в жажде наживы. А кроме этого, вдобавок сказывается широкая негласная "полупреступная" деятельность психиатров направленная на защиту интересов обратившихся граждан различных категорий, примеры которой приведены несколькими абзацами выше, поэтому каждый работник правоохранительных органов, как рядовой человек, внутренне отгораживается от расследования жестокой преступности с участием психиатров, например, предполагая: "А вдруг и моему сыну придётся от армии косить..?"
Ещё одна причина является на протяжении длительного срока времени общей для современной России и имеет прямое отношение не только к психиатрии или судебным инстанциям - существует и действует негласное правило: любые государственные структуры страны принимают решения в пользу государственных структур. Применимо к случаю с преступной психиатрией, когда потерпевший изолирован, судебное постановление на принудительную госпитализацию - чистая формальность на 100%, а пострадавший бессилен. Тоже самое происходит и дальше: частному лицу бесполезно обращаться с жалобой в прокуратуру на государственное образование, а подавать иск в суд на организованные мафиозные структуры - равносильно самоубийству.
Ну и, конечно, надо здесь добавить, что вся психиатрия в стране в своей основе находится в крайне отсталом, специфичном состоянии даже по сравнению к другим областям отечественной медицины, а об отсталости от развитых мировых держав и говорить не приходится. Из увиденного мною совершенно ясно, что из всего количества узников малую часть действительно психически больных и мизерную среди них долю из садистов скорее просто изолируют, зачастую временно, от глаз остального общества, а лечение отсутствует. Совершенно ясно, что в отсталости отечественной психиатрии серьёзной подоплёкой служит простая и бесконтрольная возможность использования её для меркантильных, корыстных целей. Зачем кропотливо исследовать и изучать отрасль медицины, возиться с даунами и грязноватыми шизофрениками, когда есть другая лёгкая и отработанная лазейка для получения денег, угнетая честных и нормальных граждан? - примерно такая делемма стоит перед каждым медработником психиатрического учреждения. И в этом причина того, что порядочные сотрудники скоро увольняются из государственных психиатрических заведений, а на работу идёт только фраерская шпана, склонная к садизму. Именно это приводит к тому, что сейчас улицы столицы изобилуют вооружённой шпаной и психами, устраивающими нападения, и их никто не собирается изолировать и лечить.
Люди, с которыми мне приходилось общаться, считают, что гадкая ситуация с оказанием психиатрической помощи напрямую связана с тяжёлой социальной и криминогенной обстановкой в стране. Да, это так. Общий реальный уровень преступности огромен. Вообще, часто приходится иметь дело с меркантильной заинтересованностью. С произволом. С обманом. Почти во всей системе государственного здравоохранения положение удручающее. Но в тоже время есть порядочные, честные медицинские сотрудники разных специальностей (например, хирурги), совестно и квалифицированно выполняющие свой труд, довольствуясь только положенными выплатами. Я и таких видел. Конечно, к сожалению, пьянство и халатность среди медработников младшего состава присутствует у нас почти повсеместно, но никогда не встречал и даже предположить не мог, что может твориться такое, как в 5-м отделении Ганнушкино, где в условиях закрытости, прикрываясь порочным Законом, уже образовав организованную преступность, пропойные пьянницы при помощи садистов калечат здоровых граждан. В том то и дело, что сейчас остаются работать и намеренно подсиживают должности в государственной психиатрии, морально опустившиеся лица с фактически полным отсутствием квалификации. Видимо там целиком отсутствует или в значительной степени извращена надёжная система стимулирования и поощерения честных, квалифицированных кадров. Но одна из основополагающих причин думается в другом: сразу можно заметить, у должностных лиц начисто отсутствует призвание к профессии, к выполняемой работе, к формально занимаемой должности. И это относится уже не только к области медицины.
Есть мощные пороки во всей системе российского образования, когда диплом фактически зачастую свидетельствует не о наличии квалификации по обозначенной в нём специальности или предметам, а совсем о другом... В стране не образование, а образованщина, где чем меньше человек посещает учебные заведения, тем лучше у него остаётся сердце.
Те же глубинные пороки в механизме замещения должностей. Это, конечно, продолжая основную тему, приводит не только к тому, что на ответственных постах психиатров почти поголовно оказываются малограмотные в медицине криминальные элементы, хотя и с дипломами, а приводит к тому, что и другие государственные должности зачастую занимают, по меткому выражению в народе, бюрократические "крысы", лицемерная шпана и живёт про них в народе поговорка: "Что не власть - то мразь!". Иногда просто удивляешься, как лицо ну никак несоответствует занимаемой им должности, а тем не менее её занимает и даже успешно продвигается вверх по карьерной лестнице.
Сказывается и другое... Подавно в стране различные действующие подзаконные акты (инструкции, положения, приказы) противоречат основным Законам, что позволяет жуликам, использующим служебное положение в преступных целях, оправдывать свои злонамеренные действия якобы строгим следованием должностной инструкции. Вот только один пример: нигде в Законе РФ №3185-1 "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при её оказании" (от 2 июля 1992 года; в редакции Федеральных законов от 21 июля 1998 N 117-ФЗ, от 25 июля 2002 N 116-ФЗ, от 10 января 2003 N 15-ФЗ) не сказано об изымании документов, удостоверяющих личность, у граждан, подозреваемых в психическом расстройстве или имеющих таковое, и никогда такого там не было, но документы у людей преступники в униформе всегда отбирают, если что, смело ссылаясь на некий пунк 14 "Положения о врачебных и фельдшерских бригадах скорой психиатрической помощи" из Приложения №1 к приказу Министерства здравоохранения Российской Федерации от 08.04.98 №108 "О скорой психиатрической помощи", где скопом сказано, что документы всё-таки изымаются вместе с оружием, деньгами и ценностями! Как потом преступниками используются отобранные документы можно только предполагать. А вместе с этим преступно изымаются у граждан и мобильные телефоны, часы, очки, шариковые ручки и карандаши...
Чуть-чуть об обществе.
Конечно, винить во всём только порочные российские Законы и отдельные государственные учреждения мало. Глубинные причины в самом обществе. Когда процветают пьянство, наркомания, бандитизм, то понятно - жертвами в 1-ю очередь будут становиться культурные граждане. А в закрытых психиатрических учреждениях будет тот малый контингент людей, который далёк от насилия, от наркомании и жульничества. В дурдомах часто оказываются специалисты в своих профессиях - люди, скромно занимавшие своё место. Абсолютное число - гуманитарии. Среди только малой части узников, с которыми я общался в 5-м "остром" отделении, было 3 бывших врача, много заключённых из сферы искусства.
По сути преступность, в разной степени пропитывающая почти все жилы российского общества, сказалась и на психиатрии, а в условиях закрытости и отчуждённости беспредел в дурдомах жуткий и подобен исчадию ада, но калечат там разных людей - всех, кто волей судьбы оказался в таком капкане.
Когда человек живёт не на необитаемом острове, а среди других людей, то несмотря на его личные задатки, чуткую душу и сердце, несмотря на это, на судьбе каждого всегда активно отражается происходящее вокруг, происходящее в социуме - любой человек подвержен общему течению. Из-за того, что это противоречиво сказалось на мне, дополню:
Скрываемые характерные черты жизни россиян, находят своё откровенное проявление в психбольницах. Например, выше многократно говорилось о том, что в мужском отделении работает проблемная шпана - женщины, грубо относящиеся к мужчинам. Но самая глубинная причина именно такого положения в том, что, мягко говоря, в стране подавно специфичные жульническо-меркантильные отношения между представителями различных сексуальных полов: мужчины обманом используют женщин, женщины мужчин - это негласное правило и по другому взаимоотношения, вообще, маловозможны. Если в молодости как-то стерпливается, сглаживается, то с возрастом омерзение растёт и к 40-50 годам женщины всех мужчин считают обманщиками, что почти правильно. На свободе такое потаённое грубое чувство скрывается и явно проявляется разве что у ворчливых бабушек-пенсионерок. А там - в полумраке закрытых дурдомов - этот внутренний горький комок в каждом женском горле - память всех мужских насилий, обманов, сломанных надежд на лёгкую жизнь - безответственно выплёвывается, извергается на всю, но опять таки не на всех - сильные садисты-обманьщики от этого в стороне, а больше всего страдают открытые, спокойные, культурные граждане, искупая перед женщинами горечь всех мужских обид за всю жизнь.
Тоже самое происходит и когда составом суда, целиком состоящим из возмужавших женщин, почти любой гражданин мужского пола сразу и безразбора приговаривается к лечению против своей воли! Надо открыть глаза и смело сказать правду, дело здесь и в том, что, несмотря на любое социальное положение, на образование и вдальнейшем занимаемую должность, у большинства прекрасных русских девушек, в силу особенностей национального характера, в возрасте около 20 лет, а то и ранее, обильно происходят, первые горькие личные опыты, мягко говоря, которые они затем конечно тщательно скрывают ото всех, с пьянницами и наркоманами, с извращенцами, относящимися к ним, как к тряпкам и завлекая только обманом и выпендрёшем! После 30 лет женщины понемногу в жизни начинают разбираться, чуть появляется сердце, заводят более постоянные связи и тот горький опыт, когда ей попользовались и бросили, как глупую корыстную проститутку, начинает осознаваться - теперь за каждым человеком с формально сфальсифицированным диагнозом возмужавшая русская женщина в душе остро припоминает того своего давнишнего "Принца", и не одного, который её завлекал и трахал, как очередную дурочку, лишь хвастаясь этим падсанам вокруг, а она с таким собиралась стать "Дворянкой столбовою".., но вышло наоборот.
Кроме того, скрывается, но в стране преобладают фиктивные браки - формально оформленные супружеские взаимоотношения на временной корыстной подоплёке. С течением времени предпосылки брака отпадают, сменяются или появляются любовные отношения на стороне - не всегда прежний супруг может способствовать в достижении новой цели и каждый член семьи любой ценой старается избавиться от другого, завладев большей частью совместного имущества, приобретёного в период брачной жизни, и даже имуществом супруга, приобретённым им до заключения брачного договора. В этом помогает психиатрия, формально лишая человека дееспособности и другими освоенными методами. Именно поэтому часть узников мужского отделения дурдома заключена по инициативе формальной супруги.
Члены расторгнутого брака гнустно избавляются от детей, мешающих им для установления новых социальных связей, выдавая лихое прошлое. Общество настолько извращено, замучено, что акты детородного зачатия происходят лишь на почве обмана, по пьяни!
В целом от этого повсеместного разврата снова страдают только нормальные, здоровые граждане, страдают дети, а извращенцы легко заводят фиктивные браки, занимают должности и вместе с этим ещё бисексуально сношаются.

Знаю, наверняка найдутся лицемеры и преступники, которые будут спорить со мной, ссылаясь на то, что автор не квалифицирован в затрагиваемой отрасли медицины. Да, глубоких скрупулёзных профессиональных знаний в области психологии и психиатрии у меня нет. И я честно рассказал, как со стороны простого, а не заинтересованного человека выглядит "оказание психиатрической помощи в РФ" на основании собственного опыта и обильно включив в повествование информацию, полученную из уст пациентов и других граждан. Но в данном случае профессиональные знания излишни, а надо смотреть в суть вопроса - в корень: я скромный обычный гражданин, возможно и не самый лучший.., но работал, приносил пользу стране, зарабатывал честным путём имущество, подчёркиваю, вёл полностью здоровый образ жизни, никого не трогал и, тем более, не хватал, а меня взяли и уже 2 раза заключили в психиатрическую больницу, формально поставив фиктивный диагноз о шизофрении параноидной в рекурентной стадии течения с обострением и опасностью, формально в судебном порядке приговорили к принудительному лечению, отняли честь и здоровье, отняли работу, хотели отнять имущество... Кому нужна такая психиатрия?
Кому нужен такой Закон "О психиатрической помощи и гарантиях...", если мирного здорового человека могут схватить, поставить ему фиктивный жуткий диагноз и на основании только этой одной фикции без разбирательств приговорить к принудительному лечению, что будет эквивалентно адским мукам для него и очень возможно через некоторое время закончится летальным исходом... Кому?
Кому выгодно такое положение, когда преступники легко освобождаются от уголовной ответственности, опасные элементы гуляют на свободе, учиняя разбойные злодеяния, повсеместно полно психически больных людей, а шизофреники вообще редко оказываются в больнице, откуда быстрее выписывают параноиков?
Кроме больной матери у меня уже несколько лет есть один знакомый по всем признакам МКБ-10 больной шизофренией. Он постоянно нуждается в деньгах, берёт в долг, часто меняет и розыскивает работу, влюбляется в замужних женщин возрастом существенно старше его, пьёт алкоголь, иногда курит, увлекается выдумками о потусторонних мирах и прочей чушью. Только этого человека из моих знакомых мать пускала в квартиру, потому что он, болезненно скосив голову, дилетантски разговаривал с ней о всяких религиях, врал ей и улыбался, говоря, что у него в жизни всё нормально. Ему необходимо квалифицированное лечение. Но на приём даже к государственному психиатру он никогда не попадёт, потому что у него отсутствуют средства, потому что у него нечего отнимать - он беден. Скорее такого полузомби возьмут работать на младшую должность в дурдом, чем станут там лечить. Узнав о преступлениях психиатров против меня, теперь он никогда самостоятельно не обратится к врачам и в общем-то в реальных российских условиях будет прав.
Кто-то из преступников, ознакомившись, возможно будет ссылаться на разглашение медицинской тайны. Да основная здесь тайна только в том, что в отечественных дурдомах сейчас много калечат изначально здоровых людей!
И уж точно не только каждый психиатр сокроет, что занимается подобным криминалом и станет сваливать на выдумку и бред, но их отрицание громогласно поддержат работники профильных министерств и ведомств, высокопоставленные чиновники. Начнут изощрённо обвинять автора...
Почему так?
В течение повествования мы много раз уходили в сторону и рассматривали лишь некоторые процессы, приводящие к текущей плачевной ситуации с психиатрией. Серьёзно существенно отвлекёмся и в последний раз...
Уже когда был разрозненный текст и в нём производились многочисленные изменения и правки, небольшая часть читателей спорила о том, что я всю российскую психиатрию свожу к "квартирному вопросу". Лично меня, как и многих пострадавших москвичей, затронула психиатрия с этой стороны. И ещё в 1-й раз оказавшись в дурдоме, понимал суть предпосылок. Особенно остро это чувствуется в заключении.
Начав текст со своей жизни, с попадания в дурдом, дальше от простых деталей, насколько мог, продолжил его к более сложным, влияющим факторам. То есть, начав со следствия, чуть продвигались к истокам. Теперь давайте вместе посмотрим дальше.
Лишь к концу 2-го заточения мне постепенно становилось ясно, что речь идёт не только об отдельной шайке обнаглевших преступников из замешанных сотрудников ОВД, ПНД и психбольницы, а некоторые худые истончавшие узники отделения молвили правду: общая обстановка в стране такова. Итак, начнём...
В государстве мощный бурлящий демографический процесс. Этого никто не будет отрицать. Это он приводит к сверхпереконцентрации населения в городах. Это непосредственно он приводит к резким противоречиям для страны исконно аграрно-животноводческого профиля. В столицу на долго едут не только лишённые всего чеченцы, как это принято более освещать в отечественных СМИ, а едут и все остальные: едут и из юго-восточных приграничных государств, и из далёких российских деревень, и из маленьких городков, и из краевых центров, валом едут и из Московской области, из Подмосковья. Едут не единицами, а потоками. Добираются любыми способами. Приезжают сюда отнюдь не нефтяные аллигархи, а и те, кто без копейки денег в кармане. Такое скопление людей в столице и во многом приводит к недостатку жилья и особенно остро в холодное время года.
Цены на недвижимость растут, растут не по годам, а по месяцам. Растут они и на вторичном рынке жилья. Приезжим куда выгоднее для начала снять квартиру в аренду, чем платить за арендуемый номер в гостинице. Вот это первый сигнал к тому, что относительно выгодно сдавать жильё в аренду. А при том, что в России полно неблагополучных семей, распространены фиктивные браки, то супруги ухитряются даже работающих членов семьи сдать в психбольницу, сами съезжают в Подмосковье или к родственникам и пассивно сдают квартиры, сдают отдельные комнаты!
Однако, вернёмся к предыдущему обзацу. Что ж такое? Почему приезжие себя так хорошо чувствуют в городах, что скопом валят в них? А вот это очень важная тема - коротко её надо затронуть.
Несмотря на выставляемые на улицах Москвы импровизированные шоу с проверкой документов, в которых работники милиции сдирают только откупы, лишь с тех, кто имеет деньги, приезжие в России имеют колосcальные преимущества к оседлым.
Вот такая картина видится мне - простому человеку. Переселенца никогда не поставят на учёт в ПНД (сказываются пороки законов и отсутствие подоплёки для корыстной заинтересованности), во многом он свободен от уголовного преследования; его легко берут на работу, не требуя никаких документов, поэтому он работает на одной (бывает низкооплачиваемой, государственной) простой работе или учится официально для отмазки и получения регистрации, а ещё эффективно занимается каким-либо другим делом, а ещё чаще криминалом. По основной неофициальной занятости налогов конечно никаких не платит и получает денег больше, чем коренной житель.
Переселенцы в городских условиях как бы живут в более передовой социальной формации, чем коренные: если надо решить вопрос с милицией, даётся взятка; с медицинской помощью - взятка, ещё - взятка. Налоги-то ими никогда не платятся и в распределении своих денег приезжий ещё умело поторгуется и с госработником об уменьшении мздоимства, ибо оценить имущество переселенца никак нельзя - оно далеко.
Другое дело коренной житель. Он работает и крупные налоги выплачивает, ибо все государственные органы его в городе хорошо знают и пристально контролируют. Поэтому взятки давать он не так хочет. Это в рекламе нам заявляют, что налоги идут на заработок врачам, сотрудникам охраны правопорядка и прочие полезные нам нужды.
Уже из моего опыта совершенно ясно, что некоторые из тех, кто работает врачами, готовы человека искалечить и убить за мелкую подачку. А если мне потребуется медицинская помощь, то кроме того, что я платил налоги, мне ещё и надо умудрится дать медсотруднику мзду, иначе хоть я помирать буду - даже в больницу не положат, не говоря уже о квалифицированном лечении! Так, например, 18 апреля 2003 года неизвестные, подкараулив, избили меня у подъезда дома до потери сознания и обокрали. Через некоторое время была вызвана обычная Скорая помощь и она доставила в ближайшую многопрофильную больницу имени Боткина. Там сделали обследование головы с просвечиванием и, несмотря на моё тяжёлое состояние, сказали пешком идти домой - я еле дошёл, а голова после этого ещё долго болела и кружилась.
Все значимые формально бесплатные услуги государственных ведомств оказываются только за дополнительную мзду. Но когда дело касается взимания взятки с коренного жителя, то тут его бессовестно предварительно начинают изучать для безопасности, а больше с целью оценки его состоятельности, его планов и таким образом завышения суммы. Все возможности для этого есть - известно где он постоянно зарегистрирован, с кем живёт, кем работает. И получается, что размер мздоимства с коренных жителей крупнее, чем с бедных приезжих, хотя коренной, кроме того, ещё платит огромные налоги.
Преимущества у переселенцев и с получением образования - им охотно предоставляются общежития.
В чём же дело? Почему, несмотря на заявляемое равенство, переселенцы в города получают столь значительные преимущества?
Корень этого вот в чём: несмотря на обширную профанацию о развитии экономики, о рыночном пространстве, об улучшении уровня жизни населения и становлению общества на новый этап развития, исторически в стране из покон веков и до сих пор широко используются внеэкономические меры принуждения. В целом государством, как древнейший метод угнетения народа, давно используется принудительный концентрационный демографический процесс. Это исток - человека вынуждают съезжать и все переселенцы получают специфичные преимущества к осёдлым.
Если же коротко продолжить разговор об денежной стимуляции труда, то здесь пожалуй единственным широко распространённым, действенным методом сейчас является только многократно упомянутое взяточничество, как это было на Руси и много веков назад. Хотя взяточничество формально уголовно наказуемо, но процветает повсеместно, в разных формах, об этом иногда говорят и в СМИ. Причём, в силу своей специфики взяточничество обильно распространено при реализации криминальных целей, когда взятка даётся от заинтересованного жулика другому лицу, использующему должностные полномочия в корыстных целях, что исключает поимку с поличным. Человек же, отстаивающий законные права, отвергается государственными работниками, так-как брать с такого взятку опаснее.
В отдельности каждый простой коренной житель находится как бы под феодальным гнётом и, как минимум, вынужден платить ненужный ему оброк под видом налогов, а каждый приезжий напротив уже более свободен - он находится на ранней стадии капитализма по отношению к обществу вокруг и успешно разрешает все задачи мелким взяточничеством.
Вот эта, кажущаяся такой ничтожной, непонятная особенность в российской действительности сказывается каждый раз, сказывается постоянно в любых людских отношениях. Преимущества получают любые переселенцы пребывающие, не по месту постоянной регистрации; в случае Москвы, например, это и приезжие из ближнего зарубежья и из Подмосковья.
Правящие элементы общества на всех уровнях основывают деспотическую власть на этом концентрационном демографическом процессе. Именно жестокое переселенческое движение является современным российским методом угнетения народа со стороны господствующего класса - это базис. И от него надо отталкиваться, если мы теперь захотим проследить всю цепочку сверху вниз.
На должности, на которые коренной житель просто не пойдёт работать ни из-за низкой зарплаты, а только по соображениям совести к землякам, на такие должности всегда успешно назначаются сверху лица из другого района или переселенцы! Кроме этого, рабочие места на государственных и муниципальных предприятиях повально занимают приезжие, а местного человека туда навряд ли примут.
Глубинная основа схемы такова: деревенская бесшабашная русская молодёжь, привлекаемая профанацией бурной и разнообразной урбанистической жизни, устремляется в города и любой ценой хватается, чтобы там остаться - устраивается в государственные учебные заведения, живёт в тесных прокуренных общежитиях или заводит фиктивный брак с любым городским жителем и, получив диплом, вчерашний деревенский воротила с ещё крестьянскими замашками, единственной способностью которого до сих пор являются лишь наглость, пьянство, драчливость и половой разврат, поступает работать на любые даже низкооплачиваемые должности в муниципальные или государственные структуры города! Может жить ещё в общежитии, но основная цель такого переселенца - завладеть квартирой в городе и к её достижению прикладываются все усилия: будут копиться деньги лихим вымогательством взяток с использованием должностного положения, будут задействованы всевозможные льготы, предоставляемые работникам бюджетных организаций, будут сфальсифицированы документы и проделаны прочие бюрократические трюки, чтобы мало известный переселенец с формальным окладом в 3000 рублей в месяц, уже через год-другой заимел жилплощадь рыночной стоимостью, как минимум много более 10000 долларов.
Суть же этого в том, что приезжий готов занимать любую должность, выполнять какую угодно работу и бессовестно исполнять любые указания сверху, угнетая коренных жителей!
Отдельно упомяну: правящая верхушка страны, хотя и наделяет целую вертикаль подчинённых госработников относительно невысокой официальной заработной платой, но вдоволь позволяет заниматься криминалом - по негласному правилу, уголовное дело против госслужащего никогда заведено не будет, исключения - редкость.
Надо прямо сказать: на различные государственные и муниципальные должности преимущественно проникают и назначаются кочевники. Они же господствуют над оседлыми.
Приведена основная часть схемы и видно, что корень - это переселение в города молодёжи, но со всех сторон и любыми способами в них устремляются и более возрастные граждане, устремляются даже и старики!
В городах, особенно Москве, из-за перенаселённости нехватка жилья, что приводит к устоявшемуся криминалу в этой сфере, который усиливается к зиме. Только кажется, что недвижимость в Москве обильно скупается приезжими, в действительности часть квартир просто тихо отнимается у жителей столицы. Постоянная практика указания в договорах купли-продажи недвижимого имущества цен в несколько раз ниже реальной (по оценке "Бюро технической инвентаризации" или по нормативной стоимости для земельных участков) позволяет среди других сделок легко скрывать многочисленные преступления с отниманием собственности, когда пострадавший не получает и остаточной стоимости своего жилья. Пока такой мощный демографический процесс какие-либо изменения маловозможны.
Квартиры у коренных горожан отбираются под любыми формальными предлогами. Если человек употребляет спиртные напитки, то только при случае отнимают, как у алкоголика, при случае - как у преступника; а если к гражданину придраться совсем не получается, он чистый - при случае успешно отнимают, как у психбольного. Единственный здесь критерий - наличие имущества и малая социальная защищённость, хотя бы временная. Именно поэтому, игнорируя основную суть вопроса и наличие улик, доказательств, в милиции или психиатрическом учреждении, используя должностные полномочия, у возможного кандидата на отнимание недвижимости под различными благовидными предлогами дотошно дознаются его родственниками, сожителями, работой, знакомствами.
Дела, косвенно связанные с "квартирным вопросом", с жаждой крупной наживы, нещадно фальсифицируются, что хорошо видно на моём опыте, как пострадавшего. По сути, та более открытая преступность, которая пугала горожан западной части России с появлением свободного рынка жилья в начале 90-х годов XX столетия, теперь эта бандитская преступность набралась опыта, приобрела другое лицо, влилась в государственные структуры и крепко накрепко срослась с ними, надёжно оберегая себя со всех сторон круговой порукой. Образовалась мафия. Поэтому и неудивительно что по всей стране в местных органах милиции на мелких должностях работают, откровенно говоря, разгильдяи в униформе, а в психиатрии - шпана в спецкостюмах.
Преступная психиатрия является только одним из механизмов содействия переселенческому процессу, одним из механизмов отнимания, лишения частной собственности в пользу других. И в поддержании, функционировании такого механизма сейчас заинтересовано само государство.
В огромном исторческом масштабе страны такое явление схематично, но как оно горько и нещадно при взгляде на отдельную судьбу каждого простого человека.
Уже к началу 2003 года стало понятно: во-первых, что оказался в подобной ситуации не один и многие просто беспомощно молчат и, во-вторых, то что российские уполномоченные государственные структуры на деле противятся реабилитации многочисленных пострадавших от организованной преступности с участием психиатров. И это немудрено - государственные должности даже в местных органах власти и управления часто занимают не коренные жители, а приехавшие из другого места и сами жаждущие завладеть квартирой по месту работы. Жаловаться им в соответствии с русской поговоркой "то же самое, что бросать горох об стенку", если не хуже...
В заключение отступления о влиянии, конечно, не только на психиатрию, а на всю страну демографического бурления надо обязательно сюда вставить, разъяснить, что основной переселенческий процесс, так охватывающий Россию, нисколько не касается другого явления - малой миграции населения в пределах либо отдельных районов большой столицы, либо всей страны в целом, которая обычно существует во всех государствах, является нормальным явлением и приводит к тому, что граждане, занимающие более высокий социальный статус или материальное положение, постепенно переселяются в районы с высоким уровнем жизни, развитой инфраструктурой и наоборот: люди более низкого социального статуса стараются переехать в более дешёвые районы, получая при этом материальную выгоду, продав дорогую недвижимость и покупая новое жильё дешевле в других малоразвитых районах. Нет, дело совсем не в этом.
Насколько довелось наблюдать, например, в Москве основная масса только что приехавших - это явно беднейшие, нищие, развратные слои населения, приезжающие без копейки денег и в жажде наживы...
Население и власти над ним.
Не буду называть, но в силу специфик государства, ответственные должности в органах правопорядка, милиции, прочих государственных структурах, в том числе и в медицине, а особенно в психиатрии (в местных ПНД и не только), вопреки всякому здравому смыслу даже в Москве занимают безответственные, опустившиеся хронические алкоголики и сексуальноозабоченные, если не ещё хуже. В чертах их характера отсутствует интеллигентность, а явно присутствуют черты свойственные трудящимся рабочих специальностей, носящие только подобающую им форму одежды и готовые за мелкие, мягко говоря, подарки и обещания от такого же как он потерявшего моральный облик корыстно заинтересованного лица принять незаконное фиктивное решение или действие против третьей стороны, которое в дальнейшем может стать ещё и основанием для круговой поруки между различными структурами, даже вышестоящими! Факты со мною, Яценко Н.Е. и прочими в дурдоме наглядно это подтверждают. Кроме того, новые переселенцы легко вступают в преступные связи с местными властями - тоже бывшими переселенцами.
А только ли к бурному демографическому процессу имеет отношение преступная психиатрия?
Мне первое время было очень непонятно, почему порядочных, здоровых и трудоспособных людей долго калечат в дурдомах психотропными средствами, а наркоманов и пьяниц наоборот - быстрей выпускают? Ведь тем более молодые граждане могли ещё повкалывать на благо страны, глупо веря в светлое будущее и демократическую власть... - все впервые оказавшиеся надолго в психбольнице были трудящимися, даже работали пенсионеры!
Чтобы стало ясно с ответом на этот вопрос надо целиком представить жизнь человека после насильственного пребывания в дурдоме. Кроме полного истощения всего организма и лишения здоровья, которое зарабатывает каждый узник в психбольнице, вокруг человека образуется социальный вакуум - и это 2-й крупный удар для него. Мне пришлось столкнуться с такой плачевной ситуацией, когда был в 1-й раз отпущен из заточения. На бывшей работе от пострадавшего отказываютя ибо скромный, некурящий и непьющий человек теперь вдруг ни стого ни с сего оказался опасным психбольным из дурдома! И это при том, что, как известно всем, явно больные, шпана, фанаты и мародёры никогда даже в психучреждениях не бывают. "Наверное он преступление совершил опасное?!" - думают о невинном человеке. Так отказываются не только на работе, но и соседи по многоквартирному дому. С человеком стараются не общаться. У него нет денег. Часто нет жилья, что в условиях русской зимы - смертельно. Конечно, можно переночевать в подъезде какого-нибудь дома, а жарким летом в лесу в шалаше, питаться с помойки, устроиться на грязную низкооплачиваемую работу и скорее всего она будет временной и связанной с криминалом. Так и происходит. И вот человек, ещё полгода назад пышащий здоровьем, работающий и строящий планы на жизнь, теперь находится внизу общества, на самой его низкой социальной ступени - на дне.
Но это не всё... Летом 2003 года мне пришло письмо из Псковской области, где простой гражданин рассказывал об жутких условиях содержания беспризорных, но достигших совершеннолетия детей в домах-интернатах. (Здесь ссылка на интернет адрес о положении в Пскове.) Из него ясно: юных граждан страны, волею судьбы из неблагополучных семей, уродуют в том числе и психиатрическими методами, с детства приобщая к сумеречному рабству. Вот откуда зарождается известная всем россиянам детская проституция и преступность, отсюда идёт и дешёвый принудительный труд и... скорая смерть.
Сам находясь в заключении, мне ясно было одно: разных людей намеренно калечат, специально портят им здоровье, отнимают всякий разум. Уродуют большей частью именно спокойных, мирных граждан, различных возрастов. В случае освобождения, человек выходит беззащитным инвалидом с частичной потерей памяти, теперь у него отсутствуют всякие социальные связи. Принудить к чему-либо, обмануть, заставить отнестись равнодушным к окружающему и своему положению такого пострадавшего легко, особенно если он от безысходности встал на учёт в ПНД и принимает, выдаваемые там химикаты. Именно к общему угнетению народных масс, к исскуственному поддержанию специфичных отрицательных черт русской нации (алкоголизм, наркомания, проституция) имеет прямое отношение принудительная психиатрия в том виде, в каком она существует в стране сейчас - из человека делают раба, не претендующего ни на что!
На основе только этих фактов уже можно смело констатировать: на 2001 год Российская Федерация - не правовое государство, что в общем-то известно каждому жителю, но кроме этого: сохраняются элементы рабовладельческого строя. Причём, абсолютно бесправными рабами являются узники в местах лишения свободы и граждане под психиатрическим учётом; их непосредственные надзиратели-распорядители - сотрудники государственных учреждений. Я не знаю, но скорее всего вертикаль идёт вверх и истинными рабовладельцами являются сотрудники профильных российских министерств и ведомств.
Как делаются Законы.
Вот доказательство. Приблизительно после 2000 года профильными психиатрическими ведомствами сначала был легко утверждён в Правительстве и внесён на голосование в Государственную Думу законопроект поправок к злосчастному Закону РФ №3185-1 "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при её оказании". Текст изменений скрывался от общественности и везде его продвижение происходило тихо. Лишь только в 2003 году постепенно он стал достоянием гласности! И что же Вы думаете, там предлагалось ликвидировать многочисленные пороки?
Нет! Как всегда за туманными фразами заботы о психическом здоровье нации, среди прочих мелких изменений профильные ведомства пытались протолкнуть такие поправки в и без того порочном Законе, которые позволи ли бы психиатрам ещё пуще заниматься криминалом и более успешно скрывать улики преступлений!
На примере этого мы видим, профильные ведомства, включая Министерство здравоохранения РФ, включая Правительство на деле заинтересованы в лицемерно прикрытом, хитроумном порабощении населения, хотя всё это делается под лживым предлогом заботы о нём.
Принятие тех очередных антинародных поправок оттягивали по времени лишь предстоящие выборы в ГосДуму к концу 2003 года, а затем Президента в 2004. И совсем сорвало преступные планы профильных психиатрических ведомств неожиданное решение Европейского трибунала в Стразбурге по делу Тамары Ракевич, где суд признал не только незаконной госпитализацию гражданки в дурдом, но обязал Россию выплатить пострадавшей компенсацию и рекомендовал сделать изменения в Законе, чтобы привести его в соответствие Европейской практике, из-за чего ГосДума вынуждена была отправить уже готовый преступный законопроект на доработку... снова в профильные ведомства.
Именно поэтому формальные органы охраны правопорядка так участвуют в совершении преступлений и заинтересованы в усилении преступности. Именно поэтому в дурдомах мало наркоманов, пьяниц и прочей шпаны, мало опасных элементов и вообще нет помешанных сектантов, которые всем москвичам встречались на улицах, а наоборот - в заточении психиатрических учреждений оказываются спокойные, здоровые граждане, где их принуждают к употреблению наркотических средств и полностью калечат. Задача этих государственных структур - нормального человека изуродовать и поставить под управление - от безысходности пострадавший становится зомби и готов на всё. На всё.
И здесь мы снова вернёмся к приватизации, только теперь уже средств производства - эта передача в частную собственность крупных российских государственных предприятий проводится также с начала 90-х годов XX столетия, причём, формально все граждане здесь равны, что является некоей экономической если не революцией, то эволюционным прорывом точно. Честно признаюсь, сделать это дополнение меня заставило то, что освободившись из 2-го заключения в дурдоме и временно оказавшись в весьма затруднительном финансовом положении, я вынужден был продать мелкий пакет акций крупного российского предприятия, так с трудом честно приобретённый ещё в период ваучерной приватизации, причём продать эти ценные бумаги мне пришлось по весьма низкой стоимости, по цене более чем в 2 раза ниже той, за которую мог бы их купить...
Итак, в период ваучерной приватизации некоторая часть акций бывших госпредприятий оказалась в руках народа, большей частью в собственности интеллигенции, в то время как люди из низких социальных слоёв, алкоголики и прочие при первой возможности продавали ваучеры за низкую плату, не зная как и что с ними делать, таким образом лишаясь возможности стать хотя бы миноритарным акционерами. Кроме этого, в 90-е годы XX столетия отдельные структуры обманом и нажимом завладевали приватизационными чеками граждан, но всё же, несмотря на это, малая часть обычного населения стала мелкими акционерами бывших государственных предприятий, особенно это превалировало на Урале и в Западно-Сибирском регионе России. Но вот шли годы и в СМИ стали появляться сообщения о том, что народ принуждают различными способами продавать акции, так-же как это ранее было с ваучерами. Угнетая население, класс управленцев выкупал по низкой цене акции у простых работяг и мелких служащих. Из СМИ мне запомнился только один пример, когда работникам крупных предприятий существенно задерживали выплату зарплаты на несколько месяцев, что в условиях крупной инфляции равносильно вообще отсутствию зарплаты и люди от безысходности вынуждены были продавать акции по предложенной им скупщиками низкой стоимости. Наверняка, имели место и другие хитрые способы по сути вымогательства ценных бумаг.
То, что мы видим на моём примере, на примере работников отдельных предприятий, происходит и в масштабах страны в целом: на деле правящие элементы обильно создают жестокие трудности, неожиданные губительные проблемы для всего остального населения, чтобы то сконцентрировалось лишь на разрешении этих узких вычурных социальных задач личного профиля для каждого и за этой вознёй полностью забыло о ещё недавно формально декларировавшихся в стране равенстве и мире, о демократии, гласности, о свободе, о надежде... Причём, обратите внимание: обескураживающие проблемы, о которых не каждый осмелится и сможет рассказать во всеуслышанье, особенно если его оставили в живых, но задавили транквилизаторами и лишили ночлега в холодной стране...
По сути, за десяток с лишним лет после 90-х годов XX века в России, игнорируя всегда быстрый научно-технический прогресс и некоторые другие подвижки, бросающиеся в глаза, основа общественного строя осталась та же, что и при СССР, да это и немудрено - для смены общественной формации требуется гораздо больший срок - века; безусловно нужно нарождение и не одна смена поколений.
Несмотря на официальную профанацию о стимулировании малого бизнеса и частного предпринимательства, в реалиях мелкий бизнес губиться со всех сторон, а на его месте становятся монополии.
Людей гнетут как угодно, превращают в податливых рабов, а бывшие коммунистические партийные чиновники и их ставленники превратились из скрытых в более известных, полноценных владельцев средств производства, ...а по другому и не могло быть в столь малый промежуток времени. Обратите внимание: теперь Право на средства производства может на законных основаниях передаваться и по наследству и по завещанию. Конечно, этим социальные классы в стране совсем недавно оформились в несколько более современный вид.
Именно постепенное широкое оформление частной собственности в стране со всеми вытекающими отсюда послетствиями и привело к тому, что при любых контактах идёт выяснение социального статуса человека, а значит родственных связей прежде всего!
Интересно отдельно отметить, как в этой связи действуют работники государственных правоохранительных и следственных органов. Ими официально распространяются сведения, что высокий уровень преступности среди граждан из неблагополучных семей. Возможно действительно от безысходности и отсутствия или неправильного воспитания более высокий уровень преступности среди данной категории населения слегка и присутствует.
Но основная причина в другом. Никаких следственных работ, серьёзных допросов и выяснения улик никогда не производилось и не производится. Сотрудников органов в первую очередь интересуют социальные связи лица, обвиняемого в преступлении, и если он имеет родственников, супруга или даже член преступной банды, то против него никогда или очень редко будет заведено следствие по уголовному делу, так как очень возможно, что родственники или знакомые встанут на его защиту, будут укрывать, наймут адвоката и уголовное дело в конце-концов развалится и не будет доведено до конца, кроме этого преступник, зная свою вину, скорее больше заплатит адвокату и только в крайнем случае, строя из себя, конечно, невинного, выплатит откуп следователям. А за зарегистрированные, но нераскрытые преступления органы внутренних дел подвергаются какой-то ответственности, поэтому так часто пострадавшим отказывают даже в регистрации преступления. Более того, если схвачен член преступной банды, то его подельники могут мстить работникам следственных органов - чего те боятся больше всего. Тоже самое происходит если подозреваемый занимает приличную должность - это показатель крепких социальных связей. Поэтому, не заводя уголовного дела, работники милиции скорее сразу сговорятся, выпьют с преступником алкоголь, возьмут откуп и оставят его в покое.
Другое дело одинокий культурный человек - как это, например, случилось со мною. На защиту никто из родственников не встанет, значительных связей по социальной лестнице нет. Поэтому, используя любой момент, вот против таких-то людей и фальсифицируются все дела! Пользуясь успешным опытом преступников-психиатров, работники внутренних дел инкриминируют уголовные дела здоровым порядочным гражданам, но формально стоящим на психиатрическом учёте в ПНД. Кроме того, как мне стало известно, сотрудники следственных органов, ловко и преступно оперируя отработанными приёмами с одиноким и уже заключённым человеком, легко добиваются его, якобы, формального признания по несодеянным им уголовным преступлениям, но ранее зарегистрированным органами и, конечно, не раскрытым.
Именно одиноким и социально незащищённым гражданам в России инкриминируют преступления, именно они часто невинно отбывают долгие сроки в различных местах лишения свободы.
Взгляните на пример со мною, я преступлений не совершал, а наоборот - пострадавший - но с меня в ОВД района "Беговой" в 2001 году сняли все данные, чтобы при случае на будущее успешно сфальсифицировать против меня уголовное дело и отдать под суд. А у этого подонка-развратника Шубина В.Д. появляющегося в квартире с травмами от драк никто не соизволил проверить отпечатки пальцев. Милиция не принимала никаких мер, когда он с супругой устраивал дома пьяные разбои, ломал купленные мною вещи, воровал, пытался выколоть мне глаза, схватив за лицо! Местный ОВД игнорирует любые улики против социально защищённого преступника и инкриминирует дела против беззащитных одиноких.
По сути дела, неожиданное заточение органами милиции порядочного человека в дурдом "на экспертизу" - является проверкой социальных связей пострадавшего и если психиатры поставят его на учёт в ПНД для последующего отнимания собственности, то это "зелёный сигнал светофора" для инкриминирования и фальсификации угловного дела против бесправного гражданина - после психбольницы социальные связи маленькие, помощи или алиби не будет.
Тоже самое и в дурдомах. Преступность среди психиатров является массовым и вероломным способом угнетения людей, активно используется для понижения социального статуса граждан часто из средних слоёв и социально незащищённых категорий. Государственная психиатрия и на сегодняшний день мощное и хитрое орудие в руках правящего класса страны - это отдельная испытанная вертикальная структура рабовладения в ней.
И видимо отправным моментом служит существование внегласных распоряжений среди государственных ведомств об уничежении людей через психиатрические учреждения.
Хотя меня психиатрия коснулась по "квартирному вопросу", коротко приведу имена нескольких людей, которые были совсем недавно заточены из-за политических целей правящих кругов:
10. Самчук Ольга Феодосьевна - государственный служащий одного из подразделений администрации Орловской области. Писала жалобы, пыталась подать в суд на губернатора края Егора Строева и за это была насильно в августе 1999 года преступно заточена на 1 месяц в 7-е отделение злосчастной психиатрической больницы №4 имени Ганнушкина города Москвы. После высвобождения её ещё несколько раз пытались искалечить в других психиатрических учреждениях страны. Лишь в мае 2003 года Самчук удалось узнать, что при 1-й "госпитализации" было вынесено преступное и противозаконное постановление от 1 сентября 1999 года всё того же Преображенского межмуниципального суда города Москвы о недобровольной госпитализации с уже знакомым по моей истории сфальсифицированным диагнозом "параноидной шизофрении"!
11. Рафаэль Усманов - магаданский правозащитник, баллотировавшийся на пост губернатора области в 2000 году. Соперники, нежелая отдавать власть, его противозаконно признали невменяемым и отправили на принудительное лечение в далёкую психбольницу города Санкт-Петербурга. К сожалению, в российских СМИ почти нет о нём никакой информации! Известно, что на конец лета 2003 года он попрежнему заключён в дурдоме и ему препятствуется в любых контактах.
12. Юрий Марченко - Санкт-Петербургский правозащитник. Был на полгода заточён в городскую психиатрическую больницу №6.
Суть отечественной психиатрии - растоптать в здоровом, порядочном человеке всякую личность, сделать из него ни на что не претендующего зомбированного раба.
Из истории известно, методы угнетения на деле всегда включают два обязательных элемента: обман и насилие. Подходит ли это к психиатрии?
Любому гражданину, кто сталкнулся с дурдомом, об ожесточённом обмане и насилиях, испытанных там, жутко и горько вспоминать! Психиатрами активно используется откровенная физическая сила против человека и среди работников психиатрических учреждений много лицемерной шпаны, склонной к садизму и глумлению с заключёнными.
То, что отечественная психиатрия относится к медицине - враньё, подобное разглагольству о том, что милиция стоит на охране порядка, а прокуратура и суд защищают права граждан! Я не видел ни одного человека, вылеченного психиатрами, а вот искалеченных пришлось лицезреть вдоволь.
Методы калечения людей.
В заключении повествования, когда уже многое рассказано, мне хотелось бы ещё раз очертить основной круг методов, которыми намеренно уродуют граждан в застенках дурдомов, выдавая это за "психиатрическое лечение".
13. Издевательства: насилие, принуждение к выполнению развратных действий, лишение гигиенических норм, заточение в круг узников, страдающих различными инфекционными заболеваниями. Такие методы глумления над безвинным человеком доводят его до нервного истощения и развитию у него индуцированного психоза.
14. Морение голодом. Персонал нагло разворовывает питание, предназначенное пациентам. Отдельным узникам специально устраивают голодовку.
15. Препятствование во сне. Беспорядок в отделениях такой, что медперсонал отдаёт всю власть опасным психически больным садистам и прочим. Те по ночам не дают спать другим узникам. В палатах то там, то тут устраиваются сборища, скандалы, потасовки.
16. Отравление сильнодействующими психотропными средствами.
Вместе 2,3 и 4 пункты приводят к отмиранию клеток головного мозга у заключённых, нарушаются функции организма и индуцированный психоз постепенно перерастает в индогенный! Так выполняется верный план преступников-психиатров по калечению человека - теперь пациент психбольницы действительно подпадает под диагноз тяжёлого психического расстройства и его можно смело лишать дееспособности!
Методика психиатрического освидетельствования.
И уже после рассказа о методах калечения, теперь резюмирую как же реально происходит психиатрическое освидетельствование человека, которое даёт основание психиатру вынести вердикт об остром заболевании гражданина.
Здесь работа врача-фраера состоит из двух этапов:
17. Долгий разговор с мошенниками, заинтересованными в уничижении человека.
Выяснение их целей. Определение социального статуса аферистов, получение от них заверений в сокрытии очередного преступления. Так же от заинтересованных лиц получается информация об имуществе жертвы, родственных связях, личных способностях и социальном положении. Этот первый долгий разговор затем по мере проведения преступной операции продолжится столь же насыщенными переговорами. И обязательным завершением каждого контакта психиатра с мошенниками станет получение очередной взятки.
18. Дознание психиатра к жертве.
На этом этапе психиатр должен убедиться, что информация, предоставляемая ему аферистами, верна. Поэтому сначала под видом аккуратного заполнения обязательных полей в медицинской документации психиатр, состроив равнодушную гримасу, спросит о месте прописки, проживания и работы жертвы, занимаемой им должности и, скорчив более сердечный вид, поинтересуется раньше кем работали, хватает ли зарплаты на жизнь?
Затем, теперь под предлогом задушевной беседы, якобы, о состоянии здоровья пациента, психиатр будет скрытно, но окончательно осведомляться: спросит с кем Вы живёте? Какие отношения по месту проживания с соседями? А сколько комнат в квартире, может быть можно переехать в другую? А есть ли другая жилплощадь, может лучше уехать туда? Почему не переезжаете? А какие у Вас отношения с друзьями? Какие есть родственники, давно ли виделись?
Все вопросы вроде бы обычные, но за ними психиатр хочет удостовериться каково имущество жертвы - например, не скрывают ли от него аферисты, что кроме московской квартиры у пациента ещё в собственности благоустроенная дача, а то может быть и банковские вклады накопились?! Надо удостовериться кто неожиданно может встать на защиту жертвы? А кто помешает стать аферистам опекунами или наследниками?
Вот такие вопросы решаются при психиатрическом освидетельствовании, так оно и происходит. Горькая судьба ждёт человека, который, непочуяв подвоха, на них честно станет отвечать и раскроет перед преступниками в белых халатах всё, а под действием губительных препаратов так и случается.

Официальной пропагандой искусственно нагнетается мнение, что в психбольницах всё нормально. По состоянию на начало лета 2003 года огалтелые преступники-подонки - фашисты в белых халатах Грозов С.П., Грициенко В.Д., Прытова Е.Б. до сих пор даже занимают свои ценные должности. На 5 моих, отца и адвоката жалоб в различные органы прокурорского надзора официальный письменный, чисто формальный нейтральный ответ пришёл только 1. Районный и городской суды отказали в иске против фиктивной справки из ПНД№4, еле-еле после приперательств дав письменный отказ. Проиграно дело в Мосгорсуде об обжаловании антизаконного постановления Преображенского суда на принудительную 2-ю госпитализацию, где лицемеры "врачи" ссылались ещё на 1-ю полностью противозаконную госпитализацию и фиктивное направление ПНД. Более года тянулось дело против "Психиатрической больницы №4 города Москвы имени Ганнушкина", где, по нашей просьбе, суд обязал "Институт социальной и судебной психиатрии имени Сербского" провести мне независимую психиатрическую экспертизу, которая так и не была произведена, а судебный процесс умело прикрыт, под предлогом якобы неявки ответчиков в суд. Из большинства других инстанций жалобы просто сначала спускаются в нижестоящие структуры, а затем в профильные ведомства: Министерство здравоохранения РФ или Департамент здравоохранения Москвы - откуда действия по искоренению преступности с пособничеством психиатров отсутствуют, а всё сводится к тому, что мои жалобы читают сами жулики-психиатры, получая возможность подготовиться и подтусовать бумаги. Молчат известные СМИ.
По словам потерпевших, бывших в 5-м отделении Ганнушкино и в 2003 году, там творится полный беспредел и никаких изменений не произошло. Более того, опасные садисты, находящиеся в помещении в небольшом колическтве, получили полную влась над остальными узниками, ходят со шприцами и, издеваясь, неумело вкалывают другим спокойным пациентам отравляющие препараты - опасные психбольные глумятся над невинными людьми!
Отечественные психиатры дружат, сотрудничают и только содействуют преступникам, уничижая здоровых граждан.
ПНД№4 устным порядком отказывается дать письменный ответ о постановке меня на учёт, но тем не менее в ОВД района "Беговой" постоянно появляются фиктивные направления для срочной принудительной доставки меня в психиатрическое учреждение и после неудачной попытки в очередной раз это сделать весной 2003 года 18 апреля я был избит до потери сознания и ограблен неизвестными, караулившими у подъезда дома.
Несмотря на обширную официальную профанацию о стимулировании развития малого бизнеса и предпринимательства, о выходе в свет из теневой экономики, сложилось противоречивое положение, когда честные способные граждане лишены возможности работать официально на благо страны. Прослеживается тенденция, что именно порядочных людей, преимущественно астенического склада характера, мошенники-преступники, угнетая, швыряют в различные застенки мест лишения свободы. Фактически реальная ситуация такова: 2-3 жулика, сговорившись, могут отправить человека в места заключения или лишить жизни, посредством государственных служб, ещё и завладев всем его имуществом. Несмотря на жалобы граждан, на гибель многочисленных людей, в пресловутом Законе РФ №3185-1 происходят малозначительные изменения, плохо касающиеся сути вопроса - да и те редко. В стране подавно переполнены тюрьмы, следственные изоляторы, переполнены психиатрические больницы и детские приюты. Почему так? Именно постепенное осознание этого факта, факта того, что лицемерная жестокая бесконтрольная истребительно-карательная внутренняя политика является обязательной составляющей и продолжением состояния общества на определённой стадии его существования, а преступная психиатрия и медицина вообще, являются всего лишь одним из своего рода симптомов такого состояния государства, и подвигло меня создать эту работу. Я против, что дожив до 50 лет, многие люди здесь обречены на разочарование и лишение основных прав.
Мы подошли к констатации главного: психиатрическая помощь в России по сути представляет мафиозную структуру. По-видимому, бесконтрольная государственная психиатрия, изобилующая преступностью, является частью внутренней политики по жестокому гнёту народных масс - человек, побывавший в психбольнице или поставленный на учёт в ПНД, несмотря на формальные гарантии, уже ни на что не претендует, фактически он бесправен и уязвим - фактически он раб Системы и не вправе обращаться за помощью в государственные структуры.
По деяниям сегодняшнюю отечественную психиатрию исторически можно сравнить с былой ежовщиной, постепенно окутавшей страну в 30-х годах XX века после ликвидации НЭПа, а с ним и угасания всех надежд населения на становление жизни.
Преступники в дурдомах совершенно безответственно продолжают учинять злодеяния, испытывая от этого только меркантильно-садиистические удовольствия.
И если табакокурильщики, пьянницы, наркоманы, склонные к выходкам и насилию, редко попадают в психиатрическую больницу и на свободе умирают от болезнетворной мании не дожив до пенсии, то малое число совсем других людей фактически лишается имущества и губится так-же не дожив до возрастной пенсии, но в дурдомах. Горько...
Такое положение напрямую приводит к геноциду нации, к вырождению народа, что и можно заметить из статистических данных, в противоположность всем лишь формальным стараниям государственного аппарата, столь широко освещаемым в СМИ. Правящие элементы заинтересованы только в массовом нарождении новых молодых подчиняющихся рабов, а в дальнейшем потребность лишь в скором угасании человека. Именно поэтому на деле в стране проводится широкая реклама и поощрение разврата, наркомании, пьянства, табакокурения и прочей нечести... И наоборот - сохранившихся редких здоровых, порядочных людей только калечат, упекая в дурдома, приучая к наркомании методами, хитро узаконенными, и не дают настоящей интеллигенции никакой возможности подняться по социальной лестнице.
Попутно отмечу, сокращение численности населения в первую очередь связано не с бедностью, как официально профандируется, а с другими факторами:
19. Широкое распространение гомосексуальных связей.
20. Малое число крепких семей, что только ведёт к повсеместному использованию противозачаточных средств, абортам и откровенному убийству новорождённых.
21. Огромное количество заказных убийств, проводимое различными искусными методами и большей частью, конечно, скрытое от всякой официальной статистики.
Сам плохо разбираюсь в истории, но то, о чём рассказал свидетельствует: исторически народам России ещё далеко до развитого капитализма, явно сильны глубинные механизмы из древности.
Читателю надо понять, что меня выписали во 2-й раз через месяц не потому, что поняли - я психически здоровый человек - это преступники понимали и раньше, а потому что не могли из-за формальных обстоятельств, по чистой случайности, применить ко мне губительные препараты, как это было в 1-й раз и, находясь в здравом уме долгий срок, я мог больше рассказать о злодеяниях творимых с различными людьми в 5-м отделении "Ганнушкино". Только поэтому и выпустили - чтобы не узнал и не рассказал большего. А кроме того, лишь много позже, через год, когда были отосланы 1-е письма с жалобами, стало известно, что мой отец перед освобождением дал за меня клятву Нарышкину о неразглашении их омерзительных тайн.
Я принадлежу к тому малому разрозненному контингенту граждан, кто кое-как пока выбрался из дьявольской "мясорубки" ещё относительно не сильно пострадавшим. Другие, в случае редкого "гуманного" высвобождения в жутком состоянии, лишены права говорить об этом: отсутствует возможность работать за компьютером, отсутствует возможность написать письмо, нет возможности даже обратиться к людям, нет возможности существовать...
Обо всём этом знают преступники - пусть об этом узнают и простые честные, особенно молодые, граждане для предупреждения: на Родине власть обмана, оружия и насилия.
За эту работу лицемерные оборотни в милиции и психиатрии в своём кругу негласно приговорили меня к смерти.
Повествование получилось жёстким и критическим. Надеюсь, Вы меня поймёте: прямая критика - одно из проявлений любви. Любви, пусть не опытной ещё, но любви!
Всё!

Дизайн 2010 - 2012 год     По всем вопросам и предложениям пишите на goldbiblioteca@yandex.ru