лого  www.goldbiblioteca.ru


Loading

Скачать бесплатно

Читать онлайн Драпкин.Б.З. Суггестивная психотерапия

 

Навигация


Ссылки на книги и материалы предоставлены для ознакомления, с последующим обязательным удалением, авторские права на книги принадлежат исключительно авторам книг












































Яндекс цитирования

 

Б.З.Драпкин Профессор психотерапии

Суггестивная психотерапия

Лекция 19 декабря 2001 года

С моей точки зрения, в учении о гипнозе за последние годы ничего не произошло. Может быть, нельзя было полностью согласиться с представлением о гипнотерапии, изложенным в монографии «Слово как физиологический и лечебный фактор» Платоновым; может быть, не совсем можно согласиться с работами Владимира Евгеньевича Рожнова, да и многих наших психотерапевтов-корифеев, потому что они, все-таки, базируются на павловском учении: на учении о сигнальных системах, на учении о больных пунктах, на учении о бодрствующем очаге в коре и т.д., т.е. на физиологии. Эта точка зрения бытует и за рубежом, но она там не ведущая. И, вообще, во Франции, в Германии и особенно в Америке интерес к гипнотерапии возобновляется или возник вновь только в последние годы, и в значительной степени он связан с именем М.Эриксона. Бесспорно, он великолепный психотерапевт, который предложил свой вариант гипнотерапии. Я, к сожалению, не сталкивался с его учениками, а знаком с этим только по литературе. Возможно поэтому, я не вижу там ничего принципиально нового. М.Эриксон ? блестящий тонкий психотерапевт, владеющий всеми методиками. Поэтому, можно сказать, что по современным представлениям, гипноз ? это не сон. Вы это хорошо знаете. Это активное состояние, но не обычное. Подтверждается это и отечественными электрофизиологическими работами, и американскими работами, потому что на электроэнцефалограмме (ЭЭГ) нет картины сна, ? там есть активность, мозг в этот момент работает. Я думаю, что это как раз естественно: почему мозг не должен работать, когда он должен нам отвечать? Поэтому, это активное состояние. Распространены психоаналитические трактовки гипноза. Мне они не понятны, так как, по-моему, практически ничего не дают.
Я бы сформулировал современное представление о гипнозе так: гипноз ? это особое состояние, возникающее у пациента в процессе общения с вооруженными специальными методиками специалистом, и имеющее характерную особенность: на протяжении всей работы может меняться глубина состояния расслабления, дремоты и т.д., с сохранением раппорта, т.е. контакта с тем, с кем он работает. Это то представление, которое, я думаю, должно удовлетворить всех, ? не навязывая умозаключений и не основываясь на физиологии. Это особое и деятельное состояние, это не пассив. Раньше считалось, что гипнотизер ? это несущее, активное начало, подавляющий волю своего пациента, а пациент ? это объект, на которое это начало действует… А помните, писали в литературе: «В процессе гипнотерапии не совсем ясно, кто кого дурачит: врач ? больного или больной ? врача». Так вот, если мы начинаем навязывать теорию ? это неправильно. А если мы считаем, что гипнотерапия ? это труд, это работа, ? тогда это правильно.
Чтобы мне еще хотелось, уважаемые коллеги, сказать? Гипнотерапия поменялась в другом аспекте. Не в плане трактовки механизмов: может быть, придет время, когда эти механизмы будут детально раскрыты. Если бы И.П.Павлов работал дальше, может быть он и продвинулся бы в глубину… Что изменилось? Изменилась гипнабельность и изменились гипнотерапевты. Если во времена Бернгейма, Шарко и др. вся работа основывалась на чрезвычайно высокой внушаемости больных (пациентов, объектов воздействия) и на огромном авторитете некоторых гипнотерапевтов, то в настоящее время ситуация радикально изменилась. Внушаемость населения резко упала. Человеческий мозг, очевидно, созревает: прошло 100 лет и он стал более зрелым. Для гипнотерапевта получить в свое распоряжение сомнамбулу ? это большая удача. Я помню, что когда я работал с потрясающей сомнамбулой, то Владимир Евгеньевич Рожнов специально привозил свои циклы ко мне, чтобы мы могли поработать, и он мог убедить людей, что это действительно состояние. Я могу по пальцам пересчитать, сколько за 45 лет работы у меня было хороших сомнамбул, т.е. пациентов, которые впадают в глубокое гипнотическое состояние. И дело даже не во мне, потому что и у других психотерапевтов я не видел большого количества настоящих сомнамбул. Это первое. Также меня очень огорчает, что: «гипнозу можно научиться». Как можно научиться гипнозу ? я не понимаю. Гипнозом можно овладеть, а для того, чтобы им овладеть, надо свою суть в это включить. Если ты по структуре достаточно авторитарен, можешь в процессе работы себя «отдать», себя реализовать в действии, то у тебя будет получаться. А таких немного. И нельзя, предположим, читать про себя стихи Пушкина, думать о чем-то личном, одновременно делая какие-то гипнотические мероприятия: пассы, попытки усыпить. Это ? требование! Поэтому, я должен сказать, что гипнотерапия сложна, и упрощать ее не надо. Кроме того, мы, психотерапевты, очень «писучие»; если взять гору литературы, где описывается гипноз, то обнаруживается, что эти описания, по сути, ничем не отличаются; может быть, в наше время добавляется больше истории, отыскиваются ранее не известные факты, а в остальном ? все одно и тоже. Динамики в развитии гипноза нет, а есть какая-то особая динамика, о которой я вам только что сказал. Что почитать по гипнотерапии?… Обратитесь к Гордееву; он пишет книжки, в частности, и по эриксоновскому гипнозу. А я вам буду рассказывать то, что я чувствую, то, что считаю необходимым.
Гипноз ? составная часть внушения, суггестии. И вообще, мы недооцениваем роль внушения, а ведь вся наша жизнь зиждется на внушении.Ну, начнем с глобальных вещей. Кто лучше всех, как вы думаете, внушал? Гитлер. Он совершенно спокойно поднимал стотысячную аудиторию, и люди забывали все на свете, теряя свое лицо. Кто блестящий сугестолог? Кастро. Помните, пять часов он может держать любую аудиторию. Это политические деятели, это люди, которые несут мощный заряд в себе. С теми группами, с которыми я работаю, я свои мысли, свои идеи, свои методы вбиваю, в сознание пациента я последовательно внушаю собственные представления о чем-либо. Я и сейчас занимаюсь внушением, я хочу ваше представление о гипнозе перевести в мою веру, в веру психотерапевта немножко косного и проч. … А помните рациональную психотерапию Дюбуа? Ведь даже современники писали, что его метод ? хуже. А убеждения, разъяснения и проч. работают в его руках в 5 раз лучше, чем в любых других. Почему? Да потому что авторитет у этого человека был колоссальный! И конечно, помимо рационального радикала психотерапии, он обладал мощнейшей суггестией: его имя действовало. И т.д. Вся наша жизнь построена на различных способах внушения. Назовите мне какой-нибудь метод психотерапии ? и я вам попытаюсь объяснить, что это все равно суггестия. Коллективно-групповая? А что, групповод не занимается суггестией? Конечно, занимается. А психоаналитики? Да, конечно они утверждают, что совсем не занимаются суггестией, но имя психоаналитика работает, весь психоаналитический авторитет работает. Значит, это косвенная суггестия. Ну и наконец, вопрос: почему верующие не признают гипноз, отказываются от него? Те, кто занимается гипнозом, с этим сталкивались… А чем, простите, занимается церковь? Мы просто конкуренты! Поэтому, она пользуется своим авторитетом, чтобы нам сказать: «не думай о людях, о больных». То есть я хочу сказать, что различные варианты суггестии целиком насыщают нашу жизнь. И дома мы этим занимаемся и т.д. Дальше мы будем говорить о различных методах суггестии, о классическом гипнозе. Вот, эриксоновский гипноз: там все связано с наращиванием общностей, подстраиванием и т.д. А в сумме ? все равно суггестия. И авторитет у человека колоссальный, и личность могучая, и жизнь потрясающая: перенесший полиомиелит и вставший после этого, перенесший вторую атаку и снова в жизни. Но потрясающий психотерапевт… Поэтому, я вам буду рассказывать некоторые случаи из жизни и показывать, где мне приходилось сталкиваться с суггестией, где ее проводить, что такое косвенная суггестия и т.д.
Лет 20 назад по стране прокатился слух, что в городе Георгиу-Деж (теперь ? Лиски) Воронежской области появился смотритель причала, который хорошо лечит заикание. И толпы заикающихся (их много: 1,5-2 , 5 % от всего населения; логопедия не справляется, психотерапия без специальных методов недостаточна эффективна; в общем, фактически заикающихся сколько в начале жизни, столько и в конце, с небольшой разницей) хлынули в этот город. Городские власти переполошились… А город-то особенный: сюда Екатерина II ссылала всех своих разбойников и проч., и в городе много потомков разбойников и… гипнотизеров. Заинтересовался Воронежский обком партии, прокуратура возбудила против него уголовное дело. Включилось министерство здравоохранения, министром был Потапов ? психиатр, человек очень своеобразный и интересный… Была создана комиссия и меня попросили возглавить эту комиссию.
Мы поехали в этот город. А дальше начались чудеса. Утром мы приехали в Воронеж, доложились в обкоме партии, представитель обкома партии «погрузил» нас в черную «Волгу», и привез в Георгиу-Деж, на ту улицу, где жил и работал А.А.Иванкин. Это окраина города, над Доном, длинная улица, маленькие домики и сплошные машины стоят. Около одного домика ? толпа. Это был первый день, когда он начинал набор в новую группу. Алексей Андреевич был огорчен и напряжен, потому что знал, что решается его судьба. Я сказал ему: «Алексей Андреевич, считайте, что нас здесь нет. Я вас очень прошу: работайте так, как работаете всегда. Вы поможете нам: если вы будете на нас реагировать, у вас просто не получится. Работайте как обычно». Дальше началось что-то совершенно невообразимое… Крохотный домик (домик его матери): одна комната и кухонька, маленький участок с перекосившимся забором, в котором он и жил; спал на полу… Открывается дверь и перед толпой появляется Он. Через полчаса все люди, которых он вызвал на лечение, были абсолютно его. Я такого воздействия никогда не видел! Такая волна, какого-то особого суггестивного внушающего напора, шла от этого человека! Да, смотритель причала, ? один курс философского факультета МГУ, дальше не получилось. Затем, он начал работать… (Меня назначили председателем комиссии, так как я знаю психотерапию и заикание, неплохо знаю) В первый же день я сказал представителю обкома партии, что он может уезжать, а мы остаемся, и что к 10 дню (цикл работы целителя) будет прекрасный результат. Я в этом не сомневаюсь. …Как профессионально он держал эту группу! Как творчески он с ними занимался! Какие он проводил суггестивные сеансы! Он с группой бегал по лесу! Он смог заставить работать этих заикающихся почти круглосуточно, с перерывами на сон! Сколько мы увидели интереснейших находок, услышали фраз! Каждое утро группы и родители собирались около крыльца, и он выходил к ним… ; там всем не поместится… Его фразы: «Я уже сроднился с вашими детьми [ а там «дети» и по 30, и по 40 лет, и 15-ти летние были; такая смешанная группа, но маленьких детей не было], и я хочу понять главное [Смотрите, какая психотерапевтическая фраза! Вот что такое стихийно врожденный психотерапевт!]… Я вас всех уже полюбил, я дал вам задание, я поставил вас в определенные рамки… Вы должны работать. Если вы не будете хоть что-то выполнять, я, как Алексей Андреевич, вас прощу, потому что вы уже мне родные. Но процесс, который я веду, вам не простит ничего! Вы поняли?» И на этом было все основано… Действительно, в последний день ? блестящий результат! Я не говорю, что это результат навсегда. Но за 10 дней он получал такие результаты, которые вряд ли мог получить кто-либо другой! Большой процент стойкого восстановления речи подтверждался огромным количеством писем и просьбами снова принять на лечение и т.д. И интересно то, что происходило еще дальше…
Да, раз мы ? психотерапевты, надо два слова сказать об этом городе. Это действительно удивительный город! Нас познакомили там с работником железнодорожного депо, обладающим цирковыми гипнотическими возможностями. То, что нам рассказали, заключалось в следующем. Как-то его попросили на работе: «Загипнотизируй наш коллектив депо». «Пожалуйста!» Как он это делал ? никто не понял, но вечером все работники этого депо сидели и ловили в сточной канаве (а там тепловозы в эту канаву масло сливают) рыбу, потом брали чурки, заворачивали «улов» и выносили его через проходную. Это категорически запрещено ? выносить металл с территории, а на проходной их спокойно пропускали… Но этого оказалось мало. Как рассказывал главврач местной больницы, когда этот человек там лежал, произошло следующее. Больным стало скучно, его попросили как-нибудь их развлечь. Он сказал: «Будем ловить рыбу!» Этот пятиэтажный дом стоит в центре города и до Дона ? 3 километра. Он раздал больным огромное количество удочек… Вечером, из каждого окна торчала удочка и «ловилась» эта рыба. А что сделал он (смотрите, что такое суггестия!)? Внизу бегал его помощник с ведрами рыбы и на крючки навешивал рыбу. И они ее «вылавливали». Этот ажиотаж продолжался до тех пор, пока помощник внизу ходил… (Это все было 15 лет назад.) Мало того, по рассказу главврача, он загнал весь персонал больницы на шкафы и на столы, устроив им «наводнение»! Для всех! Вот такая сила суггестии! Нам он показал бумажных человечков. Комната, дверь, на пороге нарезаны фигурки человечков… Он вышел, сломал 2 палочки у кустика, при нас встал сзади, ничего не привязывая, и у него человечки встали. Потом он начал наигрывать им мелодии, они канкан танцевали и проч.. Чудо? Не чудо. Но очень грамотная, очень тонкая суггестия.
А с Алексеем Андреевичем было очень хорошо. В последний день на заседании горкома партии я доложил, что это сложная большая психотерапия, не приносящая вреда. В общем, поддержал его. После этого я приехал в Москву и написал отчет… Знаете, даже на меня этот человек подействовал, потому что я здорово написал отчет. Я терпеть не могу писать, но я написал такой психический статус, который читался в министерстве как…! Потапов все прочитал, и, наконец, ? коллегия Минздрава, на которую приглашают Алексея Андреевича, и на которой присутствуют все его оппоненты во главе с профессором Шкловским и директором Института психиатрии профессором Ковалевым, которые настроены его громить. Я делаю свое сообщение… (Единственное, о чем я его попросил: «Алексей Андреевич, Бога ради, не говорите о теории. Говорите, что вы хотите им помогать и помогаете. Только не говорите, как у вас это получается».) Он, все же, вызвал «огонь» на себя, все высокопоставленные оппоненты выступали, громили его и т.д. … А потом произошло самое неожиданное. Встал Потапов и сказал: «Я вас всех выслушал, но дело в том, что, прочитав этот отчет, я специально летал в Воронеж (на мою родину), проверить все то, что здесь написано. И я поддерживаю целиком этого человека». И Алексею Андреевичу Иванкину было присвоено звание «народный целитель». Алексей Андреевич работает до сих пор.
После этого резко изменилась ситуация в городе: его сделали «человеком года»; из холупы он переехал в современнную квартиру на берегу Дона. И в наше время у него полно больных. Никакой рекламы нет: от заикающегося к заикающемуся идет информация. Он каждый месяц проводит 2-3 группы лечения… У меня с ним сохранились хорошие личные отношения. Что еще в этом человеке? Необычная внешность. В то время он еще не носил бороды; у него скошенный подбородок и я ему сказал: «Убери свой подбородок, закрой его, потому что он тебе не помогает». Он его закрыл и стал похож на К. Маркса. Был он у меня в гостях в Москве. Сидим мы за столом, открывается дверь и появляется моя пятилетняя внучка. Внимательно на него смотрит и хватается за голову: «Ой-ой-ой, ну и чудище пришло, еле ноги уношу!» Разворачивается от него и бегом… У этого человека потрясающие руки! Руки живые, руки тонкие, руки подтверждающие все, что он говорит! У психотерапевта должны быть руки; или их надо куда-то под стол… Потому что вот таких рук (скрещенные пальцы) у психотерапевта быть не должно. То есть, либо он с живыми руками, либо он с «камнем»… Это отвлекает больного.
Еще одна история, которую мы с Владимиром Евгеньевичем Рожновым скрывали, но сейчас мне уже можно об этом сказать… Возникла ситуация, когда было нужно определенной группе провести гипнотическое, суггестивное лечение по поводу алкоголизма. В группе было несколько человек, которых ни в коем случае нельзя было афишировать. Все это надо было делать за закрытыми дверями, что мы и делали. Владимир Евгеньевич как гипнолог, а я как его помощник (меня нисколько не унижало им быть), как человек, владеющий методом Дубровского по снятию алкоголизма. Метод Дубровского заключается в следующем (вы его сейчас сразу узнаете, потому что А. Довженко назвал этот метод своим именем. Сам Дубровский ? великолепный психотерапевт, ученик Бехтерева, который изобрел собственную систему лечения заикания, алкоголизма и т.д.: эмоционально-стрессовая суггестия в бодрствующем состоянии.). Сначала ? подписка от больного и его родных, и если он после этого лечения начнет употреблять спиртное, то врач никакой ответственности за его жизнь не несет. Дальше, выстраивалась шеренга алкоголиков (алкоголики, как вы знаете, очень внушаемы; самые внушаемые ? 2 группы больных: алкоголики и энуретики) и проводилась беседа о тлетворном влиянии спирта и проч., достаточно долго. Потом он проводил очень своеобразные пробы, которые я вам сегодня покажу и объясню, потому что они помогают для суггестии. И затем говорил: «А теперь я вас кодирую от алкоголизма [он проводил акт кодирования, своеобразный, с внушением, глаза в глаза] , и с этого момента вы пить не можете! Давайте попробуем. Я вас сейчас угощу спиртным». Брал ложку 70? спирта. «Открывайте рот!» По очереди открывали рот и он закидывал спирт в носоглотку. «Вот, попробуйте». Что творилось с этими людьми на фоне спирта! Уже им плохо, они уже валятся и в этот момент: «Я вам сейчас помогу», ? он берет полотенце, на него ? никотиновую кислоту и к лицу. Мощнейшее сосудорасширяющее действие: жар и т.д. Практически, это кодирование запоминалось очень надолго… Вот так и мы построили свою работу. Сначала немножечко от транса: мы взяли музыкального работника, он играл, а мы (я и эта группа) двигались, двигались все быстрее, быстрее, быстрее и быстрее, до состояния транса, не такого, конечно, как шаманы и проч., но приличного… Кто-то, наверное, помнит голос Владимира Евгеньевича. Голосина ? дай Боже! И когда он его включал… «Водка! Рвота!! Яд!!!» И после этого, в какой-то момент, громкая команда: «Спать!» И они тут же все впадали в гипнотический сон. Их надо было раскладывать по матам, и дальше, уже в лежачем положении, Владимир Евгеньевич продолжал суггестию: «Водка ? отрава!» и прочее, прочее. Это двойное кодирование давало очень сильный эффект!
Есть мощная авторитарная суггестия. Она может быть и гипнотическом состоянии, и в бодрствующем. Причем, у меня складывается довольно четкое представление, что эмоционально-стрессовая суггестия в бодрствующем состоянии ? наверное, самое сильное, что есть в психотерапии. Это ? хирургическая психотерапия. Сопротивления нет никакого! Прямая дорога в сознание, в подсознание, в вегетатику, ? куда хочешь! Идешь, как нож через масло. Здесь действительно эти люди тебе полностью подчиняются. Но за счет системы, а не за счет того, что в тебе сидит такая сила. Когда я буду говорить о строении эмоционально-стрессового сеанса, я вам объясню, как все это делается… Кто такой «гипнолог»? Гипнолог ? это врач любой специальности (по всей вероятности, психологи сейчас тоже получают право на психотерапию и, возможно, на суггестию), который владеет, в основном, одним методом. А кто «психотерапевт?» Это специалист, который владеет многими методами. И он для каждого больного подбирает адекватный метод, и для каждого больного создает свой комплекс, в котором есть место рациональному общению, убеждению, перспективным линиям (т.е. уже начинается суггестия), косвенным внушениям, гипнотерапии и т.д. Психотерапевт должен уметь владеть всем, но у каждого психотерапевта, в силу его личных особенностей, должны быть любимые методики. Я, по складу характера, тяготею к суггестивным методам. С одной особенностью: я никогда не навязываю своей воли и проч., а предварительно (подумайте об этом!) пытаюсь создать условия, решить или подвести к решению проблем (социальных, личных и др.), когда суггестия даст результат. Я не суггестию ставлю на первое место, а комплекс, в котором суггестия будет поддерживать, определять, направлять.
Теперь ? о косвенной суггестии. Это чрезвычайно распространенный метод… Я всегда рассказывал, как великий детский психиатр нашей страны, Груня Ефимовна Сухарева, использовала метод косвенного внушения при медикаментозном лечении. Ребенок вместе с родителями у нее на приеме, диагностика, настрой и т.д. Потом: «Теперь с вашим ребенком ясно, что делать. Для него есть специальное лекарство. Оно поступило к нам из-за рубежа; мы его опробировали, получили при таких же состояниях, как у вас, прекрасные результаты, но… сейчас я не могу вам его дать, потому что вся партия кончилась. Вы, пожалуйста, мне позвоните, и я вам скажу время, когда надо будет приехать с ребенком (желательно, с членами семьи), чтобы дать это лекарство вам и рассказать, как оно действует». Неделю, другую, третью звонят: «Нет, еще не пришло». Вы понимаете, что это такое? Идет нагнетание состояния ожидания чудесного препарата. Наконец, она им радостно сообщает: «Получили, приезжайте!», вся семья является в кабинет Груни Ефимовны (она была удивительно приятным человеком, замечательным детским психиатром). Она берет ключи, открывает сейф и там стоит коробочка, такая удивительная, с пятью крышками. И там такие таблеточки очень хорошенькие… Все это тщательно отсчитывается и говорится: «Будете давать тогда-то, они будут действовать так-то, так-то и так-то. Эффект наступит на такой-то день, в такое-то время, и дальше будет положительная динамика». Вся семья начинает лечиться, и вы знаете, какие были результаты?! Ни у кого таких результатов не было! Никакие нейролептики (тогда еще только появлялись аменазин, стелазин) не давали таких результатов. И я всегда говорю: как это здорово делала Груня Ефимовна! Но не она первая этот метод применила. Как-то перелистывая литературу, я нашел у старых авторов, что точно такое внушение было проведено то ли во Франции, то ли в Германии больным, страдающим туберкулезом, чахоткой в последней стадии. Лечащий врач сказал больным, что изобретен новый препарат, в другом государстве, оказывающий сильное действие на больных, страдающих чахоткой; мы его получим и будем вас им лечить. Получили препарат, лечили им (а там была пустышка: витамины или что-то подобное)… За неделю больные прибавляли 1,5-2 кг. в весе, у них терминальное состояние обрывалось и они, в общем, еще хорошо и долго тянули. Значит, даже на такой тяжелый процесс как туберкулезная интоксикация кавернозной формы косвенная суггестия оказывала мощное внушение.
У меня был очень близкий мне человек, совершенно удивительный (я вообще люблю вспоминать тех, с кем меня сводила судьба); это был писатель, очень яркий, очень творческий, с массой всяких особенностей… А у него была дочка, которая страдала ревматизмом. При обострении ей делали бесконечные уколы. Прихода медсестры (домой) она ждала с содроганием, плакала, просила: «Не надо!» Но надо было делать. Однажды, он мне говорит: «Ты же психотерапевт, помоги!» В ответ я сказал: «Не я, а ты ей поможешь. Она тебя больше всех любит и уважает. Она знает, что ты особый человек. Не забудь ей сказать, что ты обладаешь способностью снимать боль. Она тебе должна поверить». И вот он ей говорит: «Леночка, я совершенно забыл: я еще в детстве снимал боль. Теперь, я сниму тебе боль». Она с недоверием на него смотрит (12 лет было девочке). «Давай я тебе покажу, как я это делаю. Я сначала у себя сниму боль…» (Я ему сказал: «Ты сначала у себя «сними» боль и пусть она проверит, что тебе не больно. Пусть проверит, как хочет, а тебе придется потерпеть».) Он «поколдовал» над своей рукой и сказал: «Ну, вот, все в порядке. Эта рука ничего не чувствует». (А девчонка, кстати, без компонента истероидности, скорее психоастеничная, второсигнальная.) Она с недоверием пощупала его руку, он улыбается… Тогда она, не долго думая, вцепилась в эту руку зубами и прокусила! Ему было больно, но он улыбался: что ради ребенка не вытерпишь. Пошла кровь. «Папа, тебе не больно?» «Ну, что ты, я же тебе сказал, что мне не больно». «Ну, давай, снимай». Он «поколдовал» над ее ягодицами. Прихода сестры она ждала с нетерпением, а не со страхом. С улыбкой ждала, и в глазах был вопрос: «А как?» И, когда медсестра пришла делать ей уколы, никакой болевой чувствительности не было, не было совсем. И нет до сих пор! (Именно к уколам, к другим факторам осталась.) Она уже взрослая женщина.
И последнее, чтобы не задерживать ваше внимание на косвенных внушениях… Это пример из моей личной жизни. В детстве я много болел. Были у меня тяжелые ангины, больше 50. Они сопровождались не только подъемом температуры, но и галюцинозом. На пике заболевания комната заполнялась чудовищами: пауки, медведи, что-то непонятное… Конечно, было очень страшно. Как этот страх выражался, я сейчас не помню, но то, что он был, я до сих пор помню. Домашний доктор (тогда, в начале 40-ых годов такое было) пришла и сказала: «Я тебе помогу. Я тебе привезу заколдованную коробочку, ты в эту коробочку собери всю эту нечисть, закрой ее, отдай маме, а мама передаст мне и я с ними разделаюсь». Она принесла красненькую деревянную коробочку с такой скрипящей притертой крышечкой. Я собрал туда всех эти гадов… Что удивительно, все они туда поместились (что значит суггестия!); я ее закрыл и отдал… После этого были ангины, и еще много, ? но никакого галлюциноза. Поэтому, суггестию нельзя недооценивать… И когда мы выписываем препарат, мы должны помнить, что надо добавить к нему суггестию. Здесь же двойной «слепой» метод, верно? Апробация препарата… Раньше был просто «слепой»: больной не знал ? врач знал. Это было «не чисто», потому что врач волей-неволей где-то, да добавлял суггестию. Двойной «слепой»: ни врач не знает, ни больной не знает, надо только описывать. Вы назначаете физиотерапевтическую процедуру, и т.д., и т.д., т.е. любое медицинское действие вы должны сопровождать возможной суггестией, и тогда эффективность будет намного больше. Эти косвенные внушения везде и всегда надо пользовать. Я могу приводить бесконечное количество примеров, но я надеюсь, что вы меня поняли.
И еще: ваш личный авторитет. Это очень серьезная вещь. Очень важно, чтобы у психотерапевта был свой имидж. Я одеваюсь так, как мне приятно: мне так нравится одеваться. У меня очень своеобразный кабинет в больнице. Он весь состоит из моих личных вещей: от рыбок, картин, до коллекции бабочек, минералов, есть чучело пингвина… Я как-то был в Антарктиде, привез чучело пингвина: карниз обвалился и на него упал, он погиб… Так вот, очень важен ваш имидж. Еще не менее важное: что о вас говорят в учреждении. Если говорят: «А… Психотерапевт… Еще какой-то гипнотизер… Да он часто помогает,» ? все, можете не работать. Я теперь могу в этом учреждении работать. Знаете почему? Ваш гардеробщик мне внизу сказал: «Все ваши слушатели, которые выходят с лекций, захлебываются от восторга». Я не говорю, что я хорошо читаю, а просто им нравится. Если гардеробщик это говорит, то у меня имидж здесь будет хороший. Очень важно, что в регистратуре говорят. что говорят ваши коллеги. Очень важно, как к вам направляют. Если: «Сходите к психотерапевту и, может быть, он вам поможет,» ? все… «Пойдите к психотерапевту. Он вам обязательно поможет! Он у нас такой замечательный!» Надо воспитать!
Я когда-то совмещал свою работу с работой в 3-ем управлении. Ракетно-атомное управлении, больные очень сложные. Я там был, в основном, усмирителем, потому что врачи от них выли и когда деться было некуда, они больных направляли ко мне и говорили: «Ну это уже самая последняя инстанция!» Очень хорошо работал персонал, прекрасно. Две комнаты у меня было: в одной лежит группа, которая работает… Ну вот мне пить захотелось, сил нету. Я выхожу в другую комнату, оставляю там сестру, говорю: «Я три минуты посижу, приду в себя». Потому что я устаю, когда работаю… В коридоре сидят больные. Одна из них спрашивает: «А что это доктор туда-сюда ходит?» «В той комнате у него аппарат стоит. Он туда приходит, подключается, заряжается энергией, поэтому так здорово лечит вас в этой комнате». …Первичный прием. Она приходит ко мне, садится на стул и, вдруг ? ушла! Я говорю: «Стойте, стойте, куда вы!» Понимаете, насколько важна косвенная суггестия. Особенно страшна патологическая сила ошибочной суггестии медиков… Ведь, что такое «медики»? «Медики» ? это особое слово. Я веду прием; я ? обычный врач, ну… у меня своя эрудиция… И вот ко мне на прием приходят люди: академики и проч. Чем мы их можем взять, музыкантов, искусствоведов и др.? Литературу они знают лучше меня, математику знают лучше, их интеллект не слабее моего, а может и сильнее. Чем я их могу взять? Профессионализмом. Если он увидел, что я ? профессионал, он мой! А если он увидел, что я сомневающийся, мямлющий и т.д., ? вы потеряли больного. Есть замечательный пример. Был у нас такой математик, профессор Агроскин. Он очень сильно заикался. Я его лечил, и мы с него «содрали» это заикание полностью, что бывает редко. А врагов было у этого метода Дубровского ? невероятное количество! И вот заседание Московского общества психиатров и невропатологов, где решили меня судить. Логопеды против меня выступают: «Что это за шарлатан? Он хватает больных, лупит их головой о стенку…» Да, там есть один момент… активного воздействия на сознание, на подсознание и еще ? на затылок больного. Я обычно руку подкладываю, не бью его затылком… Но там нужно определенное действие делать… А Агроскин пришел на заседание. Он вышел и говорит: «Вы знаете, я все это слушаю, ? меня оторопь берет. Все это говорит о том, что вы ничего не понимаете. Я участвовал в этой работе и, знаете, очень жалею, что Борис Зиновьевич меня слабо стукнул. Если бы я еще в этот момент и сознание потерял… ? ну!» То есть, практически, здесь все эти вещи надо знать…
А ошибки бывают непоправимые. Несколько примеров из практики… Направление больной к психотерапевту. Больная страдает канцерофобией. Невысокий интеллект… Что такое «канцер» она более-менее слышала, а что такое «фобия» она не знает. Приходит и говорит: «Доктор, у меня неизлечимый рак». «Почему?» «А меня направил к вам онколог, и он написал, что у меня такая тяжелая форма рака». Попробуйте переубедить… Ладно бы онколог написал: «ракострах», а так была ошибка (Еще такой момент. Говорят, что есть внушаемые, есть не внушаемые… Если вы хорошо работаете, для вас все ? внушаемые. И не имеет принципиального значения: гипноз или нет; важно, но не принципиально). …Больной проходит обычную, профессиональную комиссию. Все нормально. Здоров-здоров-здоров-здоров, и затем получить окончательное заключение надо у председателя комиссии. Как вы думаете, где этот председатель сидел? В кабинете онколога. Ему говорят: «Когда вы всех специалистов пройдете, зайдете к председателю». Приходит, читает табличку… «Значит, я больной страдаю раком». И попробуйте переубедить. Вот такое медицинское внушение…
Есть ятрогении ? это мы, медики делаем, есть дидактогении ? это педагоги особенно хорошо делают у детей и подростков. Поэтому, словом можно убить, а можно и воскресить. И рана от слова может не заживать долго, а иногда и всю жизнь; рана же от оружия рано или поздно проходит. Так как у психотерапевтов главное (но не единственное) средство работы ? слово, то этим словом им необходимо хорошо владеть. Психотерапевтическое слово ? слово особое! Очень особое. Оно должно быть стерильно… Должна быть эмоциональная заинтересованность, вы должны вступать в контакт обязательно в состоянии эмпатии… У хорошего психотерапевта эмпатия сама возникает! Пишут: «Надо сесть в пол-оборота». Почему так?! Надо сесть, как тебе удобно и как больному удобно. Дело не в деталях, а во внутреннем чувстве… Слово должно быть грамотно. То, о чем я говорил: к вам приходят люди с высоким интеллектом, нередко умнее и более развиты, чем вы. Но не вы же к ним пришли, а они к вам пришли, они ищут у вас помощи… Слово должно быть по стилю нормальным. Нельзя «экать», «нукать», «мэкать». Есть психотерапевты, которые иногда умышленно искажают слово, иногда просто плохо говорят. Последним не надо идти в психотерапию. В таких случаях надо тренироваться: перед зеркалом тренироваться и т.д. Мы должны словом владеть… Помню, в Москве было 2 особых психотерапевта: один «каркал» (человек, когда начинал заниматься гипнозом, говорил как ворон; больные потом смеялись), а другой прятал свои невероятной силы глаза за темные очки. Нормальные, красивые глаза у мужика были. Чего их надо было прятать за очками? Он носил их, чтобы до работы больные не могли увидеть его глаза. Потом снимал очки и давил их своим взглядом…
Все эти вещи должны быть естественны, красивы и обдуманны. Если вы профессионал в своей области, то у вас будет получаться. Если вы дилетант… Массу применений можно найти в медицине, да и в психотерапии, но не в суггестологии. Суггестология не прощает ничего! Учтите это.

… Я лично считаю, что гипноз детям до 5 лет противопоказан, потому что, как-никак, а при помощи гипноза мы вторгаемся в глубокие мозговые структуры. Также, как и экстрасенсорика. Детский мозг крайне парадоксален. Например, лечим мы лекарствами расторможенного ребенка. Даем ему успокаивающее… ? он еще больше возбуждается. Или наоборот: заторможенного начинаем стимулировать… ? он вообще впадает в глубокий транс. Даже на препараты, которые должны адекватно действовать, дети могут давать парадоксальные реакции. Незрелый мозг… Ну, мы же говорим о том, что мысль ? материальна, это не требует доказательства. Суггестия ? это не только вид того, что мы делаем. Мы вкладываем в нее энергетику. И все это мы обрушиваем на незрелый детский мозг. Опасно! Есть масса доказательств, когда очень сильный суггестолог, А. М. Кашпировский, с моей точки зрения профессионально сильный суггестолог, проводил свои массовые сеансы даже по телевизору. Мы в детской практике имели массу осложнений: дети засыпали, дети декомпенсировались. Приходилось очень много исправлять. Почему? Необдуманно, неправильно… ? это же маленькие дети… С 5 лет ? уже можно. И дело не в том, что маленький ребенок слово не понимает. Он может уловить эмоциональную сторону дела, но ? опасно. Где-то с 7-8 лет ? да, уже можно. Вообще, дети очень внушаемы, но не гипнабельны. Поэтому, политика выбора ? это косвенное внушение и, конечно, мой метод: суггестия, которую проводит специалист через маму. А мама ? фильтр, она ничего не пропустит. И не умышленно не пропустит: она на своем глубинном уровне патологию не пропустит. Она не сделает вреда ребенку! Если, конечно, она правильно работает… Есть мамы, которые неправильно работают. Поэтому, мама должна работать в контакте, под руководством специалиста. Где-то с 7-8 лет уже можно проводить гипноз энуретикам, больным с тиками… Честно сказать: заикание от гипноза фактически не проходит. Проходит лишь у 5 % заикающихся. Возьмем по старым данным: у нас ? 10 % истериков, из них 5 % ? абсолютно внушаемы, 5 % ? абсолютно не внушаемы. Так вот, у абсолютно внушаемых можно получить результат…

Теперь ? некоторые заповеди гипнотизера.
1. Чем вы профессиональнее, тем лучше у вас будет результат. Это ясно. Но есть одно маленькое ограничение… Наиболее продуктивный возраст гипнотизера: от 30 до 50. 40 лет ? оптимальный возраст, здесь эффект может быть наибольшим. Чем старше ? тем тяжелее, больший упор делается на профессионализм, а не на внутреннюю отдачу. Чем младше ? тем меньше опыта, мало его. Конечно, горячий 25 летний может крушить налево и направо, но опыта ему не хватает. Поэтому, наиболее продуктивный возраст… (см. выше)
2. Абсолютно быть уверенным в своем методе. Если больной хоть чуть-чуть почувствует ваши сомнения, ? все, никакого гипноза не будет. Получится: кто кого дурачит. Вы должны быть на 100 % уверены в том, что вы добьетесь успеха.
3. Вы всегда правы. Вы ? «начальник», а больной ? «дурак». Чтобы он вам не сказал, вы должны уметь повернуть дело против него. Он вам говорит: «Доктор, вы все говорили, а я не спал». Как быть в этой ситуации? Если вы опытный, то скажете: «А я и не хотел, чтобы ты заснул… Ну, ты же пришел лечиться, ? ну и не спи. Только тогда зачем приходить лечится?» То есть, вы должны всегда оставаться на высоте. Если он почувствует, что он вас задел, обидел, ? будет плохо. Ничего не получится!
4. С моей точки зрения, глубина сна не имеет принципиального значения. Вы должны примерно представлять в каком состоянии находится ваш пациент и от этого строить формулы. Что такое «формула» в гипнозе? Это «пуля»; она должны быть точно направлена в цель. Вы должны попадать в мишень, а не вообще крушить все подряд! И поэтому, если вы видите, что сон ? неглубокий (веки дрожат, открываются глаза, руки не расслаблены), значит формула должна быть развернутая. «Снарядом» она не может быть: она не подействует. В этом состоянии элемент рациональности должен быть. Надо кое-что объяснять: почему, как и т.д. Если вы видите состояние достаточно глубокое, то да, формула должна быть императивной. Но в построении императивной формулы нужно стараться максимально избегать отрицаний «не будет», «нет», «исчезло». Надо всегда давать противоположный позитив. «У тебя исчезает головная боль», ? плохая формула. «Моя голова часто свежая, ясная», ? хорошая формула и т.д.
5. Если вы ведете цикл… У старых авторов, я читал, было по 40, например, у Буля, по 50 сеансов. Невероятная работа вкладывалась! Здесь тоже надо держать следующий принцип: оставлять себе пути отступления. Например, заикающийся. Мы его усыпыли (гипноз не излечивает, но в комплексе его обязательно надо употреблять)… Что не опытный скажет: « Ты просыпаешься, у тебя нет заикания; ты будешь говорить отлично, без заикания!» Нельзя эту формулу говорить. Почему? Потому что он откроет глаза и первое, что он скажет: «Доброе утро, доктор!», ? с заиканием. А что надо говорить: «С каждым сеансом, с каждым днем, ты говоришь лучше, свободнее», и, если вы уверены, что у больного исчезнут какие-то фобические проявления, навязчивости, сопутствующие движения и масса чего другого, то об этом можно говорить. Но ни в коем случае нельзя давать альтернативу! А в эмоционально-стрессовом внушении какая-то альтернатива есть. Там совсем другая постановка… Это тоже положение: не рубить себе хвост. Если уж «отрубил», а не исчезло ? потерял пациента, и свои силы зря потратил.
Еще некоторые штрихи… Мне больше нравится групповая психотерапия. Почему? Во-первых, легче. Там ? взаимная индукция, и вы в сумме потратите на каждого больного меньше сил, чем если будете это же количество складывать индивидуально. Особенно хорошо это проходит с маленькими детьми, с семилетками… Как вы начинаете работать? Если вы возьмете маленького ребенка и попробуете его усыпить, вам будет трудно. Почему? Во-первых, вы незнакомы. Во-вторых, в белом халате (я, кстати, работаю без халата, чтобы дети непугались). В-третьих, он не знает, что с ним будет. В-четвертых, вы отрываете его от мамы, вы его забираете куда-то. Можно и с мамой сажать, но все равно боятся. Что делаем мы в этой ситуации? Работает группа 10-12 летних. Сажаем маленького: «Сиди, играй, смотри книжечку, только не разговаривай». Все похрапывают, все посапывают, музыка наша играет, я хожу, что-то говорю, и ребенок потихонечку, потихонечку засыпает вместе с ними. Он не боится, нет страха. Это ? преимущества метода групповой гипнотерапии. …Недостатки. Нельзя брать в группу разные состояния. Вы не можете взять в группу девочек и мальчиков, которые писаются. Или, если вся группа не писается, взять туда писуна. Что же вы будете внушать? Вы проводите общее внушение и проводите частное внушение. Волей-неволей, чтобы вы не говорили членам группы («Воспринимай, что я говорю, только тогда, когда я прикасаюсь к твоей голове»), все остальные все равно это услышат. Поэтому, группа должна быть примерно однородной. Невротики ? пожалуйста! С «изящными» неврозами (неврозами, в которых не стыдно признаться: головка болит, устает. Это не медицинский термин… Просто обозначение того, с чем можно брать в группу. Я, например, писающего не могу взять. Заикающегося могу посадить ? он, конечно, травмирован, но он ? не душевно- или нервно-больной.) ? можно мальчиков и девочек. Возрастная группа должна быть примерно одинаковой и т.д.
Методики. Их бесконечное количество, причем каждый автор, который что-то делает, называет это своим методом. Вы прекрасно знаете: наиболее распространено словесное усыпление, создание в сознании больного образа при помощи речи, сноподобного или сонного расслабленного состояния. Методика пассов, т.е. методика физических раздражителей. По мнению старых авторов, пассы ? наиболее действенны, т.е. когда вы над рукой больного манипулируете или над головой манипулируете и т.д., и потихонечку, кроме пассов, иногда добавляется словесный раздражитель. Ритмичные раздражители: световые, звуковые. Метроном прекрасно действует… Нет метронома ? есть умывальник: капельки у вас будут падать в нужный момент, будет соответствующий звук… Свет. Можно при любом свете проводить, но, конечно, лучше в затемнении… «Лежа» или «сидя» ? принципиальный вопрос. Не всегда «лежа», лучше чем «сидя», особенно, когда вы гипнотизируете человека противоположного пола, один на один… Если вы гипнотизируете противоположный пол, мой вам совет (как для мужчин, так и для женщин): сначала «сидя» лучше, чем «лежа» ? меньше перенос на гипнотерапевта глубинных, в частности, сексуальных эмоций. Положение «лежа» создает, в таком случае, определенные трудности. А когда я детей беру (девочек), у меня мамы всегда участвуют в сеансе. Ну, немножко больше сил на это уходит, зато никаких осложнений не бывает и все спокойно… Значит, «сидя»: для этого должны быть мягкие удобные кресла. Пассы, ритмичные раздражители, ? все это приводит к утомлению того или иного анализатора: зрительного, слухового, а вокруг его центра (куда уйдешь от Павлова!) развивается разлитое торможение, и постепенно весь мозг потихонечку переходит в те особые состояния (еще не знаем, в какие)… Хорошо, если звучит эта церковная вещь (звон колоколов)… У меня есть знакомая, композитор, который пишет музыку. Она целевые кассеты наиграла, придумала музыку. Я теперь постоянно работаю с кассетой «Доктор Сон», мне легче. Правда, я сам иногда под нее засыпаю, что очень плохо. Если вы устали и начинаете работать с группой, вам главное самому не заснуть. А то очень не удобно бывает, когда вам говорят: «Доктор, а что это вы похрапывали?» Ритмичная приятная музыка усыпляет, но все-таки она помогает, у меня меньше сил уходит…
В индивидуальной работе я люблю метод словесного внушения или фиксации взгляда. Фиксация взгляда: больной лежит или сидит, садишься за его головой и-или свои пальцы держишь (или блестящий шарик на палочке, или молоточек неврологический) и говоришь: «Смотри, но старайся не моргать. Если захочешь моргнуть, то закрой глаза и больше их не открывай». А что вы сами делаете (тут тоже тонкость есть)? Вы потихонечку … вниз ведете. Взгляд идет вниз, и невольно глаза быстрее закрываются. Смотрит наверх ? устали глаза. А вы в это время повели, повели и говорите: «Веки тяжелеют, тяжелеют, тяжелеют, наконец закрылись и слипаются». Затем говорите: «А теперь они так слиплись, что ты не можешь открыть глаза». Но если они открывают. А что надо сделать, чтобы не смогли открыть? Положите свои пальцы на самые уголочки глаз, и пусть он попробует открыть. Не выйдет! Не открываются глаза. Когда вы пальцы убираете, он их уже открыть не может. Индивидуально, вы можете сказать: «Сейчас я проведу по твоей руке, она как бы нальется свинцом и ты не сможешь ее поднять. Пять раз проведу ? ты руку не поднимешь… Пробуй». Он поднимает. Что надо сделать вам? Положить свою руку сверху, не дать ему поднять. Раз попытался, два попытался… «Я еще раз попробую посчитать», и он уже руку не поднимет. Надо активно включаться в любой процесс… Ну, а потом, когда веки закрыты, руки-ноги тяжелые, вы проводите словесное усыпление по стандартным методикам. Я, кстати, люблю считать (это идет от подростков, с ними работать сложнее, чем со взрослыми) не до 10, а до 20: тогда у меня времени больше для того, чтобы постепенно входить с ними в контакт и проч. В групповом методе я люблю следующее. Я люблю идти через релаксацию… К аутотренингу у меня особое отношение: великолепный метод, но практически только один из ста будет по-настоящему заниматься аутотренингом. Это утомительно, люди перегружены… ; психастеники, фиксированные на болезни, ? эти еще может быть… Все-таки, это очень большая работа. А у невротиков, и особенно, у подростков, принцип такой: «Ты мне, доктор, нравишься, я готов с тобой работать. Но ничего делать не буду. На меня, и делай, что хочешь, только чтобы мне было хорошо». Они хотят минимально потратить свою энергию, а вы должны их организовать на то, чтобы они работали. Я иду через очень простой вариант тренинга (см. ниже).
Есть еще вариант погружения, о котором в литературе последнего времени почему-то не пишется, ? это фракционный гипноз. Вы говорите больному: «Сейчас ты будешь погружаться в особое лечебное состояние [слово «гипноз» не употребляем], при котором будет то-то и то-то». «Гипноз» употребляете только тогда, когда он вам сам сказал: «Доктор, только гипноз и больше ни-че-го!» Дальше вы говорите: «Я считаю тебе до 20; на счет 5 ты, не выходя из того состояния, которого мы достигли (транса, расслабления и проч.), откроешь глаза и скажешь мне, что ты чувствуешь». На счет 5 он открывает глаза: «У меня руки тяжелые. я не могу их поднять» и т.д.. «Очень хорошо, пошли дальше. 6, 7, 8, 9…» На «10» вы ему опять говорите… И тогда вы контролируете степень его погружения, если вам это нужно. Остальное идет так. Он расслабился, вы проверили и говорите очень хорошую фразу: «Сейчас ты физически отдыхаешь, а теперь к физическому отдыху мы присоединяем состояние душевного, психологического, психического и т.д. Для этого я считаю до 20 и с каждым моим счетом твое состояние будет лучше, глубже, приятнее». Проводите, достигли. Дальше идут общеоздоровительные формулы (не забывайте об этом): «Ты себя прекрасно чувствуешь, у тебя прекрасный сон, у тебя ясная голова, растет работоспособность, у тебя отличная память…», ? говорите все, что вам нужно, для того, чтобы человеку было хорошо. «У тебя нормализуется давление…» и т.д. «Теперь ты отдыхаешь и с каждой минутой этого отдыха…», ? и дальше можно или по Рожнову ? 40-50 минут, или, если хотите, 20-30 минут. Поговорили, выключились… Потом снова подключаетесь. И тут у вас есть варианты. Вы можете говорить: «Все посторонние звуки идут мимо твоего сознания, ты их можешь слышать, но ты не слушаешь их … Когда я подхожу к другому больному, это тебя не касается: я буду ему что-то говорить ? ты не прислушивайся…» и т.д. Есть масса всяких вариантов; когда работаете, вы их находите сами. Затем, в группе идет персональное внушение: «Я буду подходить к каждому из вас по очереди, слегка прикасаться к голове или руке, и тогда то, что буду говорить, в основном будет касаться только тебя». И, конечно, надо очень аккуратно говорить, чтобы не обижать, чтобы, не дай бог, остальные члены группы ущербность не запоминали… Потом опять перерыв и говорите: «Вы хорошо отдохнули, сейчас я буду считать до 10 [я считаю до 10, а не до 5, как все], и ваше состояние изменится на противоположное: вместо отдыха, расслабления, покоя появится ощущение энергии, силы и проч., на счет «10» легко откроются глаза, голова будет ясная, свежая, не будет болеть, не будет кружиться». Открываются глаза… После этого мы обязательно делаем пять вдохов: резкий вдох ? руки к груди, т.е. мы немного выводим из состояния, возбуждая ретикулярную формацию (дыхательный центр) и двигательный анализатор. И дальше вы растаетесь.
При групповом гипнозе отставленное внушение плохо работает. Это надо делать при индивидуальном гипнозе. Иногда можно перевести на групповой, оставить человека: «Ты не просыпаешься». Все проснулись, а он остался; с ним и проводите то, что вам нужно. Все эти внушения идут на общее укрепление, на оздоровление, на позитив. Бога ради, только на позитив! Бойтесь негатива! Потому что негатив застревает… Так провожу гипнотерапию я. Хотя методов очень и очень много. Но моментов есть два. Это был первый, постепенный. Есть шок-гипноз. Это уже искусство. Его очень неплохо проводил Владимир Евгеньевич: «Смотри мне в глаза… СПАТЬ!!!» Во-первых, надо было его голос иметь, во-вторых, надо было его авторитет иметь, в третьих, 100% уверенность в том, что это у вас получится. Мне, все-таки, мешает какое-то опасение: а вдруг не уснет? Я это не люблю, хотя иногда и приходится делать… Вы смотрите глаза в глаза: «Будешь смотреть ко мне в глаза, потом по моей команде у тебя глаза закроются, тело расслабится и ты погрузишься в особое состояние…» И в этот момент: «Спать!!», и он у вас как подкошенный должен упасть. Вы должны его поймать и уложить на диванчик. Бывает и глубже гипноз, но, опять-таки, он не у всех получается. Но главное: если вы в себе уверены… Нельзя заниматься гипнозом, если вы устали, если вы раздражены, если у вас личные или служебные неприятности: вы не сможете его хорошо сделать. Лучше отложить. Больные понимают, если вы говорите: «Вы знаете, я сегодня не в форме…» Не надо этого бояться. Больных надо превращать в своих друзей, в своих соратников; это уже искусство психотерапевта: работать вместе с больными. Вот так примерно выглядит гипноз в моей интерпретации и в моем исполнении.
Я многое могу в гипнозе делать (любой из вас тоже может): обезболивать могу, очень хорошо уходят бородавки, такие грибовидные, страшные бородавки, которые жги, не жги… Пришла как-то ко мне девушка очень симпатичная, 18 лет, в перчатках, и сказала: «Доктор, если вы мне не поможете, я покончу с собой, я не могу жить с этими руками». То, что она показала, было действительно ужасно: такие грибы на руках. И оперировали, и ногти чистили, ? никак… Пять сеансов ? и ушли. …Не надо недооценивать гипноз и не надо его переоценивать. Гипноз у эпилептиков ? на здоровье, только ставьте правильную задачу, лечите то, что ему поддается: наслоения, реакции и прочее… Шизофрения: в группу беру, индивидуально не беру. Опять же, важна ее форма, но только не параноидная, не с паранояльными установками. Можно работать с неврозоподобной, если это вообще можно назвать шизофренией, кто его знает… Предположим, при эпилепсии внушаем: «У тебя нормализуется сон он, становится ровным спокойным… Взрывы энергии, которые приводят к приступам, уменьшаются; с каждым сеансом их будет все меньше и меньше… Настроение меняется: уменьшаются агрессивные, возбужденные, напряженные состояния, они заменяются спокойным; сглаживаются конфликты», т.е. все, что провоцирует эмоциональную напряженность. Если присутствуют абдоминальные приступы, то: «У тебя в области солнечного сплетения тепло, комфорт, уют». Здесь аутотренинг хорошо помогает. Поэтому, «ощущения кризов брюшной полости все меньше и меньше тебя беспокоят, у тебя в животе всегда приятные ощущения» и проч. А при шизофрении как и при неврастении, психастении, как при навязчивости «твое внимание уходит от этого состояния, тебе легче контактировать, у тебя появляется потребность в общении, преодолевается замкнутость»… Учтите: шизофреники не так холодны, как нам кажется. Если вы войдете к ним в доверие, они будут преданнейшими больными, пожизненно будут вас любить.
Лекарственные препараты (в частности, антидепрессанты) я не отменяю у взрослых и подростков. У детей отменяю. Мой метод заменяет все это, и я в этом не сомневаюсь. Есть много примеров, когда справляюсь без медикаментозного лечения…
А.И.Аппенянский ? Я бы хотел привлечь внимание коллег к тому, что Борис Зиновьевич говорит о кризовых состояниях… А.А.Портнов говорил, что многие эквиваленты припадков «уходят», например, в живот, в сердце и т.д. Может быть вы, Борис Зиновьевич, поговорите о формулах внушения при разных нарушениях, разных патологических состояниях?
Б.Д. ? С «эквивалентами сердца» работать не приходилось. В основном, живот. Абдоминальный криз: появляются тяжелые тянущие, колющие боли. Исключения из правил есть всегда. Плохие психотерапевты лечат эпилепсию психотерапией. Хорошие сначала убеждаются, даже на фоне медикаментозного лечения, что пошла положительная динамика. Затем, на фоне положительной электроэнцефалографической динамики, идет постепенное уменьшение доз, если вы ставите эту задачу… Вы, наверное, знаете, как действует препарат; вы психологически создаете образ действия этого препарата в сознании, т.е. идет как бы подмена, и все время под наблюдением. Это, если хороший врач. А когда врач ? «а бы как»… Я хочу сказать невропатологам: вы думаете, как действует на детей противосудорожная терапия вообще? При развернутых частых приступах, которые иногда угрожают жизни больных, ? да! Но, когда спазмофилический приступ грудничка или судорожный эквивалент приступа на высоте температуры… тогда и получается, что вы лечите, а мы дураков получаем, получаем задержанное развитие. У меня огромное количество случаев, когда маленькому ребенку дают люминал. Категорически нельзя его давать маленьким детям! Не бойтесь, не умрут они. Есть масса других способов, не только лекарственных… Мы получаем дураков!
А.А. ? Коллеги, пожалуйста не набрасывайтесь на собрата по профессии. Раньше была одна профессия ? психоневрология. Сейчас немного расширилось… Доктор пришла к нам… Ну, поспорили, ну, согласились, в конце концов…
Б.Д. ? Каждый в меру своей испорченности занимается врачеванием. Так вот, профессор Лебедев (психиатр и психолог) написал книгу о Достоевском. И там есть такая мысль: «А был ли Достоевский эпилептиком? А были ли у него приступы?» Я просто говорю: если бы в то время был бы люминал, то не было бы Достоевского. Гарантию даю ? Достоевского не было бы, его мозги убили бы. Так что, осторожнее надо быть. Конечно, врачи-психотерапевты, которые говорят: с завтрашнего дня уже ничего не принимайте, я вас буду психотерапией лечить, ? ну… нет слов…
А.А. ? Коллеги, обратите, пожалуйста, внимание на лейт-мотив нашей сегодняшней встречи. Гипнотерапия, психотерапия ? это одно, а краткосрочная психотерапия ? совсем другое. Это все равно что медсестра, закончившая краткосрочные курсы военного времени только для того, чтобы повязки накладывать… Это разные вещи. К сожалению, в нашей среде, в наше время, в нашей стране, в нашем городе идет мутный поток разных методов и методик, которые обещают нам коллосальные, замечательные успехи от краткосрочной психотерапии. Нет. Вот, Буль, классический суггестолог, 50, 60, 100 сеансов проводил, не брезговал. А кто из вас проводит 10, 20, 30, 40 встреч с пациентом? Поднимите руки… Ага, один поднял… Второй, третий… Уже хорошо. Мои дорогие, психотерапия ? длительный процесс.
Вопрос из зала: ? Борис Зиновьевич, я хотел вас спросить. Когда вы проводите сеансы, вы находитесь в особом состоянии…
Б.Д. ? У меня большое внутреннее напряжение.
? Вы говорите: оно изменяется, не изменяется… Вы входите в это состояние, это автоматически происходит?
Б.Д. ? Конечно, автоматически. 40 лет одним и тем же занимаюсь, волей-неволей привыкнешь.
? А вы можете сказать: «Я сегодня слабый, я сегодня не смогу»?
Б.Д. ? Могу. Могу… Я вам просто покажу принцип… Эти кресла не годятся! … Я все мучался: все время ходил и тут все скрипело. А я придумал, что я скажу! Я скажу: «Когда я «скриплю», знайте, что я к вам пришел, что я рядом. Скрип помогает вам почувствовать, что я между вами брожу, а не сижу за столом». Это ужасная, это кошмарная работа! …В молодости, после сеанса эмоционально-стрессовой терапии, я неделю на спиртное смотреть не мог; потом я приучил свой организм. Тогда я насмерть отравлялся, но тренировка взяла свое. Теперь я иногда могу и выпить после этого сеанса, но немножко. …Там совсем другая работа. Поэтому, я мало ее провожу: мне тяжело. … Дубровский передал свой метод 5 человекам. Из этих 5 он меня называл Дон Кихотом, потому что я работал «чисто». Не буду говорить об остальных; для трех это плохо кончилось. Один еще функционирует, но он сеансы не проводит. … Там один принцип. Меня спрашивают: «Чего ты их вообще проводишь?» На что я говорю, что они для меня допинг, что я обновляюсь. Я очень много энергии теряю, но группа, которая работает, если хорошая группа, возвращает мне энергию. Я физически устал, а энергетически ? не опустошен. Это надо увидеть. Покажу, если, конечно, смогу. … А вообще, мы с вами бедные, нищие люди. В моей клинике, где мы прекрасно лечили заикание в течение 2-2,5 месяцев бесплатно, сейчас лечат за какие-то гроши… В Германии значительно худшее лечение, и 1,5 месяца стоят 50000 марок (23000 $). Там не всё больные платят, платят и страховые компании. Но сколько зарабатывают на этом! Почему эти цифры: мне привезли больную из Германии, которую, наверное, я на этот сеанс поставлю, бесплатно. Понимаете, у нас бесплатное здравоохранение. За этим к нам и идут. Когда я начинал работать, я работал с доктором Темкиным (наверное, никто этой фамилии не слышал). Уже будучи пожилым человеком, он говорил: «Что такое бесплатно лечить? Эффекта никакого. Приходят к тебе, берут тебя, как с прилавка, бесплатно и уходят. Больной должен чувствовать ответственность».
Ну что, теперь можно попробовать или не надо? Я могу просто рассказать. Пробуем? … Ну, ладно, давайте пробовать.
…Уберите все с рук и по возможности удобнее сядьте. И не бойтесь. Просьба только одна: начали работать ? пожалуйста, коллеги, не открывайте глаза. Можете отдыхать, думать о своем. Иначе, голова болит, ну и мне тяжело… Свет по возможности притушите … Глаза закрыли, очки сняли. Руки положили на колени (в позе кучера здесь сидеть не удается, потому что кресла здесь неудобные, неподходящие для сеанса). Договариваемся: глаза не открываем, а положение менять можно, чтобы руки не уставали. Голова не запрокидывается назад, обычно на подбородок. Можно поменять положение…
…Начинаем с расслабления… Я говорю фразу расслабления, вы эту фразу мысленно повторяете. …Я сижу удобно …Мне сидеть приятно …Я ни о чем постороннем думать не буду …Я отдыхаю и расслабляюсь …Отдых и расслабление начинается с мыщц рук и ног …Мои руки и ноги расслабляются …Мои руки и ноги как-будто наливаются свинцом …Я ощущаю приятную тяжесть в моих руках и ногах …Мои руки, ноги и тело начинают согреваться… Мои руки, ноги и тело как бы опущены в теплую воду… Я спокоен… Я ощущаю приятное тепло в моих руках и ногах… Я спокоен… Дыхание у меня ровное и глубокое… Я спокоен… Сердце мое бьется спокойно и ритмично… Я спокоен… Лицо расслаблено и спокойно… Я спокоен… Веки спокойно закрывают глаза… Я спокоен… Я начинаю погружаться в состояние лечебного отдыха… Я спокоен… Больше не повторяете… Я считаю до двадцати… Мой счет ? это как бы условные ступеньки, по которым вы пойдете от состояния бодрствования и физического покоя к состоянию глубокого душевного покоя, психологического отдыха… Кто-то может задремать… Но меня вы слышите всегда четко и ясно… Раз… Пошли, пошли, пошли… Два… Следующая ступенька… Три… Вам вроде легче отдыхать, вам не хочется думать, вам лень думать… Четыре… Отдыхать, отдыхать, отдыхать… Лень двигаться, пять… Не хочется двигаться… Тепло, нега, покой, отдых… Отдыхает, шесть, семь, каждая клеточка тела, каждая клеточка мозга… Отдыхает сердце… Все, все системы очищаются… Вам хорошо, хорошо, хорошо… Только отдых, отдых, отдых… Ваши способности увеличиваются… Легко переключаться, легко работать… Настроение ровное… Сердцу хорошо, сердцу хорошо… Вам хорошо, хорошо… Равняйтесь… Вы свежие, сильные, смелые… От сеанса к сеансу нашей работы вы чувствуете себя лучше… Вы глубоко погружаетесь в сон, легко засыпаете… Легче, легче, легче… Хорошо, хорошо, хорошо… Вы уверены в себе, вы легко вступаете в процесс общения, у вас все получается… … Спокойно, спокойно, спокойно… Пять минут чистого отдыха. Через пять минут я включаюсь…
…Итак, вы чудесно отдохнули, несмотря на короткое время нашей работы. Вы прекрасно сбросили усталость (глаза не открывайте!), разгрузились, в меру спокойны (не открывайте пока глаза, ради Бога: голова будет болеть), самочувствие хорошее… Сейчас я буду считать до десяти; под мой счет все пойдет в обратном направлении… Расслабление, тяжесть заменятся легкостью, бодростью, энергией. Раз, два. С каждым счетом силы пребывают, отдых уходит. Три, четыре. Головы становятся яснее и свежее, прилив сил; руки и ноги легкие в тело вливается энергия, настроение чудесное, на душе хорошо, пять, шесть, семь. Головы ясные, свежие. Вы чудесно отдохнули, восемь. Головы ясные, не болят и не кружатся, девять. Веки легкие, десять. Глаза открываете … легко, легко, легко…
И, кстати, все, кто работает с гипнозом, очень легко входят в это состояние…
Пять вдохов! Приготовились: резкий вдох ? руки к груди! Выдох ? руки обратно! Вдох ? выдох; руки обратно… Вдох ? выдох, вдох ? выдох, вдох ? выдох!

…Теперь коротко об эмоционально-стрессовой психотерапии, самой интересной, с моей точки зрения, психотерапии. В чем ее смысл? Внушение проводится в бодрствующем состоянии, но «бодрствующим» такое состояние можно назвать лишь условно. Мы добиваемся особого состояния суженого сознания. В нем внушение не корригируется сознанием, обсуждением, возражением больных. У вас открытый путь в сознание, подсознание больного, и ваша сила там работает. Из каких компонентов строится эмоционально-стрессовое внушение? В России ? Бехтерев, Катков, замечательно Дубровский, своеобразно (не в этом ключе) Владимир Евгеньевич Рожнов. Да, кстати, когда Буля вспомнили… Я еще студентом был, и мы часть занятий проходили в 1-ом Медицинском, и там я его видел… Потом случайно встретил его в Сочи. Я подошел, сказал, что слушал его в 1-ом Медицинском… Он говорит: «Показать тебе что-нибудь?» - «Покажи». -«Видишь кинотеатр? У меня билета нет. Пойдем». Подошли, он достал какую-то пустую бумажку, показал и мы прошли.
Так что все в этой жизни не понятно!
Итак, из чего складывается эмоционально-стрессовое внушение? Первое: подготовка группы. Если это группа заикающихся, мы ведем серьезную подготовку: гипнотерапия, рациональная психотерапия, специальные упражнения, в зависимости от возраста, ? в общем, проходит 10-15 сеансов, специальных занятий по подготовке. Когда идет поток, все очень просто! На сеанс групп приглашаются кандидаты в следующую группу. Эти потоки, которые шли у Дубровского и превращались, действительно, в лавину: первый сеанс ? еще неважный эффект, второй ? уже лучше, а дальше, от сеанса к сеансу, массовый ажиотаж, внушение … Дальше все шло как бы само. И действительно, помогало многим. Из всех методов лечения заикания этот самый эффективный. …В период подготовки мы больным показываем кассету хорошего сеанса. Мне как-то повезло. Когда я проводил такой сеанс, у меня был профессиональный оператор, и он хорошо его снял. Сеанс идет в зависимости от группы, оптимально ? 12, 14 человек; 15 уже многовато. 10 ? чуть-чуть маловато, не хватает какого-то эмоционального поля. 5 ? уже не идет сеанс. Потом показывается кассета, где они видят результаты работы. …Есть такой психотерапевтический прием (как самореклама): старых больных приглашать. Это хороший метод, особенно если они сидят за дверью и невольно общаются (если все это не подстроено). …Вообще, я считаю, что вылеченный больной не должен контактировать с врачом. Он должен забыть про вас… Я никогда не обижаюсь, если меня забыли (в случае, когда я помог). …Показываем кассету. Сам сеанс ? 1 час 20 мин – 1 час 40 мин, в среднем 1,5 часа. Больные в группе с одной нозологией: заикание, хотя формы его разные. Проявлений заикания столько, сколько больных. Каждый заикающийся заикается по-своему, как и в отпечатках пальчиков: двух одинаково заикающихся очень трудно найти…
Группа выстраивается около стены, ставится в определенную позу. В чем особенность позы? Они стоят вдоль стены; между пяточками и стеной где-то полстопы, чтобы была стройная шеренга; руки вдоль туловища. Терапевт ходит перед ними и просит: «Смотрите за мной. С этого момента, на кого бы я не посмотрел, я всегда должен встречать ваш внимательный, сосредоточенный взгляд». В зале обязательно должны быть зрители. Без зрителей сеанс вообще не идет. Почему? Зрители ? мощнейший фактор! Вы себе не представляете, что в зале творится, когда идет хороший сеанс, когда там сидят заикающиеся, сидят их родные, будущие пациенты! Такой накал идет в зале! Спиной чувствуешь, что тебя поддерживают. Но смотреть на зал нельзя! И дальше начинаешь говорить о страданиях заикающихся людей. Это рациональный этап сеанса. Он очень сложен; вы должны держать их в поле зрения и говорить им особо значимые вещи: что они красивы, здоровы, привлекательны, но … они страдают, у них неудачи, неудачи в личной жизни, и все ? это проклятое заикание, с которым они безуспешно борятся, а путь есть… Можно из заикания «выползать», а можно из него «вышагнуть»… Какие-то исторические примеры приводятся: например, Наполеон немного заикался, Демосфен. Приводятся такие актеры как Н.Черкасов (те, кто постарше, знают: «Депутат Балтики», «Александр Невский»); он здорово заикался в жизни, а играл, не заикаясь. Певцов, москвич… Когда его спрашивают: «Что же ты на сцене не заикаешься, а здесь …?», он отвечает: «А я на сцене не играю заикающихся»… Напряжение растет. Ты видишь, как они накручиваются, накручиваются… Если удачно говоришь, да и еще эмоционально, ? женщины, девушки в слезы. … «А путь есть. И сейчас ваше выздоровление в моих руках. Я могу сделать это, а вы уже знаете, что я много могу. Я могу сделать так, что, придя сюда с заиканием, вы уйдете отсюда здоровыми. Но вы должны очень захотеть!» И они хотят так, что у них скулы сводит. Такой страшный накал. Дальше путь следующий. Вы объясняете: «Сейчас, чтобы вы поняли, что я не просто говорю, а у меня есть возможность оказывать на вас воздействие, мы проведем несколько проб, которые дадут мне возможность понять, в каком состоянии вы находитесь, приспособиться к нему, а вы поймете, что я очень многое могу и могу помочь вам». Так называемые пробы на внушаемость: «падение к стене», «падение вперед»… Ты ходишь: «Глаза в глаза!», «Назад к стене!» ? они к стене падают. «На меня! …А теперь взглядом поднимаю на носочки» (как краном). Заставляю шагнуть вперед, а здесь пропасть. «Страшно, но вы все равно шагнете! …Также перешагнете и через заикание». Поднимаешь их… «Шаг вперед!» ? и они буквально на вас валятся, вы их поддерживаете. Так проводятся эти пробы…
Потом идет стандартная проба на падение… Я лучше делаю эту пробу, потому что я в нее больше техники вкладываю. Стоит человек, ноги вместе; вы сзади внушаете падение назад. Здесь надо сделать так, чтобы человек не мог не упасть. Он не имеет права не упасть, иначе эффекта не будет. Как это делается? Ноги вместе (площадь опоры маленькая), руки вдоль туловища, голова назад, глаза закрыты. «Я считаю до двух… На счет раз ты чувствуешь как тебя тянет назад, на два ты падаешь… Я стою рядом, упасть не дам, поддержу. Но, на счет два ты теряешь равновесие и неизбежно падаешь». Ничего в этом страшного нет. Площадь опоры маленькая, голова ? назад, центр тяжести ? уходит. Плюс, вы еще немного ему помогаете. Помогать надо первому и второму; третий, четвертый и т.д. падают сами: только подошел ? они уже теряют равновесие. Но есть еще один психологический момент. Когда вы начинаете все эти пробы, вы говорите так: «Вы очень хотите поправиться, вы ? психически здоровые люди [заикание ? это невроз]… Кроме того, у вас хороший интеллект». Эти пробы люди, которые хотят вылечиться и нормальные по интеллекту, душевно здоровые, не могут в этой ситуации не выполнить, не выполнить того, что говорится. …Был такой случай. Группа психологов у меня училась на кафедре. Был там лидер. «Что вы все учите, я все лучше знаю». Начинаем пробы проводить. «На меня не подействует!» «Я тебя сейчас проучу!» , ? думаю. А я фразу на счет интеллекта и душевного здоровья не говорил. …Вся группа прекрасно работала, пробы прошли на всех, все падали. Дошла очередь до него. Встал и стоит как колонна. …Когда вы проводите пробы, вы говорите: «Вы не сопротивляйтесь. Вы нарочно не делаете, но вы мне не сопротивляйтесь: что мы будем зря силы тратить». Она стоит как колонна. «Голову назад!» ? со скрипом, знает, что не упадет. Я спокойно говорю: «Я забыл вам сказать, что эту пробу любой здоровый и интеллектуально нормальный человек выполнить. А уж если он не очень здоров…» И началось качание. Она сначала думает: «Нет, пойду вперед!» А потом: «Вся группа будет думать, что я ? дура», ? и назад. Упала. Уже я ее ловил… Психологический фактор. А делается это очень просто. Вот, смотрите: стоит человек, носки вместе, руки вдоль туловища, голову назад, глаза закрыл… Есть два пути. Первый: «Я считаю: раз ? тебя начинает тянуть назад, два ? ты падаешь… Я стою рядом, упасть не дам». Можно дать ему небольшой толчок ? он не вольно идет назад. И не надо его тащить…
…Дальше идет очень сложная проба, которую я иногда делаю, а иногда ? нет. Проба с обезболиванием. Вы говорите: «Откуда пошел медицинский гипноз? От обезболивания. Я вам сейчас покажу, как гипнозом я сниму болевую чувствительность с рук у нескольких добровольцев. Кто хочет?» Иногда заранее договариваешься, кто пойдет на эту пробу (именно пойдет на пробу, а не будет подыгрывать). Садятся четыре человека. «Засучите рукава, освободите левую руку». Тут же у вас йод, спирт, иголки… Был период, когда я эти пробы не делал: когда не было одноразовых игл. Почему? Опасно. А когда появились одноразовые иголочки (правда, они очень сильно колются, режут сосуды; толстая игла отодвигает сосуды, и кровотечение меньше, а тонкие ? разрезают), стало не опасно. Дальше объясняешь: «Сейчас я пройду мимо всех вас и проведу два раза по вашему предплечью. Первый раз вы почувствуете, как ваша рука деревенеет, второй раз ? она станет как замороженная, никакой болевой чувствительности». Раз, два, ? сделали. А дальше берешь руку и протыкаешь ее иголкой. Они сидят и смотрят, как игла находится в руке. Действительно, процедура не из приятных… Опять здесь есть техника. Во-первых, предплечье наименее чувствительная часть. Это вам не ладошку колоть! Во-вторых, я беру руку вот так (щипок). После этого я ее прокалываю. Могут возникать всякие нюансы: иногда рука кровит, приходится кровь останавливать. … Но они все смотрят, все нормально. Затем: «Я сейчас иголки вытащу». Резко вынимаете, пальцем или йодом зажимаете место проколов, чтобы не кровило. «А теперь, три, четыре, я возвращаю чувствительность. Потому что был случай, когда забыли вернуть чувствительность человеку, и он сжег себе руку: через неделю к горячему прислонился и не почувствовал ожога». Группа ваша, зал ваш.
Дальше, самое сложное: это когда вы воссоздаете модель заикания. То есть вы вызываете временный паралич рук, тоже на добровольцах. Это требует большого напряжения. Делается это примерно так. Три человека выходят, больше трех тяжело… Руки согнуть в локтях, прижать локти. Пальцы развести, как будто это не пальцы, а гвозди, вбитые в дерево. Проверяем… Слабо! Ну-ка… О! Теперь у нас ручки напряжены. Дальше объясняем: «Сейчас я буду подходить к каждому из вас по очереди, глядя в глаза резко проведу по вашим рукам и скажу «раз». Это делается очень резко ? пугая. «Теперь я кладу свои руки тебе на голову и говорю «два». Смотри на свои руки: власть над ними у меня, они парализованы; твои руки на месте, а ты работать не можешь…» Вот вам модель заикания. Ничего не произошло, руки хорошие. Где произошло? В голове. А где в голове? Рядом с речевыми центрами. Речевые центры и «руки» находятся рядом. Мое внешнее воздействие, также, как и психическая травма при заикании, проникло в мозг и вызвало временное торможение в мозгу. А при заикании это торможение становится хроническим. И речь вроде бы есть, и вроде бы нет. Также, как и здесь: руки вроде бы на месте, а на самом деле он ими пользоваться не может. Власть над руками моя. «Сейчас я проведу вдоль твоей левой руки и скажу «три» и власть над левой рукой к тебе возвращается… Три!» Смотрите, правая стала еще сильнее. «А теперь, только на расстоянии… В глаза … я хлопну в ладоши, и у всех троих правая рука вернется». [Хлопает в ладоши] Четыре! Все, рука свободна. Вот так это проводится.
После этого происходит главное. «А теперь, когда вы все готовы, я каждому из вас таким же образом сниму заикание. Я буду подходить к каждому из вас по очереди, класть свои руки вам на голову. Команда «Раз!» ? у вас начинается отработанное движение к стене, вы свободно падаете. В этот момент команда «Два!» ? это взрыв энергии: моей и твоей внутренней. Ты взрываешься, ты разрушаешь очаг хронического загипнотизированного состояния в этой зоне. Ты очищаешься. «Два!» ? твоя речь чистая». Проходишь всю группу, их всех по очереди. В этот момент они затылком прикасаются к стенке, потому что важно выждать этот неожиданный момент. Я обычно подставляю правую руку под затылок, потом на ней синяки образуются.
Дальше опять хорошо: «А теперь я вам покажу, что вы стали другими. Перед аудиторией вы будете говорить совершенно свободно». И далее, на основании определенных речевых законов, вы вводите их в речь: сначала отраженную, потом сопряженную, потом спонтанную. Все, как правило, говорят нормально. После этого накладываешь на них молчание и через день снимаешь… У кого-то хорошо и отлично, у кого-то средне; чтобы не было результата ? такового не бывает. Результат у многих стойкий. Это единственный метод, благодаря которому я получал у взрослых полное выздоровление, полное выздоровление. Я очень много таких сеансов провел… Помню, в Ленинграде проводил сеанс. Через два года приходит письмо. В нем просьба: «Бога, ради, сообщите, что вы меня лечили! Меня вызвали в военкомат, я туда пришел. «Вы от армии освобождались…» «Из-за сильного заикания» «А где оно? Ты что, симулянт?» Вы же помните, что я не был симулянтом. Теперь заикания нет. Что, мне опять начать заикаться?» Пришлось сообщать. … Помню, мать троих детей, русская красавица, которая «коня остановит и в огонь войдет», такая женщина, ? с жутким заиканием. После сеанса встала: «Я уже не заикаюсь!» Видел ее через 5 лет ? никакого заикания. Взрыв, разрешение этого хронического очага. Также и алкоголиков можно лечить…
Вот так проводится эмоционально-стрессовое лечение. После него тяжело! Вот эта проба очень сложная психологически. Надо удержать, надо, чтобы они хотели ее сделать. А то не так сделают ? и все, пробы нет. Поэтому, надо всех держать… А вы в это время еще говорите, объясняете им модель заикания… Иголки ? простая проба, ее любой может провести. Падение ? это техническая проба, я вам объяснил. Я прикасаюсь так, чуть-чуть, но я же могу и руки положить, и подтолкнуть. Наверняка не выдержишь, упадешь… Замечательная работа ? психотерапия, я вам честно скажу. И умереть не жалко, когда хорошо поработаешь. Пожалуйста, вопросы.
Детский невропатолог ? К вам на прием приходит больной с опухолью головного мозга. Жалобы ? на головные боли. Вы проводите с ним 20, 40, 50 сеансов и внушаете, что у него нет головных болей…
Б.Д. ? Я что, сумасшедший, что ли?!
Д.н. ? Вы же не лечите ему опухоль; а процесс-то уже запущен…
Б.Д. ? Как это, «не лечу»? Я же врач, медик… Смею Вас заверить, что опухоль я скорее всего не прозеваю. А человеческую помощь больному постараюсь оказать… Я вам сейчас расскажу случай из моей жизни…
А.А. ? Вы посмотрите, к чему иногда приводит непрофессионализм в наших действиях. Некоторые наши коллеги-интернисты всерьез считают, что психотерапевты все лечат внушением. Есть такая старая шутка, что психиатры считают неврологов «бездушными», неврологи считают психиатров «безмозглыми», а и те, и другие считают психологов «бестелесными»… Все это не так. Психотерапевты давно уже, с самого основания профессии, по существу, работают в тесном взаимодействии с интернистами. Если такого взаимодействия нет – грош цена такому «лекарю», но это не психотерапевт, а шарлатан. Давайте, дорогой невролог, все вещи называть своими именами, хорошо? Психотерапевт ? это врач, окончивший лечебный, или педиатрическиц факультет (не санитарно-гигиенический, не медико-биологический, не фармацевтический), прошедший двухлетнюю подготовку в психиатрии, прошедший специализацию по психотерапии, имеющий два сертификата специалиста, проходящий, как минимум, раз в 5 лет усовершенствование, а те, кто сидят здесь, ? как правило, гораздо чаще… Люди, которые здесь сидят, работают, в основном, не в психиатрических, а в соматических клиниках, т.е. это соматические больницы, соматические поликлиники; это люди, непосредственно работающие с лечащими врачами, как участковыми, так и палатными.
Б.Д. ? Конечно, я сейчас скажу на счет лечения опухоли…
Во-первых, если вы ведете психотерапию и видите, что эффекта нет, вы должны понять, почему нет: дело в вас, дело в больном или дело в заболевании. Больных надо обследовать. Конечно, начинать можно, но, если вы довольно быстро видите, что «упираетесь в стенку», ? надо понять, в чем суть. Я вам расскажу конкретный случай… Большинство, наверное, знают, кто создал водородную бомбу в СССР: Сахаров и Зельдович. Оба ? четырежды Героя Соцтруда, оба ? любимцы Сталина. Позже один занялся политикой (из-за Леночки Боннэр, с которой мы когда-то вместе учились), а второй продолжал… Причем, Зельдович ? абсолютный гений. Даже страшно. Этот человек ? почетный академик почти всех академий мира ? не имел высшего образования, у него не было законченного среднего образования. Вот такой человек! Он что-то начинал ? и тут же все постигал. Президент Английской Королевской Академии прислал ему письмо, где писал: «Вы знаете, мы никогда в жизни не могли предположить, что Вы ? это один человек. Мы думали, что Вы ? это огромный коллектив». Но речь не об этом… Я с ним контактировал четыре месяца. Профессор Ковалев, директор института психиатрии, и профессор Бадалян ? невропатолог, лечили его жену. У нее были провалы, у нее были сновидные состояния, у нее «шла» истериоформная симптоматика ? и никакого результата. Ковалев, с которым мы вместе работали, попросил меня попытаться помочь. Больная, в основном, лежала. Я с ней работал два месяца. Я ее поднял … Они поехали вместе с мужем в Чехословакию. вернулись… И я совершенно четко, внутренне был убежден, что у нее ? опухоль мозга. Ни на энцефаллограммах, ни на томографии, нигде, ничего не видели. И «великий» Бадалян тоже прозевал. И она, вскоре после этого, умерла, довольно быстро. Вскрытие показало наличие обширной опухоли корковых отделов правого полушария. Но: я ничего не мог сделать с опухолью. Я интуитивно чувствовал, что она есть. Но я ей помог прожить два месяца нормальной жизнью. …Это очень сложный вопрос, когда пришли к вам с опухолью. Я глубочайше убежден, что мой метод в детской онкологии может сыграть огромную роль: измениться, во-первых, установка больных, во-вторых, появятся новые силы в организме для борьбы с опухолью… Я видел американскую онкологическую группу. Я был потрясен тем, что я увидел. Психотерапевты привозили большую онкологическую группу, неоперабельных, тяжелейших больных. Но в каком состоянии были эти больные! Как они боролись! И там были случаи выздоровления… А вот мой метод ? поможет! Мамы начнут работать с онкологическими больными (я сейчас ищу хорошего творческого онколога), и там будут результаты. Я не знаю, вылечим или нет… Заболевания крови: мы тоже можем что-то делать, потому что в основе этих процессов лежит очень сложная психологическая и физиологическая патология. Туда можно влезать… А «зеваете» опухоли ? значит, не профессионалы. Если вы плохой врач ? это от Бога не дано. А невропатолог опухоль «всегда» увидит! А мы психиатры, грешные, которые раньше были психоневрологами, тоже умеем смотреть неврологический статус. И я увижу патологию. …Надо быть хорошим врачом и не делать грубых ошибок. Но без ошибок мы жить не можем: у нас у всех они есть.
А.А. ? Существует большая проблема: может ли являться психолог психотерапевтом? Почему мы постоянно говорим о том, что сегодня психотерапевт ? это врач? Потому что в тех случаях, о которых говорили наши гости, важно знание соматологии, непосредственное знание медицины. Можно увлечься, уйти в «психологизм» (простите за такой термин), но не зная соматологии прозевать, что у человека за состояние. Да, психиатр имеет право идти на соматическую болезнь. Есть тот же Платонов (почитайте его книгу «Слово как физиологический и лечебный фактор»; вышла она в середине прошлого века. Представьте себе, в те годы вышла такая книга! Он описывает случаи лечения онкологических расстройств, очень серьезных соматических расстройств, которые тогда уж точно были не курабельны. Но зная, что это заболевание имеется, психотерапевт так и формулирует свою работу: он идет на заболевание, а не просто на симптомы… Хотя, вот Анатолий Михайлович Кашпировский… Я с большим уважением и сочувствием отношусь к нему. Он действительно эффективный суггестолог, от Бога. Он говорит о неспецифических вещах, когда не проработанные в соматическом плане лечебные формулы его гипнотической «песни» как бы поднимают общую сопротивляемость организма и «вытягивают» некий механизм, он называет это «мнестический механизм здоровья», т.е. он идет по такому неспецифическому пути, что и Борис Зиновьевич со своим методом психотерапии материнской любовью. Но все же мне бы хотелось, чтобы мы с вами знали, что когда мы идем на заболевание, мы должны знать, что оно есть. Мы не должны никогда заниматься отменой остальных методов лечения! Так можно делать, если мы верим в то, что именно наш метод имеет жесткие показания, и что он единственный может вытащить то или иное психологическое состояние, что оно не ухудшится от применения нашего метода. Я думаю, что мысль о том, что гипноз бывает разным… Мне, например, не совсем понятно, что такое «классический гипноз»? И кто сказал, что именно он, классический, авторитарный, просто ограничивается директивным внушением? Кто кто первым стал заниматься суггестией? Конечно, жрец. Потом уже разделилось: медицинская часть ? церковная часть, и поэтому, конечно, мы им конкуренты, а не они ? нам; они ? носители древнейшей профессии, церковники, и они продолжают оставаться специалистами…
Б.Д. ? Что вы чувствуете, когда в церкви находитесь? Чувствуете свое особое состояние.
А.А. ? Там есть то, что Алексий II назвал «намоленность»: «намоленость» иконы, «намоленность» храма, когда концентрируется некоторая энергетика. И эта энергетика измеряема таким прибором, который называется «человеческий организм». Вне культа это искусство биолокации (вода, руды)…
Я думаю, что Борис Зиновьевич показал, что есть и в этом классическом гипнозе отношение к пациенту как к человеку, с которым надо длительно работать, который не делает из него пешки, которую достаточно переставить из одной клеточки в другую, и все, он уже вылечился. И то кодирование, о котором говорил Борис Зиновьевич, ? это тоже процесс, это не «Ах!», одномоментное. Здесь идет подготовка. И если она завершается каким-то одномоментным, разрешающим импульсом, но только на базе созревшего энергетического напряжения…
Александр Романович Довженко, например, достаточно проработал свой метод. Что такое «Довженко»? Прежде чем поехать в Феодосию, больной сначала слышал про чудесное исцеление, потом он принимал решение (свое собственное или под давлением окружения) ехать туда, ехал… Уже в Симферополе в этот поезд садились бабушки, которые предлагали комнаты (там же курортная зона). Бабушки говорили этому больному: - У меня жил такой больной как ты, и он совершенно вылечился.
Дальше была работа в аудитории, целый ритуал… Это длительный процесс…
Некоторые думают, что кодирование ? это раз, щелкнул, и все. А потом «щелкнул» спиртом в рот - Довженко туда хлорэтил выливал, в открытый рот… Есть методичка, кстати. Если хотите заняться кодированием, возьмите поработайте с методичкой, у вас метод будет работать. Но если вы подумаете, что действительно «Трах-бах-тарарах!», и вы вылечите алкоголика, ? вы никогда это не достигнете. Где работает гипноз, даже самый простенький, директивный? В какой сфере, в каких радикалах? В самом элементарном виде ? у истероидов.
Кстати, вы не узнавали в действиях Бориса Зиновьевича методы недирективного гипноза? Узнавали же. Вы помните, когда у нас стали публиковаться эти методы? Сколько времени прошло? Лет 15. А Борис Зиновьевич работает значительно дольше… Конечно, это все факт природы, на самом деле - «обходной» гипноз, который называют еще недирективным. Конечно, мы «обходим» эти психологические защиты, когда мы подстраиваемся и показываем, что можно так, можно этак, можно и пальчиком держать… Нормальный подстроечный обходной механизм. Можно заморочить голову… Ведь что такое психотерапия? Это же «заморачивание» головы – надо разбить неэффективные стереотипы (комплексы)…
С чем именно мы работаем, когда говорим о суггестии? С подсознанием… С чем именно мы в подсознании работаем? Юнгиански ориентированный психолог, психотерапевт скажет, что с архетипами. Мне однажды в метро встретился человек, который надел очки с нарисованными глазами. И вот он на меня уставился. Мне было крайне неприятно. Впервые в жизни такой «взгляд» другого человека… Хотя я понимал, что, скорее всего, там никакого взгляда нет. Что за архетип у меня сработал, что за архетип срабатывает у врача, когда он идет на директивный гипноз? Гипноз как не «трах-бах», это такая же большая, сложная, тяжелая техническая работа, как и все остальное. Это естественное окно в человеческом организме, через которое он впускает нас к себе, чтобы что-то изменить в подсознательном слое. Наверняка в подсознательном…
Б.Д. ? У меня есть 4 добавления…Очень коротко. Насчет онкологических больных. Я бы стал работать с неоперабельными больными, с больными, которые находятся на химиотерапии (имею личный, тяжелейший опыт химиотерапии: у меня жена погибла от онкологии, а операцию делали поздно; химиотерапия ? не приведи Господь), и с теми детьми, где на начальных этапах идет и химиотерапия, т.е. с детской онкологией я обязательно бы стал работать. Это первое… Про Иванкина. Знаете, какой хитрющий мужик! Во всем пригороде, где он работал, все были на нем завязаны. Бабки сдавали тем, кто приезжает, квартиры. Он расселял их поближе: не через город же идти… Все бабки были его «агентами». Каждое утро, в 6 часов, толпа бабок просачивалась через задний двор к нему в кабинет и рассказывала, как квартиросъемщики себя ведут, как работают… И каждый раз все заикающиеся удивлялись: откуда он все знает. Он имел 100 % информацию: серьезно ли работает, что делает… Это второе. Третье. Моя задача: не учить вас гипнозу, а попытаться передать потенциал профессионального психотерапевта. Я, по-моему, этим потенциалом владею, поэтому на кафедре, это одна из моих задач… Нужно, чтобы настроились на психотерапевтический цикл, ? меня выпустят и… И последнее. Анекдотичный случай по поводу Кашпировского. Мне его никто объяснить не может. У моих знакомых была старая болонка, вся седая и еще слепая. И когда шли сеансы Кашпировского по телевизору, они решили держать болонку перед экраном, может прозреет. Болонка не прозрела, но она из белой стала черной. Я это видел своим глазами: она почернела, полностью! Что это такое ? ума не приложу. Телевизор, собака… Может, хозяева, но они о глазах думали. Так что чудес в нашей жизни, слава Богу, пока еще много. А в нашей области они на каждом шагу.
Вопрос из зала: ? Кодировать и гипнотизировать можно любого человека или есть какие-то ограничения?
Б.Д. ? Психопатов не надо, шизофреников не надо, выраженных дураков не надо, тех, которые не хотят, сексуально озабоченных не надо. Там, где вы можете попасть либо под влияние, либо в зависимость. Все остальное можно. И не надо слова «кодировать».
Вопрос из зала: ? Борис Зиновьевич, в результатах лечения гипнозом чего больше? Гипноз ? это не биологическое состояние, влияющее на пациента через биологию?
Б.Д. ? Вы сейчас говорите о принципиальном расхождении между психотерапевтами психоаналитического круга и психотерапевтами физиологического круга. Понимаете, психоаналитики считают, что идет влияние только через высшие отделы, сознание и прочее. Они отключают сознание, проникают в подсознание и прочее, т.е. идут через психический процесс. Я думаю, что здесь смешанный процесс… Мне с ходу трудно ответить. Здесь надо подумать. Скорее всего, все-таки смешанный процесс: мы через определенные психические механизмы (ведь, что такое «психотерапия»: это воздействие, словом и другими методами, психотерапевта на высшие функции человека, а через них ? на организм) «идем» на физиологию.
…Когда-то у меня были хорошо тренированные группы подростков, которые раз в неделю приходили ко мне. Я своей группе давал установки: «Ребята, сейчас я передаю вам цифровую информацию. Я вам мысленно передаю 5 цифр. Когда проснетесь, напишите эти 5 цифр». Одни и те же угадывали из пяти четыре, три, а то и пять. Всегда одни и те же. Значит, что-то здесь возникает.
А.А. ?Как вы здесь говорили: гипнотизируя, гипнотезер находится в трансе. Должна быть третья сторона для того, чтобы верифицировать ваши наблюдения.
Б.Д. ? Я просто сказал… Я, поэтому, и бросил, что это было мало доказуемо.
А.А. ? Вообще-то, много здесь таинственного… Полевой и информационный фактор в психотерапии ? существенное дело, но пока что все это… Вы знаете, доказано?не доказано, но некоторые действительно имеют опыт внечувственного восприятия. От этого мы всячески закрываемся, поскольку это выводит нас за рамки современной научности. Но я вспоминаю слова Юнга, который в возрасте 80 с лишним лет говорил примерно так - был бы я помоложе, я бы молчал про эти дела; но мне сейчас настолько наплевать на мнение своих коллег, на то, что они подумают, когда я скажу, что вижу чудесные вещи; я просто говорю, что вижу эти вещи, когда я их вижу… Но их надо видеть, друзья мои, отличать от интрапсихического…. А если придумываешь их, тогда лучше не надо об этом говорить.
Б.Д. ? Давайте договоримся, что мы будем любить больных в себе, а не себя в больных, чем грешат большинство психологов, которые занимаются психотерапией. Почему? У них не воспитано этом чувство, которое у хороших врачей есть… Я сам ? ленинградец, блокадник, и мне все-таки ленинградская школа Военно-медицинской академии, наша морская академия и Первый Ленинградский медицинский институт ближе, ? там деонтология находится на более высоком уровне, чем в Москве. Я сталкиваюсь с питерскими выпускниками ? те более на человека настроены. И молодые тоже. Хотя, сейчас время изменилось…
Задан вопрос о возможности привыкания к гипнозу и о специальном настрое пациента на то, чтобы оказаться в состоянии гипноза, получить удовольствие от этого.
Б.Д. ? Я с этим явлением сталкивался, конечно… Больные начинают идти не за помощью к вам. Они идут за этим состоянием. Если вы это почувствовали ? поменяйте метод, поэкспериментируете. Но, если вы видите, что больной начинает ходить ради состояния ? кончайте. … Да, больной может перестать ходить. Но перестают ходить в двух вариантах: либо помогли, либо не помогли.
Спасибо.


Дизайн 2010 - 2012 год     По всем вопросам и предложениям пишите на goldbiblioteca@yandex.ru